Чтение онлайн

Это были отборные силы Наполеона.

«Старая гвардия» насчитывала 6120 человек и 32 орудий.

11. «Молодая гвардия», под командованием маршала Эдуарда-Адольфа Мортье, герцога Тревизского, состояла из 2-й гвардейской пехотной дивизии и польской дивизии «Легион Вислы».

«Молодая гвардия» насчитывала 7 тыс. человек и 28 орудий.

12. Гвардейская резервная кавалерия под командованием маршала Жан-Батиста Бессьера, герцога Истрийского, состояла из 6 бригад и имела в своем составе 4600 человек и 12 орудий.

13. Гвардейская резервная артиллерия под командованием дивизионного генерала графа Жана-Бартелеми Сорбье, полковника гвардейской артиллерии, имела в своем составе 1200 человек и 37 орудий.

Артиллерия французской армии насчитывала, как известно, в общей сложности 587 орудий. Но большое значение при сопоставлении сил имеет качество и боевые возможности артсистем. Какие именно артсистемы и в каких количествах присутствовали у французов на Бородинском поле?

В исторической литературе принято считать, будто из 587 орудий французской армии в Бородинском сражении только 10 % составляли батарейные орудия (М. И. Богданович, А. П. Скугаревский, Даффи и др.). Но подобную цифру можно принять только для 12-фунтовых пушек. Известно, что при вступлении в Россию наполеоновская армия имела 14 % тяжелых орудий, а это 12-фунтовые пушки и 8-фунтовые гаубицы. Кроме этих орудий к тяжелой артиллерии можно отнести и длинные 6-фунтовые гаубицы, которые примерно сопоставимы с нашими 1/2-пудовыми «единорогами», которые мы отнесли к тяжелой артиллерии. Близки были по мощи и короткие 6-фунтовые и новые 24-фунтовые (5,5-фунтовые) гаубицы. Точное количество орудий по каждой артсистеме определить не представляется возможным из-за крайнего разночтения источников, когда 6-дюймовые гаубицы называют 6-фунтовыми, 8-дюймовые «прусские» гаубицы, имевшие «каменный» вес 24 фунта, приравнивают к 24-фн (5,5-фунтовым), хотя по весу чугунного ядра они соответствуют 68-фунтовым, а 8-фунтовые «грибовалевские» пушки считают как 6-фунтовые нового образца.

Но общую картину по французской артиллерии рассчитать вполне возможно. Всего у французов имелось на поле боя 120 гаубиц, из которых 8-фунтовые «прусские» насчитывали 20 единиц. Остальные сто — это вполне сопоставимые по возможностям 6-дюймовые длинные и короткие гаубицы и 5,5-фунтовые новые гаубицы. Вместе с шестью десятками 12-фунтовых пушек это даст примерно 180 стволов тяжелой артиллерии, из которых 80 (12-фунтовые пушки и 8-фунтовые гаубицы) превосходят по огневой мощи и дальности русские тяжелые орудия.

Полковая артиллерия, насчитывавшая 98 орудий, была представлена маломощными легкими 3-фунтовыми и 4-фунтовыми пушками. Учитывая, что 4-фунтовые пушки входили и в состав резервной артиллерии дивизий, то общее количество малокалиберных орудий составит порядка трети французской артиллерии на поле боя.

Остальная артиллерия была представлена 8-фн «грибовалевскими» и новыми 6-фунтовыми орудиями. При этом обычно данные орудия были представлены в тех же батареях, что и 6-фунтовые и 24-фунтовые (5,5-фунтовые) гаубицы в пропорции 2 гаубицы и 6 пушек, либо в пушечных конных батареях. Хотя, например, в «Молодой гвардии» дивизионные батареи были чисто пушечными с 8-фунтовыми пушками.

Так что картина, нарисованная Энгельсом и Тарле, о том, что французская артиллерия была в основном представлена 3-фунтовыми и 4-фунтовыми пушками, не соответствует действительности. Но в целом, хотя французская артиллерия уступала по численности русской всего на 6 %, по весу залпа она уступала на четверть. Единственным преимуществом Наполеона было 80 орудий, превосходящих по мощи сильнейшие русские орудия. Однако опыт предыдущих войн показал, что это преимущество было крайне трудно реализуемое в силу малой мобильности столь мощных орудий и малого процента попаданий на больших дистанциях. Именно учет этого опыта привел к тому, что русские полевые войска отказались от 12-фн пушки большой пропорции, которая была равноценна 12-фн «грибовалевской» пушке и даже чуть превосходила новую французскую 12-фн пушку.

Французские 6-фунтовая пушка и 6-дюймовые гаубицы

Французская конная артиллерия

В целом у Наполеона было небольшое численное превосходство. При этом в пехоте превосходство было почти на 10 % (без учета ополчения). Качественно русская пехота могла бы в целом считаться несколько лучше французской, если бы не была разбавлена почти на 20 % новобранцами. С учетом новобранцев качество русской пехоты можно считать несколько худшим, что должно было больше всего сказаться на инициативности рядового состава на поле боя.

Кавалерия французов численно практически не имела превосходства над русской, но из-за того, что почти 1/3 русской конницы была иррегулярной (казаки) и в регулярной русской кавалерии был невелик процент тяжелой конницы (5500 в двух дивизиях против более чем 11 тыс. у французов), французская конница как боевая сила на поле боя была гораздо более значима, чем русская, и должна оцениваться, как имеющая значительное преимущество.

Так что численное превосходство Наполеона в живой силе усугублялось лучшим в целом качеством пехоты и кавалерии и более подходящим для боя составом конницы. И по общей мощи пехоты и кавалерии русская армия уступала почти так же, как французская — в артиллерии.

Соотношение сил приведено на начало Бородинского сражения. То есть уже после боя за Шевардинский редут.

Одним из наиболее странных событии, связанных с Бородинской битвой, является выбор русским командованием позиции и размещение войск на этой позиции. И этот выбор служит основной причиной критики Кутузова со стороны историков. Эта критика опирается, в том числе, на записки таких известных участников событии, как Барклай-де-Толли, Беннигсен, Ермолов, Толь. Например, Беннигсен, согласно его «Запискам…», считал необходимым «наш правый фланг опереть на деревню Горки и двинуть все остальные войска нашего правого фланга на поддержку левого крыла». Барклай-де-Толли, если верить его сочинениям, убеждал Кутузова «при наступлении темноты исполнить с армиею движение так, чтобы правый фланг 1-й армии отступил на высоты Горки, а левый примыкал к деревне Семеновской, но чтобы вся 2-я армия заняла место, в коем находится 3-й корпус. Сие расположение не переменило бы боевого порядка: каждый имел при себе собранные войска; резервы наши, не начиная дела, могли быть сбережены до последнего времени, не будучи рассеянны и, может быть, решили бы сражение. Князь Багратион, не будучи атакован, сам бы с успехом ударил на правый фланг неприятеля». При этом Барклай ручался за успех. И за вроде бы необъяснимый отказ Кутузова и критикуют чаще всего современные историки.

Кстати, все эти воспоминания появились из-под пера людей, уже знавших к моменту написания, как именно прошло сражение. Масла в огонь добавляют утверждения французских участников событий, таких как генералы Ж. Рапп, Ж. Ж. Пеле, Ф. Сегюр. По их словам, правый фланг русской армии «был столь же неприступен, как и неопасен».

Но что же именно вызывало такое недоумение действий Кутузова и критику позиции? В первую очередь, это размещение на линии Бородино — Маслово 4 корпусов и казаков Платова. То есть главные силы русской армии были размещены там, где вообще никаких атак противника не производилось. К этому добавляется оценка как совершенно бесполезных хорошо подготовленных и вооруженных тяжелой артиллерией Масловских флешей.

Из каких же соображений исходили Кутузов и Толь, размещая войска именно таким образом? Для того чтобы понять, обратимся к схеме № 1. Как видно из этой схемы, Шевардинский редут был никак не передовой позиций, как часто утверждается, а частью единого фронта от Маслова до Шевардина, опиравшегося на целый ряд естественных преград и оборонительных сооружений. Почему была выбрана именно такая линия построения? Одно важное требование является константой — необходимость перекрыть Новую Смоленскую дорогу.

Атаман Платов

Кроме того, было явное желание заставить французов штурмовать позицию с северо-запада, через реку Колочу.

Что касается самого критикуемого участка — Масловских флешей, — то можно отметить, что даже при северо-западном направлении атак французов значение мощной батареи Масловских флешей невелико.

Зачем флеши с тяжелой артиллерией? А флеши нужны в силу важности позиции при возможном захвате их французами. В этом случае русская армия отбрасывается от Новой Смоленской дороги и лишается возможности отойти на Можайск. Это катастрофа. Так что оборонительные сооружения под Масловом — своеобразная страховка от худшего варианта.