Чтение онлайн

В этот момент Киран мог быть уже мёртв…

Мой разум породил образ сломанного и безжизненного Кирана, и я бы рухнула, если бы уже не сидела. Не думай об этом.

Но я не могла не волноваться. Его отсутствие сводило меня с ума, и все, казалось, были поглощены своими собственными делами, поэтому я не могла отвлечься. Как он посмел подвергнуть мою жизнь опасности, а потом просто исчезнуть? Я могла бы потерять свою жизнь… Я могла бы потерять его. Мне казалось, что я уже потеряла его. Митч всё ещё был там, и знание того, что он собирается сделать со своим сыном, действует на нервы.

Погруженная в свои мысли, я слишком быстро свернула на школьную парковку. На парковке всё ещё стояла группа школьников, хотя скоро должен был прозвенеть первый звонок. Припарковав машину, я заметила в одном месте большую толпу. Когда я подошла ближе, то увидела сквозь небольшое отверстие знакомую чёрную мощную машину и прислонившегося к ней Кирана. Квентин и Дэш блокировали его от толпы. Я не могла понять, что происходит, потому что все говорили одновременно. Я подошла поближе к кругу и едва смогла разобрать различные: «ты в порядке?», «как там Кинан?» и «что случилось?».

Моё сердце замерло при виде его. Прошла всего неделя, но из-за беспокойства и того факта, что я скучала по нему, мне казалось, что прошло гораздо больше времени. Я ускорила шаг, чтобы добраться до него прежде, чем он снова исчезнет, и как только я вошла в круг, Хлоя Ньюман, одна из черлидерш, бросилась в его объятия и, что ещё хуже… он поймал её.

Я стояла и смотрела на них. Боль привела меня в чувства, и я умерла внутри. Но когда я увидела, как его руки ощупывают её задницу, я забыла о боли и позволила своему гневу взять верх. Не успела я опомниться, как мои руки уже вцепились ей в волосы, и она повалилась на землю. Толпа взорвалась хаосом, когда я вскочила на неё и занесла кулак назад. О, вам лучше поверить, что я стремилась к её идеальному маленькому носу, но моему кулаку не суждено было соприкоснуться с её лицом. Моя рука была схвачена, и меня дёрнули вверх, прямо в твёрдую грудь.

— Что ты делаешь, Лэйк? — спросил Киран нейтральным голосом. В его голосе звучала скука.

— Что я делаю? Что ты делаешь? — закричала я и отстранилась от него, мне было всё равно, что я могла выглядеть и звучать как баньши. Что он со мной делает? — Ты исчезаешь на несколько дней, и в первый раз, когда я вижу тебя, то нахожу тебя мацающего руками ближайшую шлюху? — упомянутая шлюха уже сбежала со своим отрядом шлюх.

— Это не так уж и важно.

— Черта с два, придурок.

Знакомый пылающий взгляд его глаз вернулся, и вена на его виске снова начала пульсировать.

— Пойдём. — Он ушёл, полагая, что я последую за ним. Я так и сделала. Я последовала за ним в один из пустых классов, где раньше хранились дополнительные парты.

— Где ты пропадал? — спросила я, когда он пристально посмотрел на меня своими чёрными глазами. Я так давно не видела его таким, что почти забыла о его свирепости.

Он глубоко выдохнул. — Послушай, мне очень жаль, что я исчез. Как твои дела?

— Зла и даже не знаю… может быть, обижена? Где ты был?

— Мне пришлось кое-что выяснить.

— Но как ты мог вот так оставить Кинана одного?

— Он не в безопасности, пока мой отец там, и у него есть Джон.

— Но ты ему тоже нужен, ты же его бра…

— Не надо, — отрезал он. — Не говори так. — В его голосе безошибочно угадывалась боль. Я могла только догадываться, каково было Кинану, когда он узнал об этом. Однако в тот вечер Киран не выглядел удивлённым.

— Ты знал всё это время?

— Да.

— Откуда? — недоверчиво спросила я.

— Я видел её фотографию на ночном столике Кинана в тот день, когда Джон привёз меня домой. Он сказал, что она его мать. — Киран сглотнул и глубоко вздохнул, но не продолжил.

— И что же они заставили тебя сделать? — я не сочла нужным вдаваться в подробности. Между нами стояла только одна вещь. Он пристально смотрел на меня, но я не собиралась отступать снова.

— Думаю, это уже не имеет значения. — Его тон был безутешным, и мне стало интересно, что он имел в виду. — Я впервые убил за них, когда мне было шесть лет.

— Как же так? Ты был так молод.

— Просто удивительно, на что ты способен, когда умираешь с голоду и не знаешь выхода. Они использовали всё, что могли, чтобы контролировать нас. Вскоре я перестал замечать голодные боли или жажду, а шрамы зажили ещё до того, как я узнал, что они вообще есть.

В моей голове крутилось так много вопросов, но я не хотела прерывать его. Он смотрел куда-то вдаль, и всё его тело было таким неподвижным.

— Они начали моё обучение с малого. Сначала они хотели наказать других детей, пока я не стал взрослым. После двух лет убийств я стал одним из лучших среди них. Я был грёбаным восьмилетним ребёнком. Я перестал думать и чувствовать. Это поддерживало во мне жизнь.

— Это не жизнь, — возразила я.

— Откуда тебе знать? — спросил он со злостью, и я поняла, что он прав. Я даже не знаю — я просто судила. Похоже, у него не было выбора.

— Мне жаль. — Он кивнул и продолжил:

— Она пришла посреди ночи, как плохой грёбаный сон — совсем как ты, только ты была гораздо реальнее. Я неделями не обращал на неё внимания, пока её без конца избивали. Она была такой маленькой и такой невинной. Я думал, что она слаба, когда не делает того, что ей говорят. Однажды, наверное, голод пересилил её страх, потому что один из курьеров поймал её, когда она рылась в мусоре в поисках еды, и избил. Он так сильно избил её в тот день, что я, наконец, сделал то, чего не должен был делать.

— Что ты сделал? — спросила я, борясь со слезами из-за картины, которую он нарисовал с маленьким, беспомощным ребёнком.

— Я остановил его от того, чтобы он ударил её по голове каблуком сапога, как будто она была ничем. Два года работы пошли насмарку из-за одного неверного шага. Я до сих пор не пожалел об этом, по крайней мере, не сразу. После этого она прижалась ко мне и смотрела на меня как на своего защитника. Каждый день я терпел её побои и свои собственные, и часто был слишком слаб, чтобы совершать какие-либо убийства, поэтому они становились всё более жестокими. Через некоторое время я начал её ненавидеть. Я винил её за то, что она снова сделала меня слабым, когда всё, чего она хотела, это чтобы я заботился о ней. Я не хотел этого делать, поэтому не знаю, почему помог ей. Я просто сделал.

Он присел на один из столов и выставил перед собой сжатые кулаки.

— Что с ней случилось?

— Однажды после пробежки мне сказали, что у меня есть работа, которая будет стоить мне жизни, если я её не выполню. Чего они не знали, так это того, что мне было всё равно, жив я или мертв, но я всё равно согласился. Они отвели меня в комнату, которую я никогда раньше не видел. Лили была там и ждала. Она была голая и плакала, и я видел синяки и ссадины по всему телу.

— Почему она была голая? — я боялась услышать ответ, но мне нужно было знать. Мне нужно было понять, насколько глубока их жестокость.