Ботаник
Шрифт:
— И я бы точно кончила (прим. пер.: в данном случае слово «come» (приходить) переводится, как «кончать»), это стопудово, — отвечает ее подруга громким шепотом.
Они смеются и не обращают внимания, что все взгляды устремлены на них.
— Что это было? — спрашивает Коэн.
Как только он задает вопрос, хихиканье девиц стихает. Они обе испуганно смотрят друг на друга, прежде чем перевести смущенный взгляд на своего профессора, который явно не в восторге от их слов.
— Ничего, сэр, — раскаивающимся голосом отвечает Ширли Темпл.
— Мы просто…
Коэн прерывает ее.
— Вы только что сказали о том, что сидели бы на занятии с раздвинутыми ногами, а вы — что кончили бы, да? — Его голос низкий и тихий, но тон холодный и резкий. Я поражаюсь тому, насколько он спокойно все это говорит. Большинство профессоров, которые у меня были, игнорировали бы подобные комментарии. С другой стороны, большинство моих профессоров были старше, женаты и не выглядели так, будто сошли со страниц какого-то любовного романа (я знаю это только потому, что такую литературу читает Деми).
Обе девушки пялятся на него с разинутыми ртами, напоминая рыб, которых выбросило на берег, и они отчаянно нуждаются в кислороде. Все студенты в аудитории навострили уши и ждут ответа, будто этот разговор достоин первой страницы свежего выпуска какой-то грязной газетенки.
— Я так и думал, — произносит Коэн, когда девочки ничего не говорят. — Как вас зовут?
— Киара Симмонс, — шепчет та, что с длинными накрученными волосами.
— Джули Джонс, — также шепотом отвечает ее подруга.
— Что ж, мисс Симмонс. Мисс Джонс. — Он переводит свой пристальный взгляд с одной девушки на другую. — Проваливайте из моей аудитории. Я не потерплю никаких форм сексуальных домогательств, в том числе, любых замечаний сексуального характера в мой адрес. На данный момент вы обе официально исключены из состава студентов, посещающих этот курс. Есть много других желающих - так что теперь ваши места достанутся тем студентам, которые действительно хотят учиться.
— Но...
— Вон. Сейчас же. — Коэн не повышает голос, но его тон такой холодный, что я удивлен, как мы тут все не покрылись инеем.
Девушки выбегают из аудитории, и как только двери захлопываются, Коэн окидывает взглядом шокированных студентов.
— Поскольку сегодня первый день занятий, небольшая чистка рабочего места в порядке вещей. Пожалуйста, достаньте учебную программу курса, которую я опубликовал на нашей доске обсуждений в интернете на прошлой неделе. Если вы не распечатали ее, пусть поделится человек, сидящий рядом. В любом случае, слушайте меня.
Каждый студент спешит достать свою копию программы, и Коэн продолжает рассказывать более подробно о каждом пункте. Я следую за профессором вместе с остальными и время от времени поглядываю на учеников, мне интересно, действительно ли они его слушают, и, как оказалось, ответ положительный. Мы просматриваем темы и расписание занятий, а также политику учебного заведения и ожидаемые результаты от предмета. Когда занятие уже почти подходит к концу, дверь распахивается, и в аудиторию залетает девушка.
Все взгляды устремляются на Коэна, чтобы увидеть его реакцию. Он небрежно смотрит на часы, и, слегка приподняв бровь, обращается к опоздавшей студентке:
— Я могу Вам помочь, мисс?..
— Митчел. Эддисон Митчелл. — У нее запыхавшийся голос и румянец на щеках, вероятно, от бега и смущения. Она подходит ближе, из-за расстояния я не могу как следует её рассмотреть, но могу сказать, что она красотка. Высокая и стройная, ее длинные взъерошенные светлые волосы излучают пляжную атмосферу, такое впечатление, будто она часто проводит по ним руками.
— Что ж, мисс Митчелл, если вы пришли на «Основы греческой мифологии», то очень опоздали.
— Уверяю вас, я обычно прихожу вовремя, но мне позвонили из службы безопасности кампуса и сказали, что кто-то врезался в мою машину на парковке. Пришлось идти туда и звонить в страховую компанию. У меня есть записка от службы безопасности, могу показать, если нужно. Я всегда очень пунктуальна.
— Какова бы ни была причина — если не можете прийти на занятие, пожалуйста, обязательно заблаговременно сообщайте мне или моему ассистенту. Я терпеть не могу, когда студенты опаздывают, но, учитывая ваши обстоятельства и так как сегодня первое занятие, сделаю вам поблажку. Считайте, что вам повезло. Присаживайтесь.
— Спасибо, сэр. — Девушка поворачивается спиной и поднимается по ступенькам к одному из свободных мест, где сидели те болтливые подружки. С каждым шагом ее волосы слегка подпрыгивают, как и легкий материал ее кофты. Прежде чем пройти по ряду к своему месту, она оглядывается через плечо и говорит:
— Еще хотела сказать, что мне очень жаль. Такое больше не повторится.
Коэн кивает в знак согласия, но я замираю на месте. Я должен был сразу понять, когда увидел ее волосы и кофту, но лишь ее слова, сказанные через плечо, напомнили мне, кто она такая. Это та девушка, которая налетела на меня в коридоре. Качаю головой и снова смотрю на Коэна, который рассказывает о последних пунктах учебной программы.
Окидываю взглядом аудиторию — каждая студентка наблюдает за профессором с восхищенным и мечтательным выражением лица. Кроме одной, кажется. Я ошеломлен, что одна девушка с теплыми карими глазами смотрит на меня с нескрываемым интересом. С трудом отвожу взгляд, но чувствую, что она продолжает на меня пялиться. Пытаюсь незаметно посмотреть вокруг себя — может, ее внимание привлекло что-то еще — но ничего такого не замечаю. Снова нахожу ее взглядом — она, как и прежде, внимательно на меня смотрит. Румянец обжигает мои щеки, а лицо девушки в ответ озаряет улыбка, от которой у меня перехватывает дыхание.
«Почему она не сводит с меня глаз?» — думаю я про себя. Честно говоря, из-за этого чувствую себя не в своей тарелке.
ГЛАВА ТРИ
ЭДДИ
Студентки, которые посещают курс «Основы греческой мифологии» получают бонус — профессор просто мега–красавчик. Как только я вошла в лекционный зал, сразу же нашла его взглядом, чтобы извиниться, и была ошеломлена тем, насколько он сексуален. Конечно, до меня доходили слухи — но я думала, что они преувеличены, — как оказалось, это не тот случай. Он выглядит просто отпадно — высокий, с темными волосами и крепкими, широкими плечами. Легкая щетина делает его ярко-голубые глаза более выразительными, а его глубокий голос тягучий, словно горячий сироп. Уайлдер производит впечатление властного человека, и, хотя он был со мной достаточно мил, есть в нем что-то такое, что меня немного пугает. Он без особых усилий удерживает внимание всех студентов, и по тому, как он говорит и оценивает каждого, у меня складывается впечатление, что с его мнением нужно считаться в любой ситуации. Я не знаю, женат ли профессор, но выглядит так, будто меняет женщин, как перчатки. Его поразительная сексуальная привлекательность, вероятно, и является причиной того, что большинство студентов в аудитории женского пола. Черт возьми, большинство девушек страстно желают Уайлдера и сидят в мокрых трусиках, но я воздержусь.
Хочу закончить универ после этого семестра, но, чтобы получить степень, нужно закрыть еще несколько предметов, включая этот — ведь посещение факультативного курса является обязательным. Слава богу, что я не запала на профессора, так мне будет легче сосредоточиться на учебе и поддерживать свой средний балл успеваемости на высоком уровне.
Но неожиданно меня заинтересовал кое-кто другой. Не могу удержаться и постоянно поглядываю на ассистента моего нового профессора. Его застенчивость очаровывает меня и мешает сосредоточиться на учебной программе курса, которую мы сейчас изучаем. Может быть, я тороплюсь с выводами. Но, если так и дальше пойдет, в этом семестре у меня могут возникнуть проблемы с концентрацией внимания.