Бой насмерть! Начало.
Шрифт:
Вильгельм молча, встал с кресла, прихватив с собой чемоданчик, и подойдя к столу, высыпал его содержимое прямо на стол, перед лицом совершенно сбитого с толку работника банка.
– Как видите, я деньги принес с собой. Так, что будьте так любезны, оформите мне счет и поскорее. Мое время дорого.
Все еще прибывающий в шоке клерк с выпученными глазами, взял в руки одну из пачек, и только после этого более или менее пришел в себя.
– Одну минуту, господин, простите не узнал, сразу как вас зовут...
– Вильгельм Краузе.
– Представился он.
– А как вас величать?
– Ой! Простите ради бога! Мое имя Ганс Хойдеман.
– Испуганно представился он.
– Еврей?
– Подозрительно прищурившись, спросил Вильгельм.
– Нет, что вы. Я австриец. Родом из Вены.
– Тогда ладно. А то, я очень даже евреям, и цыганам не доверяю, со славянами вкупе.
– Зря вы так. Вполне себе нормальные люди, среди которых, негодяев хватает но, и порядочных людей немало. Впрочем, как и в любом другом народе. Не больше, и не меньше. Тоже и славян касается, например русских или болгар.
– Замолкни, канцелярская душенка! Не будем далее на эту тему распространяться. Я вообще, зачем сюда пришел?! Ты собираешься открывать счет, положив на него деньги? или так и, будешь на них таращится?!
– Сию минуту, господин Вильгельм Краузе, я не уполномочен вести дела на такие суммы. Сейчас, я приведу одного из управляющих, вот вы с ним, и обсудите условия.
– Сказав это, Ганс Хойдеман, положив обратно в кучу, до этого все еще продолжавшего держать в руке пачку британских фунтов, быстро выбежал в дверь, и буквально через считанные минуты в комнату вошел представительный мужчина в дорогом, и не броском костюме, делового человека. Подойдя к столу, он представился своему собеседнику:
– Позвольте представиться, господин Вильгельм Краузе. Меня зовут Иоганн Стегманн. Приношу вам свои извинения за некорректное поведение своего сотрудника, но вы должны понимать, что далеко не каждый день, приходят в банк, и перед носом вываливают огромную кучу денег. От такой картины далеко не у всех остается адекватное восприятие действительности. Вы принимаете мои извинения?
– Разумеется. У меня претензий нет. Лучше давайте займемся делом.
– Разумеется. Не будем откладывать в долгий ящик. Будьте так добры, предоставить, ваши личные документы, для соблюдения всех установленных законом формальностей.
Вильгельм, извлек из внутреннего кармана куртки документы на имя Вильгельма Краузе, и протянул их Иоганну Стегманну.
– Любопытно. У вас документы подданного Германской империи. Давно дома не были? Заинтересованно спросил Иоганн.
– Давно. С 12 лет в Германии не был. Путешествовал по миру в поисках приключений в Южной Америке, и в Африке довелось побывать. Всякое было.
– Выдал свою легенду Вильгельм.
– Как я вижу, вы весьма плодотворно за это время попутешествовали. С большим прибытком для себя.
– Покосившись на стол с деньгами, констатировал он.
– Не без этого.
– С мрачной миной на лице, согласился с управляющим.Вильгельм.
– Если не секрет, то каковы причины вашего возвращения на родину?
– Знаете ли, надоело по миру скитаться, вот и решил домой вернуться.
– Похвальное желание. Если не секрет, то где осесть планируете?
– Для начала Берлин посетить планирую. Осмотрюсь для начала, а дальше видно будет. Быть может, коммерческое предприятие организую или нечто другое. Пока не могу сказать. Сам еще не определился.
– Бог в помощь, как говориться. Я вас случаем не утомил своим расспросом?
– Ничего страшного. Мне приятно пообщаться со своими соотечественниками. За все время моих скитаний с германцами встречался буквально считанные единицы раз.
– Это заметно по вашему не типичному акценту, но это со временем сойдет, на, нет. Поживете, пообвыкните и все придет в норму с окружающей средой.
– Надеюсь на это.
– Можете не сомневаться. Все так, и будет. Теперь приступим к основной нашей цели. Наше условие таково. Вся сумма ваших наличных будет храниться в банке под 5% годовых, но так как вы изъявили желание 100000 фунтов перевести в марки, то с такой операции мы взимаем свой процент в размере все тех, же 5% от суммы. Для того, чтобы избежать путаницы, предлагаю вам такой вариант. Мы все ваши условия выполняем, и не взимаем за обмен валюты проценты, но в течении 6 месяцев не будем вам начислять проценты. Вы с такой постановкой согласны?
– Вполне. Это меня устраивает, хотя надо полагать, это весьма дорого.
– Соглашаясь с предложенным Иоганном условием, кивнул головой, Вильгельм.
– Ну, вы и нас поймите правильно. Мы вас не знаем, кто вы и откуда такие деньги взяли. Может вы их украли? Это перестраховка на случай возможных осложнений.
– Не переживайте. Проблем не предвидеться. Никто не предъявит вам никаких претензий. Просто некому.
– Со зловещей улыбкой на лице, высказал Вильгельм.
– Будем надеяться.
– Проигнорировав хищный оскал, Иоганн.
– Мой вам совет. Как надумаете заняться предпринимательством, обратитесь напрямую к управляющему Берлинским филиалом нашего банка. Это опытный в финансовых делах человек, на которого всегда можно положиться. Если хотите, я дам вам рекомендательное письмо?
– Давайте. Лишним не будет.
– Хорошо, тогда приступим к пересчету денег, и составлению договора с оформлением, для вас чековой книжки, а также всех необходимых бумаг.
– Приступим!
– С воодушевлением ответил, Вильгельм.
– Дядя, чем вы опять не довольны?!
– Обиженно воскликнул Ганс Хойдеман.
– Я же общаясь с клиентом, не нарушил ваших инструкций.
– Ганс, как ты думаешь, почему тебя поставили в фойе для встреч клиентов?
– Не скрывая своего раздражения, задал вопрос, Иоганн Стегманн.
– Ты хорошенько подумай, прежде чем отвечать на вопрос.
– Так вы же сами говорили. Для того, чтобы набраться опыта в общении с разными клиентами.
– Хорошо, хоть это ты для себя уяснил, но все же, надлежащих выводов для себя не сделал. Ты почему позволил своим эмоциям взять над собою верх? Я тебя спрашиваю?!
– Повысил голос Стегманн.
– Не кричите так, дядя! Я не маленький. Поставьте себя на мое место. Заваливается неизвестный мородоворот с повадками налетчика, и вываливает прямо перед моим носом просто сумасшедшую кучу денег. Как бы вы поступили на моем месте? Естественно, я растерялся.