Чтение онлайн

— Ещё раз пропадёшь так внезапно, до конца жизни будешь автомойщиком на хлеб зарабатывать, — бросает Ольга, не глядя на меня. Потом подхватывает полотно и уносит к себе в кабинет.

— И это вся благодарность? — кричу ей вслед.

Она оборачивается и смотрит на меня так, будто видит насквозь. Холодный пот проступает на лбу. Я вновь виновато улыбаюсь и поднимаюсь в нашу спальню. Вроде бы миновала буря. Но это было близко.

— Я так и не узнал, что это за портрет, — вздыхаю разочарованно. Не то чтобы меня это сильно заботило, но какой-то интерес всё равно остался.

— Ты сейчас серьёзно? — спрашивает отец. Не вижу его лица по телефону, но улавливаю явное осуждение в голосе. — Я даже не знаю, что из твоего рассказа меня возмущает больше всего.

— Но тот художник ведь человек! И явно неровно дышит к моей жене. Попахивает извращением каким-то, — продолжаю я. — Люди и оборотни не могут быть вместе!

— Ну, начнём с того, что ты мог всё не так понять. Ты ведь даже не видел этой картины. Да и потом, он вполне конкретно обосновал причину, по которой взялся рисовать её портрет. Мне кажется, что ты сейчас занимаешься перекладыванием вины. Чувствуешь, что совесть нечиста, потому и выдумываешь какие-то небылицы.

— Эй, я тебе позвонил, чтобы ты поддержал меня, а не отчитывал, — произношу я слегка уязвлённо.

— Я хотел бы тебя поддержать, но ты несёшь какую-то пургу, — отвечает отец с раздражением. — Едва ли можно представить более подходящую тебе женщину, чем Ольга. Не майся дурью и будь поласковее с женой. Тогда, глядишь, и детишки появятся.

— Опять ты об этом? — я вздыхаю с досадой. — Я ведь уже говорил тебе, что Ольгу это не интересует. Она вообще иного склада ума женщина.

— Прежде всего она омега, — возражает отец. — Деторождение в них природой заложено.

Я на секунду представляю, как кто-то говорит нечто подобное Ольге. Несложно догадаться, каким маршрутом этот кто-то потом пойдёт. Всё-таки не стоило заговаривать с отцом на эту тему. И вообще звонить. Он в последнее время всё чаще спрашивает о внуках. Видимо, возраст сказывается.

— Короче, ты меня понял! — подытоживает он. — Ты же альфа! Вот и веди себя соответственно. А ревновать к человеку — это как-то жалко.

Он завершает звонок. Сколько себя помню — слышу от него одно и то же. Даже тогда, двадцать лет назад он сказал мне именно это: «Ты же альфа! Подбери сопли. Альфы не трясутся в страхе, альфы решают свои проблемы с холодной головой…»

Вот чёрт! Как-то слишком часто я в последнее время вспоминаю то, что случилось тогда. Надо бы завязывать с этим. Ни к чему ворошить прошлое. Всё равно уже ничего не изменить. Для чего сейчас эти сомнения?

— Так ты встретился с той омегой или нет? — спрашиваю Геру во время телефонного звонка. Он как-то странно отмалчивался в последнее время, так что мне стало любопытно.

— Встретился, — отвечает он почему-то безрадостно. — Но мэтч, очевидно, не случился.

— Чего? Что-то я тебя не пойму? — говорю я хмурясь. — Она тебя чем-то не устроила или что?

— Да нет, она вполне ничего, — произносит Гера каким-то странным тоном. — Красивая и неглупая, судя по всему. Всё, как ты говорил.

— Ну так и в чём тогда проблема? — спрашиваю я непонимающе. — Ты её чем-то не устроил?

— Ну… — он тяжело вздыхает. — Я просто думаю, что ещё не готов.

Дрожь раздражения прокатывается по телу. Я сворачиваю на ближайшую парковку у салона красоты. Понимаю, что разговор будет долгим и занудным в стиле Геры.

— К чему ты там не готов? — спрашиваю я с сомнением.

— К отношениям, — отвечает друг безрадостно. — Не знаю… Просто всякий раз, когда я знакомлюсь с омегой, у меня в голове возникает мысль, что я предаю Лену.

— Снова-здорово! Гер, ты меня извини, конечно, но твоя Лена уже пять лет как почила и с того света точно не вернётся. А потому свою брачную клятву, любить до гроба, ты можешь считать исполненной.

— Да знаю я, — отвечает он нервно. — Осознаю всё, но вот душа не лежит. Понимаешь?

— Не понимаю, — отвечаю я честно. — Ещё когда Ленка была жива, не понимал, чего ты так носишься с ней — любой каприз её исполняешь. А теперь уж и подавно в толк не возьму. Ты не обижайся только, но это ведь омега. Таких полно вокруг — выбирай на вкус. А ты вцепился… даже не в женщину — в воспоминание и тратишь своё драгоценное время впустую.

Гера молчит в ответ, и я начинаю сомневаться, а не перегнул ли с нотациями. Он всегда был такой — суровый волк снаружи и мягкий и пушистый зверь внутри. Я знал, что однажды это выйдет ему боком. Но, разумеется, я и предположить не мог, что всё вот так обернётся.

— Ладно, — говорит он каким-то отсутствующим голосом. — Мне надо на совещание. Позже созвонимся ещё.

— Давай я заеду лучше к тебе в офис в конце дня, — предлагаю я, ощущая небольшую вину. Всё же надо было быть деликатнее.

— Хорошо, — отвечает он. — Набери, как приедешь.

Гера завершает звонок. Я некоторое время смотрю на экран, а потом выезжаю с парковки. Нужно съездить ещё на одну встречу. А потом уже можно и к другу заехать.

У офиса Геры, как обычно, много автомобилей. Я с трудом нахожу парковочное место и набираю ему. Друг отвечает не сразу, я даже успеваю дойти до ресепшена.

— Я уже подъехал, — говорю в трубку, а сам подмигиваю секретарше.

Она хоть и человек, а глядит на меня с восхищением. Этот взгляд ни с чем не спутать — знает, что никогда не заполучит альфу, но всё равно продолжает мечтать об этом.

Гера выходит ко мне довольно скоро. Мы обмениваемся рукопожатиями и дежурными вопросами. Он выглядит гораздо бодрее, чем звучал по телефону. Видимо, произошло что-то хорошее. Мне даже становится интересно, что именно. Хочу спросить его, но вдруг замечаю у ресепшена подозрительно знакомое лицо.

На несколько секунд я совершенно выпадаю из реальности. Черты лица, голос и волосы — всё до боли напоминает мне о той самой омеге из колледжа. Я с какой-то мазохистской надеждой тяну ноздрями воздух, надеясь уловить запах феромонов, которые, как мне кажется, я не спутаю ни с чем. Однако вместо этого улавливаю лишь аромат кофе с офисной кухни.

— Артур, — окликает меня Гера. — Ты чего?

— Валентина Сергеевна, вот тут распишитесь, — произносит секретарша, и моё сердцебиение ускоряется.