Чтение онлайн

Я глубоко вздохнула и поймала его взгляд. Даже если я не чувствовала никакой бравады, которую демонстрировала, мне пришлось заставить его поверить в это.

— Единственное, что ты доказал — это то, что ты нестабилен.

— Я многое узнал о себе, пока был в отъезде. Я могу обещать тебе, что мой разум работает лучше, чем когда-либо.

— Так это то, ради чего ты сбежал? Найти себя?

— Нет. — Он поднялся на ноги и бесшумными шагами вышел из комнаты. Несмотря на мое отвращение, я не могла не восхищаться им. Теперь все в нем было другим. Он двигался и говорил, как хищник. Он как будто что-то искал.

Как будто он хотел жертву.

Я воспользовалась возможностью осмотреть свое болезненное тело, покрытое красными пятнами. Ни одно из них не оказалось слишком серьезным. Единственные шрамы, которые у меня были, находились слишком глубоко под поверхностью.

— Ты меня игнорируешь? — я резко подняла голову и посмотрела на дверь спальни, где Кинан стоял и смотрел на меня.

— Что?

Он отошел от двери и остановился у изножья кровати. Когда он наклонился и положил руки по обе стороны от моих ног, я поборола желание отпрянуть.

— Я звал тебя по имени.

— Очевидно, я тебя не услышала.

— Хочешь больше того, что было раньше? — выражение его лица не изменилось, но глаза были почти черными от гнева.

— Пожалуйста, не надо.

Он ничего не сказал, просто встал прямо и протянул руку. Я ошеломленно посмотрела на нее.

— Я могу взять тебя или заставить, — тихо сказал он, когда я колебалась слишком долго.

Моя рука медленно скользнула в его, и я могу поклясться, что он потер мои костяшки большим пальцем, прежде чем поднять меня на ноги.

— Медленно, — попросила я. Мое тело болело, а движения были скованными.

Он не ответил, но его шаги были медленными, когда он вывел меня из комнаты. Когда вскоре после этого мы вошли в ванную, я потеряла возможность дышать и контролировать конечности.

Я упала на пол, но его рука крепко сжала мою.

— Кинан, нет.

Все время, пока я умоляла, мои глаза оставались прикованными к ванне, полной воды. Зловещие мысли пронеслись в моей голове. Я не осознавала, что ползу назад, пока не ударилась спиной о стену.

— Что ты делаешь? — в его тоне не хватало терпения, когда он сделал тяжелые шаги ко мне.

— Пожалуйста, не заставляй меня возвращаться туда. Вода слишком горячая.

— Уже нет. Я поменял все обратно.

— Поменял? — замешательство сменило панику, когда я смотрела на него сквозь тусклый свет коридора. Что он имел в виду, говоря об обратном изменении? Как только в моей голове сформировался вопрос, последовал ответ.

Кинан не только хотел наказать меня, но и намеренно нагрел воду, чтобы причинить мне еще боли, которая могла бы нанести непоправимый ущерб. Должно быть, именно это он и сделал, когда возился с ручкой.

— Да, Шелли. Я сделал это. Теперь иди.

— Нет. — Я прижалась к стене, как будто это действительно могло спасти меня от него. Кинан был сильнее и контролировал ситуацию. Как я могла с этим конкурировать?

— Вода не горячая.

— Почему я должна тебе доверять? То, что ты сделал, было отвратительно. — Небрежно пожав плечами, он заставил меня подняться с пола.

— Это было необходимо.

— Ты не имеешь права ревновать к тому, кого не существует, — огрызнулась я и помолилась, чтобы он не услышал лжи в моем голосе.

— Ревновать? Я просто забираю назад то, что принадлежит мне. Как я могу ревновать?

В ванной он толкнул меня немного сильнее, чем нужно. Мое внимание было настолько сосредоточено на ванне, что я не заметила его молчания позади себя, пока его следующие слова не заставили мою кровь похолодеть:

— Ты удалила мое имя, — прорычал он.

Я обернулась к нему лицом. Ненависть в его голосе не только заставила меня почувствовать спиной, как будто он подступил к моему телу, но он также и заблокировал выход.

Огонь, танцующий в его темных радужках, должен был заставить меня отступить, но Кинан понял бы это в тот момент, когда я это сделала, и тогда он набросился бы на меня.

Улыбку, которая украсила мое лицо, невозможно было сдержать, даже если бы я захотела. Не говоря уже о том, что я стояла перед разгневанным Кинаном в своем праздничном костюме. Нет, этого было недостаточно. Мне пришлось его приманить.

— Ага. И что?

— Почему?

— Может быть, я застряла с тобой в этой адской дыре, но это не значит, что я должна перед тобой отвечать.

— Неправильно, Шелли. Ты никогда не переставала мне отвечать. Вот почему ты никогда не могла заключить сделку со своим золотым мальчиком, не так ли?

— Ты понятия не имеешь, о чем, черт возьми, говоришь. — Он говорил так, как будто знал об Эрике, но я знала, что этого не может быть, если только Лэйк не расскажет ему, а я взяла с нее обещание никогда не рассказывать.

— О, я знаю много. Я знаю, когда ты разгоряченная и готова трахаться, и, детка, ты всегда была готова трахаться. Но когда ты смотришь на него, я уверен, что он не вызывает ни страсти, ни похоти. Могу поспорить, он даже никогда не пробовал твою хорошенькую киску, не так ли? — Его рука медленно и мягко скользнула вверх по моей ноге. Так нежно, что, если бы я не была так настроена на его прикосновения даже четыре года спустя, я бы, возможно, и не заметила. — Я помню, как тебе это нравилось.

— Я не хочу, чтобы ты прикасался ко мне.

— Тогда почему твои бедра дрожат?

Я пыталась унять дрожь в ногах и бороться с воспоминаниями о том, как он обвивал их вокруг своей шеи и проводил, казалось, часы, пробуя меня… но все это было омрачено напоминанием о жестоком, садистском человеке, которым он стал.

— Если ты попросишь меня, я сделаю это для тебя, прямо здесь и сейчас. Но если ты этого не сделаешь…

Он замолчал и повел меня к ванне, крепко сжав мое запястье.

— Что, если нет? — я ненавидела то, что мой голос звучал задыхаясь, а мое тело откликалось на чистое, неподдельное обещание секса. Знание того, что он не будет со мной снисходителен, не заставило меня хотеть его меньше. Знание того, что он может и сделает, заставило меня хотеть его еще больше.

— Я все равно это сделаю. По крайней мере, если ты попросишь, то почувствуешь, что у тебя есть выбор.

Поскольку у меня не было выбора, я подняла и опустила ногу в воду, которая была потрясающе прохладной и служила бальзамом для моей кожи. Я была более чем рада, что вода скрыла мою истинную реакцию на его обещание.