Чтение онлайн

— Позвоните, иначе он заберёт почти десять процентов. А если за ним ещё кто-то придёт, то нас откинет на середину, а может и в хвост.

— Что?! Так ладно, я понял, — я взял трубку и набрал Власова.

Слова о хвосте сильно переполошили меня, да я даже на середину не согласен. Рыбкина предупредительно вышла из кабинета и зависла в приёмной, ожидая окончания моего разговора.

— Данил Рудольфович, — почти выкрикнул я, когда на том конце послышалось сосредоточенное сопение отца Леры.

— Да, да, слушаю тебя Влад?

Его медленный, размеренный говор немного привел меня в чувство, но требовать я ничего не могу, только убеждать.

— Слышал, вы забираете из от моей конторы свои инвестиции?

— Забираю Влад, я нашел более выгодного партнёра.

— Но разве вас что-то не устраивало в нашем с вами сотрудничестве?

— Всё устраивало Влад кроме одного, твоей эмоциональной нестабильности.

— В каком смысле? — нахмурился я.

— Не женишься никак, а это не слишком хорошо для репутации.

— Не далее как несколько дней назад, я сделал предложение вашей дочерти и она, как вы знаете, наотрез отказалась, — не хочу, но повышаю тон.

— Ну, сделал бы ещё одно, а потом ещё, ты же знаешь какая она стрекоза, её поймать нужно. А ты что делаешь — не ловишь, сразу же свету представляешь новую свою невесту. Откуда она взялась так быстро?

Тут я замолчал, нечем крыть. Не скажу ведь я ему, что на протяжении какого-то времени встречался с его дочерью и заодно, параллельно с этой девушкой. Пришлось открыть карты.

— Признаюсь вам, как на духу, Данила Рудольфович, я попросил эту девушку сыграть роль моей невесты, чтобы Лерка приревновала и вернулась ко мне.

На том конце сухой смех.

— Такого я точно не ожидал. Ладно, даю тебе ещё один шанс. Оставлю капитал. Мне ваши там молодежные игры не понятны, но то, что ты сделал, говорит от том, что всё же желаешь дочь мою вернуть.

— Конечно желаю, конечно, — торопливо подтвердил я.

— Хорошо. Так и быть. Работай, Влад. Но учти, если в скором времени на Лерке не женишься и не наладишь с ней отношения, заберу всё до копейки. Я найду куда выгоднее вложить свои деньги. Усёк?

— Не волнуйтесь.

— А я не волнуюсь, это ты должен волноваться, ведь я если уйду, то не один. И Тунцова и Каргина за собой потяну, смекаешь?

Мне в голову прямо волна горячая ударила, это же почти половина, на чем держится мой бизнес. Тунцов, Каргин — акулы финансовые, на которых я стою. И если они уплывут, нелегко мне придётся.

— Я всё понял. Всё налажу. Обещаю.

На том конце отключились, а я откинулся на спинку кресла.

— Твою мать, — сказал глядя на Рыбкину, которая ждёт новостей в приёмной.

Она глянула на меня и кажется, тоже всё поняла.

18

И почему мне кажется, что я вляпался в какое-то дерьмо и нескоро удастся из него выбраться.

Смысл моей работы в том и состоит, чтобы не терять инвесторов, а накапливать. А тут получается, только что я уверенно себя чувствовал, крепко стоял на ногах, но стоило дунуть ветру недоразумений между мной и Валерией Власовой, и зашатался мой бизнес, как тот небоскреб, который кажется прочным, до того момента, пока его не разрушит ураганный ветер или землетрясение.

Нет, мой бизнес не должен шататься при таких незначительных обстоятельствах.

А значит что?

Я встал, спустился в зал, где кипит работа.

— Внимание! — говорю громко, так что все повернулись, приготовились меня слушать. Сейчас я должен в очередной раз показать свою над ними власть. — Не далее как пять минут назад, мне позвонил один человек и пригрозил забрать свой капитал. — Лёгкий ропот прошел по рядам брокеров и трейдеров. — Так вот, те из вас, кто в этом месяце привлечет наибольшее количество новых клиентов, получат от меня личные поощрительные премии. Первая десятка будет поощрена в зависимости от занятого места. Поверьте, премия вам понравится.

Ободрительный ропот.

— А какой первый приз? — выкрикнул кто-то.

Я улыбнулся, выдержал паузу.

— Первые трое получат по миллиону, не зависимо от того какая между ними будет разница.

— Ого! — тут вообще все зашевелились.

Я увидел огонь в их глазах. Почти во всех. Я знаю, что нужно предложить людям, чтобы они умерли на работе, но добились результата — Деньги.

— Не дадим отдельным индивидуумам пытаться расшатать нашу фирму! — выкрикнула Рыбкина.

— Не дадим! — закричали остальные.

— За работу! — щелкнул я пальцами и пошел к выходу.

Глянул на Рыбкину, она подмигнула мне и показала класс.

Довольный самим собой я вернулся в кабинет.

Что теперь?

Лерка. За эти несколько дней без неё я кое-что понял, а именно, возможно большая часть моего к ней чувства была замешана на моем тщеславии, на деньгах ее папаши вложенных в мою фирму, и на вечном Леркином отсутствии в путешествиях по Европам.

Я вроде бы знал, что мы друг у друга есть, но в то же время, каждый из нас вполне свободен. Очень удобно.

Что греха таить, я-то и предложение ей пошел делать только по этим причинам. И вот интересно получается, в последние дни я не слишком порывался ее возвращать. Да что там, я кажется даже выдохнул с облегчением. Только в уме никак себе в этом не признаюсь.

Чёрт, неужели я так завишу от денег ее отца? Кроме него у меня полно других инвесторов и чего я так всполошился. Но стимулировать народ всегда приятно. Пусть повышают планы. Лишним не будет.

Я слегка успокоился, вернулся в кабинет и засел за работу. —

Понемногу начинаю понимать, что работа тут вообще — атас. Не бей лежачего.

Да за шестьдесят штук я готова жить с этим милым ребенком хоть вечно.

Не, ну не вечно, я утрирую, но действительно. Сёма — золотой мальчик. Спокойный, неразговорчивый. Он почти ничего не говорит, только — мама на меня и Вадя, на своего папашу, и ещё пару тройку слов.

А мне что, погулять, помыть, поиграть, покормить, спать уложить. Всё. Никаких тебе стирок, уборок, готовок. Это делают другие люди. Замечательно.