Борт 513
Шрифт:
– Приготовится! Выход через… - Диспетчер сглотнул. – Прямо сейчас!
Выстрелить в этот раз никто не успел – передатчики сразу приняли «свой-чужой» от минмаатарских ВКС, заблокировав выстрелы.
Выпавший пяток линкоров и горох из легких и средних крейсеров эскортировал длиннющую колбасу из четырех, строенных транспортов типа «Гигант» и контейнеровозов-миллионников, по десятку километров длиной.
После транспортов вышел еще один линкор и «авианосец», ухряпанный пятнами пробитий и подпалинами.
Никогда не любил носители.
Ну, в чем их смысл?! Донести три тысячи дронов и сдохнуть, не успев их скинуть?! Бред-корабли, чесслово!
– Вы будете смеяться, но… Выход! – Диспетчер подсветил еще координаты, в которые полезла совсем уже мелкая шелупонь, но мне хорошо знакомая.
Делусские рейдеры и крейсера!
И следом, показалось мне, что сама ткань реальности лопнула и вдоль, поперек, когда из прыжка показался нос чего-то офигенно громадного.
Реально – «офигенно громадного»!
Сама система застонала, принимая в свое лоно такое подношение.
– «Хверца Алекинциз»… - Я поискал в сети, что это за хреновина такая, но…
Братцы-арии точно не распространялись о том, что у них было в запасе.
А в запасе у них была бандура в 63 километра длиной!
Я себе представить боюсь, сколько же она топлива-то жрет!
Три флота замерли, пережидая содрогания пространства, на которое светило ответило сотней протуберанцев-языков, жадно тянущихся к вновь прибывшим, но…
Недотягивающимися и расстроенно падающими назад.
– Кай… А ведь я тебе говорила! Я предупреждала! – Мита вздохнула. – Зря ты женщин не слушаешь!
– Хотелось мне сказать, кто тут кого не слушает, но ведь меня никто не слушает…
Выбравшись из кресла, набрал себе кофейку и пристроился в уголке, на полу, оценивая ситуацию с закрытыми глазами и спиной ощущая слабую-слабую дрожь переходящих на экономичный режим, генераторов.
– Кай… Тебе плохо? – Заботливая Косичка свое место покидать не спешила. – Позвать Красивую?
Я поставил чашку на пол и тяжело вздохнул.
– Всем сидеть на жопе ровно. – Я вздохнул. – «Боевую» не отменять! Смены по два часа.
Думаю, сейчас мой экипаж начинает считать своего капитана конченым идиотом, но…
Три флота с неподъемными махинами транспортов, одновременно оказавшиеся в одной точке – это математически маловероятно!
А если случилось что-то маловероятное, то будьте готовы к тому, что случится невозможное!
Нейроузел отрабатывал варианты и вероятности, а я тихонько радовался, что не успел улететь.
– Кай! Нас Симонов вызывает. – На пороге рубки появилась Мита, взглядом поискала меня среди тишины и чистоты, нашла сидящим у стены и попивающим кофеек. – То есть, вызывает он меня, но я без тебя туда не попрусь!
На всякий случай написал Симонову, что буду вместе с Митой, а то…
Сейчас по системе военное положение и завалит меня первый попавшийся часовой, и будет прав!
Получив в ответ что-то типа, «ну да, еще тебя тут не хватало», поплелся собираться.
Было у меня предчувствие, что Мита в этот раз точно что-то вычудит, а если она начнет чудить, то все, туши свет, кидай гранату…
В этом она слегка походила на Красивую, у той тоже в жопе шило, а за словом в карман…
– Девочки будут через час! – Красивая встретила меня на пороге моей капитанской каюты, протягивая стакан с аграфником.
Самое приятное – с аграфником свежим, а не из пищемата!
Вот жеж, Мия-тки смогла «приручить» аграфник на планете, надо будет ей теперь подкинуть идею, что аграфник можно не только сушит и заваривать, но и настаивать…
На «планетарке», например…
По идее, крышесносная должна штука получится!
Совсем как у меня, когда я сделал настойку из помелы на коньяке.
Вкусно получилось, особенно когда с мороза в минус сорок домой заходишь, стопочку опрокидываешь и такая благодать на душу спускается, что аж пар из ушей идет!
Правда, потом выяснилось, что настойку эту можно исключительно на наружное применение использовать, а то сердце не у всех выдерживает…
– Аграфник на спирту?! – Нара посмотрела на меня, как на сумасшедшего. – Нет, об этом я Мие не скажу, мне жить хочется!
Зря она…
Вот готов поспорить, Мие эта идея понравится.
Это же какие горизонты открываются!
– Отдай кружку! – Прошипела Мита, учуяв аграфник. – У-у-у-у-у, блаженство! Вот, блин, Кай, скажи мне, почему ты такая сволочь, а?! И капсулы у тебя не глючат, и в друзьях аграфы, и кораблик с наворотами, и женщины тебя любят, у тебя даже напитки и то – вкуснее!
– А еще я обаятельный! – Хмыкнул я, видя, как улыбается наш пилот челнока.
– А еще, тебя ведь совсем не боятся, да? – Мита одним глотком осушила мою чашку и вернула мне. – Ведь ты же у нас плюшевый медвежонок, ага?
– Ну-у-у-у-у, тебе виднее. – Я уставился в экран, любезно включенный пилотом. – Я в драку не лезу…
– Это да, это точно… - Моя бывшая командирка погрустнела. – Тебе привет от герцога!
– Помню, передавала уже… - Я отмахнулся, наблюдая, как к Станции, наперегонки, спешит десяток челноков. – Смотри-ка, Симонов всех собирает!
– А что ему еще делать? Система сейчас на волоске висит, одно неверное движение и… - Мита изобразила руками облако ядерного взрыва.
Оптимистка, блин!
Занырнув в ангар, челнок замер у стеночки, дожидаясь, когда сперва выметутся гости дорогие, не знакомые, потом знакомые, но не дорогие, а там уж и наша очередь подошла.
Мита, разумеется, все это оббухтела, но, на самом деле, с любопытством поглядывала гостей Станции в разномастных мундирах, некоторых мгновенно опознавая, а на некоторых лишь качая головой.
– Неужто все настолько плохо? – Не выдержал я.
– И еще хуже. – Полковник Мита Инг в кои-то веки отключила сволочную стерву и стала тем специалистом, за работой которого наблюдаешь с восхищением. – Не «царские фамилии», но… Все с именами до десятого колена. И со званиями…