Босиком по пеплу
Шрифт:
Олесю и уговаривать не пришлось, и как бы я ни пыталась пресечь ее уход, вскоре мы с Дамиром остались наедине.
– Тебе Аида позвонила? – его хриплый баритон раздался будто чересчур близко, хотя он и шагу не сделал в мою сторону.
– Нет. У меня и телефона-то нет. Просто в окне их… – осеклась, прикусывая кончик языка и коря себя за болтливость. – У меня тут процедуры. Случайно увиделись с тобой.
По губам Дамира скользнула улыбка, а затем он, слегка морщась, присел на корточки передо мной.
– Стоило чутка пострадать, чтобы ты начала за меня переживать.
Раскусил меня в два счета. А взгляд-то какой удовлетворенный. Аж бесит.
– И как это произошло? – приняла уверенный и безразличный вид, но на него это больше не подействовало. Он всё понял.
– Да так. Возникли незначительные неприятности, – ухмыльнулся в своей извечной манере, но ничего больше не сказал, как бы я ни пытала его своим прищуренным взглядом.
– Перелом руки – это, по-твоему, незначительно? – вскинула брови.
– А, это? Нет, всего лишь растяжение связок. Через недельку-другую буду в норме.
Застыла с протянутой рукой перед его фиксатором. Пальцы задрожали, и я стала медленно опускать их, вот только он вдруг схватил мою ладонь и поднес к своим губам. Поцелуй был невесомым и жарким, пробуждая во мне трепет и дрожь.
– Олеся приходила, – быстро отняла ладонь, стиснула ее в кулак и прижала к животу, пытаясь унять мандраж.
К счастью, Загорский не стал комментировать мою трусость.
– Я ей ничего не говорил, – нахмурился и качнул головой. – Она…
Его перебили.
– Расселись тут посреди коридора, – вдруг раздался чей-то ворчливый голос. – Ишь. Бесстыдство в наше время повсюду, уже и в больницу прийти нельзя.
Дамир закатил глаза, подорвался с места и одной рукой схватился за спинку моей коляски. Покатил ее вперед, словно даже отсюда знал проход в мое отделение. Хотя чему удивляться. Уверена, он здесь теперь многое знает.
– Слушай, Дамир, – обернулась и посмотрела на него, прося остановиться. – Нам нужно поговорить. На чистоту.
Лично я ужасно устала бороться с собой и своими эмоциями, но были вопросы, которые меня беспокоили сильнее всего, не давали расслабиться и дать волю чувствам.
– Давно хочу, – кое-как припарковал меня у безлюдной стены, возле одной из скамеек, и присел сам, поворачиваясь всем корпусом ко мне.
– Олесю ведь Дина подослала. Ты сказал, что разберешься с ней, но… Скажи мне, что на самом деле происходит. Достаточно тайн. Ты только посмотри, что… – обвела рукой свое тело.
– Всё-всё, – погладил меня по руке и выдохнул. – Я всё расскажу. Тут и тайны нет, просто не хотел тебя расстраивать и излишне грузить.
Мимо нас в этот момент прошла пара врачей, куда-то спеша и не обращая на нас внимания, и мы замолчали, желая поговорить наедине и без лишних ушей.
– Как видишь, расстраивать меня больше некуда. Всё, что могло произойти, уже случилось.
Его глаза не излучали груз вины, и от этого ожидание было не таким тягостным.
Глава 31
Глава 31
Прозвучали худшие слова, которые я могла услышать. Их я и ожидала, но они ударили по мне сильнее, чем я могла предположить.
– Дина беременна, и наши отцы решили нас поженить. Я сделал ей предложение.
Тишина. Словно в уши мне забили вату.
– Так, выбрось сейчас все сомнения из головы и внимательно послушай, хорошо? – приобнял меня за плечи и словил мой взгляд, гипнотизируя и не разрешая отвести его.
Прикусила губу, медленно вдыхая и выдыхая воздух. Решила не торопиться с выводами, но мозг, как назло, не желал искать оправданий. Готов был рубить с плеча.
– Это фиктивно. Никто из нас в брак вступать не собирается. Мы просто делаем друг другу одолжение, – выпалил, как на духу, а в моей голове стала выстраиваться цепочка.
– И зачем?
Поверила ему сразу. Может, потому что хотела, может, он был довольно убедителен, но сомнений его слова у меня не вызвали. Наоборот, подарили облегчение. Словно с плеч упал груз, мешавший мне свободно дышать.
– Она не знает, кто папаша ребенка, а собственный отец у нее строгий. В общем, мы условились, что я в глазах семьи побуду ее женихом и помогу найти отца.
– А взамен?
Ни за что не поверю в его альтруизм в данном случае.
– Она сведет меня со своим дядей, – пояснил на мой немой вопрос. – Он прокурор. Хочу с его помощью докопаться до правды по поводу…
– Аварии, – догадалась.
Пульс подскочил и ускорился, а на глаза навернулись слезы. Поджала губы и стиснула челюсти, чтобы взять себя в руки и не расклеиться у всех на виду. Нахмурилась.
– Но разве твоя семья не влиятельна? Вам бы не отказали хотя бы в просмотре камер.
Несмотря на заверения следователя, что в тот день они были неисправны, я ни на йоту не поверила. Мы с семьей уверились лишь, что он продался ради денег и готов был спустить расследование на тормозах.
– Это… Сложно… – отвел глаза, а меня озарила очередная догадка.
Прикусила губу и промолчала, оставляя его правом говорить или пока утаивать эту информацию. Неужели я была права, и кто-то из его знакомых или родных сбил меня, и его семья заплатила, чтобы скрыть преступление? Если всё так, то сейчас Дамир идет против своих. Ради меня…
– А теперь твоя очередь, Кристина, – посмотрел на меня серьезным взглядом.
Сглотнула, понимая, что и мне не отвертеться от ответов, как бы я того ни хотела.
– Тебе есть, что мне рассказать? – вздернул бровь.
От его взгляда мне стало как-то не по себе. Неуютно, но в то же время я словно взглянула в зеркало на свое отражение. Видимо, он чувствовал себя так же, как и я.
– Дина намекнула, что у вас всё хорошо, и вы ждете ребенка. Просила… Сказать тебе, что я была рада ее приходу, – нарушила данное ей обещание, но виноватой себя не ощущала.
Она ведь правил никаких не соблюдает, не гнушается любыми методами, чтобы заполучить Дамира. Готова переступить через меня и выбросить, будто и не было между нами дружбы.