Чтение онлайн

Так что же сделать, скажите мне, что?

Что я до сих пор ничему не научилась за последние пару месяцев?

Почему Киран все еще контролировал ситуацию?

Через несколько минут я подъехала к дому и поняла, что моя тетя дома, но когда я вошла внутрь, ее нигде не было. Я решила, что она заперлась в той комнате, которая вдохновила ее сегодня, и решила ее не беспокоить. Не прошло и пяти минут, как она решила заявить о своем присутствии.

— Лейк, что это? — потребовала ответа моя тетя, ворвавшись на кухню, где я намазывала пончик сыром. Я была слишком отвлечена мыслями о Киране и запрещенных моментах в пустых классах, чтобы есть что-нибудь еще. Она швырнула передо мной газету, и из-за подписи на лицевой стороне мой нож и пончик, намазанные сливочным сыром, рухнули на пол.

— Это тот мальчик, не так ли? Киран Мастерс? Он из твоей школы. Он был здесь… О Боже, — выпалила она на одном дыхании.

— Тетя Карисса, пожалуйста… успокойся. Это не то, что ты думаешь. — На самом деле, это было именно то, о чем она могла подумать, но что еще я должна была сказать?

— Почему ты мне об этом не рассказала?

Есть много причин, по которым я не рассказала ей об обвинении Кирана в убийстве. К счастью, моя тетя была не из тех, кто следил за новостями. Она предпочитала фантазии фактам, и это была главная причина, по которой мне удавалось так долго хранить это в секрете. Однако ужасное убийство несовершеннолетних детей, один из которых был сыном бывшего полицейского, должно было выйти на свет. Я была просто удивлена, что она так долго ничего об этом не слышала.

— Я не думала, что тебе это интересно, — неуклюже ответила я.

— Не думала, что… — Она глубоко вздохнула, прежде чем ее голос взорвался от гнева. — Черт возьми, он приходил и ел тут блины!

— Тетя Карисса… — начала я, но меня прервали.

— Просто скажи мне, Лейк… ты в опасности?

— Почему ты спрашиваешь об этом? — Мое лицо и голос оставались бесстрастными, несмотря на столпотворение мыслей, разразившееся в моей голове.

— Потому что я думала, что ты встречаешься с ним. Я не могу сказать, что мне комфортно, когда ты встречаешься с этим мальчиком, если это так.

— Нет, я с ним не встречаюсь. Нас даже сложно назвать друзьями.

Она искала на моем лице признаки лжи, и это был единственный раз, когда я молилась, чтобы моя тетя не смогла прочитать мои истинные чувства. Казалось, она поверила моему ответу, когда спросила:

— Что случилось с теми бедными детьми? Как кто-то мог сделать такое?

— Тетя Карисса, он был подозреваемым, но его отпустили. Думаю, они нашли новые доказательства.

Мое объяснение ее, похоже, не убедило, поскольку она яростно просматривала статью, прежде чем швырнуть ее и пристально посмотреть на меня.

— Почему у меня такое чувство, что ты не все мне рассказываешь?

— Что ты имеешь в виду? — спросила я, пытаясь удержать на ней взгляд. Если бы я отвела взгляд или позволила своему голосу незначительно измениться, моя тетя это уловила бы. Она была слишком наблюдательна.

— Какие у тебя отношения с этим парнем, и не смей врать мне. Горячий парень не может просто прийти и есть чьи-то блины без причины.

Я изо всех сил пыталась найти ответ, но история, которую стоит рассказать, а тем более верить, так и не появилась. К черту газеты и к черту Кирана Мастерса.

— Однажды он пригласил меня на свидание, и я сказала нет. Он появился, потому что был довольно настойчив в этом вопросе, но теперь все кончено.

Она настороженно посмотрела на меня, прежде чем снова взглянуть на бумагу, просканировав ее еще раз, а затем покачала головой с выражением печали, отразившимся на ее лице.

— Это так трагично. Лейк, я хочу, чтобы ты пообещала мне, что будешь осторожна. Я не знаю, что бы я сделала, если бы с тобой что-то случилось. После того, как твоя мать умерла… — Она сделала паузу на полуслове, и ее глаза расширились от ужаса. — О, Лейк, дорогая. Прости меня. Я знаю, что это не то, что ты хочешь услышать, но…

— Тетя Карисса, не сейчас, — убеждала я, но это звучало скорее, как отчаянная мольба.

— Лейк, я сделала это для тебя. Я знаю, ты думаешь, что не хочешь этого слышать, но тебе нужно. Тебе уже восемнадцать, и всего через несколько месяцев ты закончишь учебу. Я не могу отправить тебя в мир в неведении о том, что с ними случилось. Мне жаль, что я солгала тебе.

— Я знаю, тетя Карисса. Тебе не нужно извиняться еще раз. Мне просто нужно время, чтобы во всем этом разобраться.

Я не могла сказать ей, что мне нечего выяснять, или что вместо этого я не могла заставить себя признать, что они действительно мертвы. Я даже не могла обещать попробовать.

* * *

В моей комнате было такое ощущение, которого не было, когда я уходила этим утром, и когда мой взгляд остановился на моем задумчивом мучителе-подростке, прислонившемся к стене, я поняла почему.

— Мне пришло в голову, что маленькая выходка, которую ты провернула сегодня, не была разовой сделкой или кратковременной ошибкой в суждении.

Вспомнив его предыдущую угрозу, я быстро развернулась, чтобы уйти, но он уже пересек комнату, зажав мне рот рукой, прежде чем я успела переступить порог. Он отвел мои руки назад и завел их мне на поясницу. После того, как крепко схватил, к его удовлетворению, он быстро ослабил хватку, как будто боялся причинить мне вред. Я засмеялась, несмотря на свое нынешнее положение.

— Ты догадываешься, почему?

— Я не думаю, что мне нужно находиться в таком положении или видеть тебя в моей комнате сейчас, чтобы поиграть в чертову угадайку.

— Осторожнее с громкими словами, маленькая девочка.

— Преодолей себя, Киран. Мы одного возраста.

— Вот тут ты ошибаешься. Я совсем не похож на тебя.

Я стиснула зубы, пытаясь подавить натиск желания, от которого не могла избавиться, но сдерживала растущую злость.

— Скажи то, что пришел сказать, и уходи.

— Почему ты думаешь, что я пришел ради разговора?

— Потому что тебе, кажется, есть что сказать.

Его глубокий смешок вибрировал по всему моему телу.

— Это вызов?

— Это все, что ты хочешь. Я просто хочу, чтобы ты ушел.

Его смех прекратился, и я поняла, что он оценивает меня так же, как всегда, оценивая мою искренность. Я чувствовала свои слова и их значение до глубины души, и тем не менее я знала, что имела в виду совсем не это. Это расстраивало меня больше, чем тот сексуальный накал, на котором он настаивал каждый раз, когда мы были рядом.

Я хотела избавиться от него навсегда. Они же хотели его смерти.

Меня тянуло в двух разных направлениях: потребность причинить ему боль и потребность защитить его.

Сладкий аромат его дыхания был опьяняющим, и затем я почувствовала это — его губы возле моего уха.

Он прошептал:

— А я просто хочу войти в тебя.

Я почувствовала прилив, сжатие и чертову потребность.

Каждая встреча, независимо от того, насколько близко он подходил ко мне или как далеко он держался, делала все сложнее и было все труднее сдержать мое обещание.