Босиком по осколкам
Шрифт:
— Через сколько эта адская машина вернет нас на землю? — спустя несколько минут тишины спросила у Кирилла, в то время как в ушах свистел ветер.
В груди бешено билось сердце, ладошки вспотели, всё тело покрылось испариной.
— Тише, Аида, не думал, что ты такая трусишка, — улыбнулся Соловьев и обхватил меня за щеки. — Дыши, просто дыши и смотри на меня, больше никуда, хорошо?
Его нежный голос вдруг захватил меня, глаза его засияли каким-то внутренним светом, кружа в водовороте эмоций.
У меня не было выбора, и всё, что я слышала, это был его голос, поэтому я последовала его совету и стала равномерно вдыхать и выдыхать.
— Мы что, на самом пике? — спросила, когда всё равно оглянулась по сторонам и увидела, что наша кабинка находится выше всех.
В это мгновение вдруг показалось, словно мы остановились, и я замерла, чувствуя, как по венам течет испуг, огненной лавой прожигая внутренности.
— Всё хорошо, мы двинулись дальше, скоро будем на земле, — прозвучал равномерный голос Кирилла, который пытался меня расслабить.
И вот момент я действительно почувствовала, что колесо обозрения продолжает работать, и с каждой секундой мы опускаемся вниз. Я смотрела в глаза Кириллу, вот только расслабление не приходило.
— Всё, а теперь выходим, — сказал наконец Кирилл, от которого я не отлипала, а затем двери кабинки начали раскрываться.
Я стиснула челюсти, к горлу подкатила тошнота, которую стало сложно сдерживать. Сам Соловьев схватил меня за руку, и мы вместе шагнули за пределы кабинки. Твердая земля под ногами была благословенной и желанной, вот только больше сдерживать тошноту я не могла и резко отбежала к кустам, освобождая желудок.
— Боже, — всхлипнула, всё мое тело колотилось от пережитого.
— Прости, видимо, это была плохая идея. Не знал, что у тебя плохо с вестибуляркой, — раздался голос Соловьева, его ладони вдруг обхватили мои волосы и приподняли вверх.
Я хотела было удивиться, но в этот момент меня снова одолела рвота.
— Выпей водички, — дал мне бутылку Кирилл, которую успел купить, пока я присаживалась на скамейку.
Прополоскала рот, выплюнула воду, а затем опустошила бутылку воды, чувствуя, как влага благословенно течет по гортани.
— Спасибо, — с благодарностью глянула на Соловьева и нахмурилась, — хотя это ты виноват, что меня стошнило.
В этот момент я как-то не думала о том, что произошел такой конфуз, чувствовала лишь облегчение, что всё осталось позади.
— Мой косяк, — приподнял он ладони вверх. — Я так понимаю, больше никаких аттракционов сегодня.
— Никогда! — поправила его резко, аж голова снова закружилась.
Вид у меня явно был испуганный, раз он глухо и тихо рассмеялся при виде меня. Я дернула губами и покачала головой.
— Разве такие, где не нужно подниматься на высоту, ну и меня снова не стошнит, — ухмыльнулась чуть позже.
Мы переглянулись с Кириллом и рассмеялись
— Как насчет сахарной ваты? Давай начнем с нее, от нее точно не кружится голова, — произнес с улыбкой Соловьев и заправил прядь моих волос мне за ухо.
Наши взгляды встретились, а он вдруг стал наклоняться, отчего я замерла.
— Что ты делаешь? — прошептала, а в груди птичкой о грудную клетку билось сердце.
Уголки губ его изогнулись, он наклонил голову набок, а я задержала дыхание, вспоминая свой первый поцелуй. Он был слюнявый и оставил мерзкое чувство после себя, не говорю уже о том, что случилось после. Наверняка лицо мое омрачилось, поскольку Кирилл нахмурился, взял пальцами мой подбородок и заставил посмотреть на себя.
— Что случилось? У тебя лицо изменилось.
Его вопрос заставил меня покраснеть от смущения за свое прошлое, словно со мной что-то не так. Ощущение лишь усилилась, как бы я ни отгоняла мысли прочь. И пусть головой понимала, что я ни в чем не виновата, но страх всё равно остался.
— Неудачный первый поцелуй, — растянула губы в улыбке и всё же признала, отчего даже щеки заболели.
— Наверное, просто не с тем, — тут же отреагировал хриплым тоном Кирилл.
— Может, и не с тем, — прохрипела я, а затем замолчала, когда его голова стала наклоняться, а губы приближаться к моим.
Волнение охватило всё мое тело, я запаниковала и вдруг повернула голову набок.
— Как насчет попкорна? — бодро спросила и резко встала со скамейки.
Соловьев прикрыл глаза и встал следом за мной, как-то тяжело выдохнув при этом.
— Сложно с тобой, Самойлова, попкорн так попкорн.
— А кто сказал, что будет легко? — вздернула бровь, видя его расстройство.
— Ты напоминаешь мне чем-то младшую сестру, — покачал головой и с этими словами потащил меня в сторону аппаратов с попкорном и сладкой ваты.
— Тоже младше тебя? — съехидничала, не удержалась.
— Такая же язва, — усмехнулся он, но комментировать его слова не стала.
Глава 15.1
Прогуливаться с Кириллом оказалось интересно, периодически он рассказывал интересные истории из детства, чему я сильно удивилась, но с замиранием сердца вслушивалась в каждое слово. Но пересилить себя и покататься на аттракционах я не смогла.
— Может, хотя бы машинки? — спросил в конце, кивая в сторону автодрома.
Я посмотрела следом, поразглядывала и всё же кивнула.
— Только учти, вожу я отлично, — пригрозила ему, дергая бровями.
— Ты говоришь это победителю гонок? — усмехнулся.
— Может, там имела место быть не справедливость?
— Считаешь, что смогла бы лучше? — вдруг взял он меня на понт, кивая на электрические машинки.
Я ухмыльнулась и первой пошла к автодрому.
Всё остальное время было проведено со смехом, я давно не чувствовала себя такой расслабленный, словно у меня выросли крылья. Кирилл оказался с прекрасным чувством юмора, я даже забыла, каким гадким он может быть.
— Свидание прошло не так плохо, как я думала, — глянула ему в глаза, признавая, что он движется в правильном направлении, хотя до любви далеко, так что пусть не надеется на успех.
— Не всё то золото, что блестит, — как-то странно улыбнулся он, но я не придала особого значения его словам.
Только я хотела парировать, как вдруг меня кто-то толкнул, проходя мимо.
— Осторожнее, — пролепетала, растирая побаливающее плечо.
— Чего на дороге встала, корова! — крикнул мне мужской голос, заставив замереть от шока.