Чтение онлайн

Он хохочет радостно и уже руки потирает в предвкушении. Мы выходим на улицу, сворачиваем в переулок — и рядом останавливается модульный броневик, собранный из блоков, без магии, просто отличная механическая машинка из Царства. Дверь с бойницей распахивается, и изнутри светятся улыбками знакомые красивые лица: Светка, Маша, Настя, а также Змейка. Причем мои жены облачены в камуфляж.

— Ну как тебе девушки? — усмехаюсь.

Гришка морщит лоб, недовольно тянет губой:

— Блин, Даня, это не считается. Ты зачем своих жен привел! У нас же мальчишник! Или…

Он бросает задумчивый взгляд на Змейку, сейчас миленькую и голубенькую, но та мгновенно обращается в боевую форму; кожаная портупея рвётся с треском, разлетаясь по салону. Хищница в пластинчатой броне оскаливается:

— Щщщто, фака?

Гришка сразу сдувается и руки опускает:

— Да не-не…

Я хлопаю казаха по плечу:

— Залезай к нашей Матери выводка, она тебя развлечёт беседой во время дороги.

— Э-э… А может я сяду со Светкой.

— Я сяду с мужем, — заявляет бывшая Соколова.

Так что в итоге Гришка усаживается возле четырехрукой хищницы, я же запрыгиваю следом и машина трогается. Коля ведет тачку обходными путями и ныряет сразу в заранее присмотренную безлюдную дорогу в лесу. По пути через Ломтика я заглядываю к леди Элиоре. Дело в том, что в течение дня мы с ней заочно пообщались и леди решилась послать мне зов о помощи. А было дело так…

Усадьба лорда Грендеэля (Лорда Стали), Нема

Элиору держали взаперти в покоях на втором этаже. За что ей все это? Она ведь была пассией Багрового Властелина всего лишь на одну ночь. Но это не волнует лорда Грендеэля: раз она была последняя, значит, её можно протолкнуть как символическую наследницу для получения Багрового Жезла.

Но заточение — лишь часть беды.

К Элиору часто приходит девушка из Грендеэлей. Старшая дочь Лорда Стали постоянно унижает блондинку, дразнит, специально тычет пальцем в самое больное: мол, Властелин выбрал её, потому что она распоследняя шлюха. Старшая дочь явно завидовала успеху Элиоре и потому надрывалась криками.

И вот леди Грендеэль снова приходит начинает бросаться грязными оскорблениями. Элиора опускает глаза, не отвечает, поджимает губы. Хоть бы кто-нибудь ее защитил, хоть бы кто-нибудь…

И этим кто-нибудь оказывается Ломтик. Ауф. Правая лапа вожака, посланный этим самым вожаком, выливает на голову этой стервы выливается ведро помоев. Дерьмо льется из теневого портала прямо в потолке. Девица из Грендеэлей визжит, прыгает на месте, волосы и платье облиты с ног до головы. Она в шоке, орет, отшвыривает куски грязи и со всех ног убегает. Элиора ошеломлённо смотрит на лужу, потом на дверь.

И вдруг у нее в руках появляется записка. Девушка в шоке читает слова:

— «Если вам здесь не нравится, леди, я могу вас вызволить. С уважением, король Данила».

Блондинка хлопает глазами. Король Данила? Тот самый менталист, которого она облила вином по приказу Лорда Стали? Элиора вспоминает его свадьбу, на которую ее взял Багровый Властелин. Король Данила — очень важный человек, раз там же были и Хоттабыч и другие правители.

Элиора мешкает. Неужели менталист, правда, хочет ей помочь?

Вскоре возвращается та самая девица и уже приводит с собой стражника.

— Избей эту суку! — визжит леди Грендеэль, которая до сих пор пованивает, несмотря на душ. Она указывает на Элиору.

— Я не могу её ударить, миледи — говорит стражник. — Она — знатная пленница, и ваш отец велел ее беречь.

— Тогда просто заломи ей руки и протащи ее лицом по луже дерьма, — указывает леди Грендеэль на лужу, которую до сих пор не убрали.

— Это можно, — подумав, кивает стражник и делает шаг к Элиоре.

Но он не успевает ничего предпринять. Ломтик высовывает лапу из тени рядом с его поясом, задевает и активирует защитный артефакт что болтается на петле. Купол смыкается, только артефакт меняет направление, и силовое поле вместо защиты самого стражника срабатывает как барьер. Его занесенная нога с размаху бьётся о невидимую стену, он спотыкается и валится вниз, ударясь головой о каменный пол. Лицом его тут же протащило по луже, оставив мокрый след.

— Ты что творишь, остолоп?! — визжит леди Грендеэль, в ярости пиная стражника под ребра. Учитывая что леди Воин, бедняге приходится несладко.

На ее визг прибегают другие стражники. Поднимается суматоха, избитого стражника выносят в госпиталь, да и леди Грендеэль по приказу ее отца оттаскивают подальше. Лорд Стали также велит: больше никого к Элиоре не впускать.

В покоях Элиора остаётся одна. Хотя нет не одна — в ее руке возникает новая записка:

«Произнесите вслух».

Лаконично и просто. Улыбка трогает губы блондинки. У нее никогда не было покровителя. Тот же Багровый Властелин взял на день ее как игрушку, но сейчас кто-то впервые проявил к ней участие и позаботился.

Элиора держит маленький клочок бумаги, прижимает к пышной груди, и шёпот рвётся из её губ:

— Король Данила Первый…Ваше Высочество, я прошу — спасите меня, пожалуйста! Я…я буду вам навеки благодарна!

— Тяв, — раздается откуда-то из-за угла.

Правая лапа вожака услышал зов о помощи, а значит его услышал и сам вожак. Ауф.

— Трогаемся, — бросаю, когда мимо проскакивает очередная карета дроу, направляющаяся в город, и Колян жмет газ, выезжая из кустов на дорогу.

— Ура! «Юные русичи» снова в деле! —радостно заявляет Светка, в предвкушении проверяя разгрузку. Не знаю, зачем там зеркальце и расческа наряду со взрыв-артефактами. Видимо, для девушек разгрузка — это просто разновидность дамской сумочки.

Змейка вытягивает шею, её змеиные космы приподнимаются, она вопросительно цедит:

— Русичи, мазака-а?

Я усмехаюсь:

— Да, милая, ты теперь русич, причем юный, — и бросаю Гришке. — У нас пополнение. Маша, Настя и Мать выводка теперь тоже в составе.

Гришка вздыхает:

— «Юные русичи» — это, конечно, здорово, хоть и не мальчишник, но, боюсь, я другого…Совсем другого…

Лена настораживается, сразу перехватывает:

— Чего именно?

Гришка снова вздыхает, будто несёт на себе груз мудреца:

— Увидите сами, девчата.

Камила качает головой, цокает языком об нёбо:

— Да тебе только дай повод смуту навести, Гриш. Спокойно посидеть — это ж для тебя хуже пытки.

Казах только разводит руками, мол, сама скоро увидишь.