Чтение онлайн

Затем кричит миссис Патрик Мэдден.

И в подвале "Оружейки" Тайлер Дерден соскальзывает на пол - тёплая отбивная. Тайлер Дерден великий, бывший совершенным целый миг, сказавший, что миг - это всё, чего ты можешь ждать от совершенства.

И битва продолжается и продолжается, потому что я хочу умереть. Потому что только в смерти мы обретаем имена. Только в смерти мы перестаём быть частью проекта "Разгром".

Глава 25

ТАЙЛЕР СТОИТ ТАМ, он определённо круто выглядит, белокуро-снежный, как и все ангелы. Моя воля к жизни поражает меня.

Я, кровавый кусок ткани, высушенный на матраце в моей комнате Мыловаренной компанией на Пейпер-стрит.

Всё в моей комнате исчезло.

Моё зеркало с фотографией моей ноги, когда я получил рак на десять минут. Хуже чем рак. Зеркала нет. Дверь шкафа открыта, мои шесть белых рубашек, чёрные брюки, бельё, носки и ботинки исчезли. Тайлер говорит:

– Вставай.

Подо всем, и за всем, и внутри всего, что я взял дозволенного - зреет и растёт нечто ужасное.

Всё разрушилось.

Обезьяны-космонавты испарились. Всё сместилось: жир после отсасываний, армейские кровати, деньги, особенно деньги. За мной остались только сад и дом.

Тайлер говорит:

– Последнее, что нам осталось сделать, это твоё, как его, мученичество. Твоя эта самая Большая Смерть.

Только смерть не должна быть грустной и депрессивной, твоя будет радостной и вселяющей надежду.

Ох, Тайлер, я страдаю. Просто убей меня здесь.

– Вставай.

Убивай уже! Убей меня. Убей меня. Убей меня. Убей меня.

– В этом есть своё величие, - говорит Тайлер.
– Представь это: ты на крыше самой высокой постройки в мире, постройка под контролем проекта "Разгром". Дым выкатывается из окон. Столы падают в толпы на улицах. Настоящая опера смерти, вот что ты получишь.

Нет, говорю. Ты достаточно меня попользовал.

– Если ты не присоединишься, мы пойдём к Марле.

Показывай дорогу, говорю.

– А теперь выгрёбывайся из кровати, - говорит Тайлер, - и приземляй гузно в грёбаную машину.

Так что Тайлер и я на вершине Паркер-Моррис билдинг с пистолетом, застрявшем в моём рту.

Наши последние десять минут.

Паркер-Моррис билдинг перестанет существовать через десять минут. Я знаю это, потому что Тайлер знает это.

Ствол пистолета упирается в заднюю стенку моей глотки, Тайлер говорит:

– На самом деле мы не умираем.

Я ощупываю языком ствол, упирающийся в щёку, и говорю, Тайлер, ты думаешь о вампирах.

Наши последние восемь минут.

Пушка лишь на тот случай, если полицейские вертолёты доберутся быстрее.

Боже, это выглядит так, будто один человек стоит на крыше и держит пистолет в своём рту, но на самом деле Тайлер держит пушку, и это моя жизнь.

Вы берёте 98-процентную концентрированную дымящую азотную кислоту и добавляете три части серной кислоты.

У вас получился нитроглицерин.

Семь минут.

Смешайте нитроглицерин с опилками, и вы получите отличный пластит. Многие обезьяны-космонавты смешивают свой нитроглицерин с хлопком и добавляют в качестве сульфата горькую соль. Это тоже сработает. А некоторые обезьяны используют смесь парафина с нитроглицерином. Парафин никогда, ни разу у меня не срабатывал.

Четыре минуты.

Тайлер и я на краю крыши, пушка у меня во рту, и я неожиданно задумываюсь о том, насколько чист ствол.

Три минуты.

И тогда кто-то кричит.

– Подожди, - и это Марла, идущая к нам по крыше.

Марла идёт ко мне, потому что Тайлер ушёл. Бедняжка. Тайлер - моя галлюцинация, а не её. Тайлер исчез будто по мановению волшебной палочки. И теперь я всего лишь одинокий человек, держащий пистолет в своём рту.

– Мы шли за тобой, - кричит Марла, - все люди из групп поддержки. Ты не должен делать этого. Положи пистолет.

За Марлой все больные раком яичек, мозговые паразиты, люди с меланомой, туберкулёзники, они идут, тащатся, ковыляют, катятся на своих инвалидных колясках ко мне.

Они говорят:

– Подожди.

Их голоса приходят ко мне с холодным ветром, они говорят:

– Остановись.

И:

– Мы можем помочь тебе.

– Дай нам помочь тебе.

По небу летят - хоп, хоп, хоп, - полицейские вертолёты.

Я ору, уходите! Уходите отсюда! Это здание взорвётся.

Марла кричит:

– Мы знаем.

Похоже, наступил момент богоявления.

Я не убиваю себя, кричу я. Я убиваю Тайлера.

Я - Жёсткий Диск Джо.

Я помню всё.

– Это не любовь или что-то в этом роде, - орёт Марла, - но, я думаю, что ты мне тоже нравишься.

Одна минута.

Марле нравится Тайлер.

– Нет, мне нравишься ты, - орёт Марла.
– Я знаю разницу.

И ничего.

Ничего не взрывается.

Ствол пистолета упёрся в мою выжившую щёку, и я говорю, Тайлер, ты смешал нитроглицерин с парафином, да?

Парафин никогда не срабатывает.

Я должен сделать это.

Полицейские вертолёты.

Я жму на спусковой крючок.

Глава 26

В ДОМЕ ОТЦА моего много обителей. Конечно, когда я нажал на спусковой крючок, я умер.

Лжец.

И Тайлер умер.

При полицейских вертолётах, грохочущих и летящих ко мне, при Марле и всех людях из групп поддержки, которые не могли спасти себя, с ними всеми, кто меня не уберёг, я должен был нажать на спусковой крючок.

Это было лучше, чем настоящая жизнь.

И твой один великолепный момент не длится целую вечность.

На небесах всё белое на белом.

Фальшивка.

На небесах всё тихо, все в туфлях на резиновой подошве.

Я могу спать на небесах.

Люди написали мне на небеса и рассказали мне то, что я помню. Что я их герой. Я поправлюсь.

Ангелы здесь явно из Ветхого Завета, легионы и лейтенанты, небесное воинство, которое работает день посменно, а потом приходят другие. Кладбище. Они приносят тебе пищу на подносе с таблетками в бумажном стаканчике. Долина Кукол.