Чтение онлайн

По пути прихватываю Бера и Зелу, а то они изтанцевались так, что остальные кавалеры и дамы только оглядываются, спины выпрямляют и завидуют в голос. Альвийскую грацию не пропьёшь.

Пока втроем идем в коридоре, Бер, глядя в зеркало на стене, поправляет бабочку и челку.

— Данила, а что случилось-то? — спрашивает, оборачиваясь.

— Багровый уровень в Междуречье, — отвечаю, двигаясь дальше.

Бер аж загорелся:

— Будем драться с багровым?

— Нет, — хмыкаю. — Я вас просто заодно забираю.

— Зачем? — искренне удивляется он, морща лоб.

Зела поправляет сползающее с плеч прозрачное полотно, которое только формально можно назвать платьем, и упрекает суженого:

— Бер, ну что ты такой непонятливый! Мы же оставили в Междуречье наших воинов. Кто, по-твоему, будет следить за ними? Лорд Данила на нас полагается.

— Верно, — киваю. — Не Феанору же мне их доверять.

Всей компанией направляемся в пустую комнату для переноса в Междуречье. Уже почти прикрываю дверь, как в последний момент вбегает Лакомка. Легкая, стремительная, будто ветер влетел следом, шелестя голубым платьем. Глаза горят азартом, губы поджаты, чтобы не выдать радостную улыбку.

— Мелиндо, — протягивает с лукавым прищуром, — Красивая передала очень ценный подарок для всего нашего рода. Как вернёшься, обязательно посмотри. И не подглядывай в моей голове, — мельком касается золоченой пряди в прическе. — Это надо видеть вживую.

Хмыкаю в ответ.

— Хорошо. Обещаю. Но сейчас не до подарков.

И правда, не до них. «Для всего рода», говоришь, жена? Когда даже Лакомка ходит с таким видом, хочется ускорить возвращение раза в три. Но нет. Сначала Междуречье. Сначала дело. А сюрпризы — потом.

Достаю портальную стелу, связываюсь с Портаклом. Он уже на месте, во дворе возле стелы, так что всё проходит быстро — несколько движений, и нужные манипуляции завершены. Портал вспыхивает, затягивает нас троих в пространство между, и вот мы уже в Стрёмено.

Вообще, надо бы подыскать Портаклу помощников. Как-то даже неловко выходит: бывший глава гильдии портальщиков самой Организации, а у меня работает привратником. Не порядок.

Во дворе на базе нас сразу встречает Студень.

— Шеф, поздравляю с женитьбой! Снова!

— Спасибо! — отзываюсь, пожимая руку старшему гвардейце. — Докладывай.

Студень вытаскивает из разгрузки планшет, пролистывает снимки, сделанные с вертушек, и останавливается на одном.

— Военные передали, что наблюдают гигантского короля-гулей.

Вглядываюсь в изображение. Белый монстр. Гигантский. Величиной с дом. Разворачиваюсь к горизонту, чувствуя далёкую ментальную вибрацию. Слабые толчки, пока ещё далекие, но неоспоримо приближающиеся.

— Как быстро он идёт? Какие данные по скорости? — спрашиваю, не отрывая взгляда от горизонта.

— Если не замедлить, будет здесь меньше чем через два часа, — отвечает Студень ровно, без паники. — Несётся быстро, артиллерией его вряд ли получится остановить — за ним ещё орда несется, как утята за мамкой.

Перевожу дыхание, усиливаю ментальные щупы. Раскрываю артефакт удалённой телепатии, вбирая в себя дальние волны. Из психической темноты проявляется силуэт. Гигантский король-гуль. Белый монстр, покрытый бесформенными наростами. Мои перепончатые пальцы, хм.

— Ух, здоровый, — бросаю задумчиво, покачивая головой.

Рядом встает Бер, щурясь на горизонт. Видимо, решил, что я увидел монстра в реальности.

— Может, шеф, всё-таки шарахнем артиллерией? — предлагает Студень. — Если вместе с Золотым ударим, глядишь, и достанем…

— Это лишнее, — качаю головой. — Тратить снаряды на такого здоровяка не вижу резона. Видишь ли, этот гуль явно не сам сюда припёрся. Его к нам прислали. Подарочек. На мою свадьбу, видимо. Символичный такой, с размахом. Только вот слишком уж претенциозный подарок, чтобы я его принял. А раз так — вернём обратно.

Студень хмыкает, а по лицу видно, что заинтриговался. Впрочем, не он один. Рядом Зела поправляет волосы, Бер тянет шею, оба ждут продолжения.

— А вернём мы его, — ухмыляюсь, — проверенным способом. Студень, опрыскайте Золотого душнилой — в этот раз не жалейте настоя. Полетаем немного.

— Есть, шеф!

— Зела, Бер, принимайтесь за сородичей. Здесь вы мне не нужны.

— Слушаюсь, милорд, — отвечает Зела и хватает тормозящего Бера за руку, утаскивая за собой.

Золотого опрыскивают минут десять, тщательно, слой за слоем, пока от него уже несёт душнилой так, что глаза режет. Подхожу ближе, а золотомордое чудо косится на меня исподлобья, недовольно морщится и ворчит по мыслеречи:

— Опять эта дрянь-трава! Как же я её терпеть не могу!

— Не будь душнилой, ты и сам уже ею пахнешь, — ухмыляюсь, забираясь на его желточешуйчатую спину. — Полетели. Дел невпроворот, а мне ещё на брачную ночь надо успеть. Не подведи, золотце.

Золотой фыркает, встряхивает крылья, но молча поднимается в воздух. Пока взлетаем, решаю заглянуть кое-куда… к Годуновым.

Летим в сторону их ставки. До радаров остаётся совсем немного — сбрасываю скорость, активирую ментального портальщика. Ломтик мгновенно уходит в разведку, скользит тенями по базе, и уже через минуту находит идеальное место: без камер, без лишних глаз, прямиком в самое сердце ставки.

— Не теряй, Золотой. Я скоро, — встаю на желтую спину.

— А куда это ты собрался, человек? — хмыкает он. — Вокруг только облака.

— А я чуть дальше, — отвечаю с усмешкой.

Прыгаю.

Поводок телепортации в три километра — на первый взгляд так, ерунда, по горизонтали это почти ничего. Но если тянуть по вертикали, хоть в космос можно унестись и обратно вернуться. Только мы сейчас не в космосе. Всего-то на уровне облаков. А значит, и дистанция до земли меньше.

Пара скачков — и вот я уже в самом сердце ставки Годуновых, в защищённом до зубов кабинете главы.

Федот Геннадьевич стоит спиной ко мне, чинно плескает себе коньяк, покачивает бокал, явно погружён в свои мысли. Спокойный, расслабленный. Гостей точно не ждал.

Молча опускаюсь в его кресло. Удобное, широкое, мягкое — прямо создано, чтобы развалиться с видом хозяина жизни. Закидываю ногу на ногу, устраиваюсь поудобнее, позволяю себе неторопливую, почти ленивую улыбку.

— Мне водички, пожалуйста, — бросаю в пространство. — «Арарат» не надо, я, так сказать, за рулём.

Федот Геннадьевич резко оборачивается.