Бойся, я с тобой
Шрифт:
Один из самых сложных моментов в работе прихолога с мучителем – противостоять соблазну купиться на его обаяние. Пока они сидят и болтают о том о сем перед началом групповой терапии, жестокости и эгоизма не видно даже близко, и я ловлю себя на тех же мыслях, что соседи: «Неужели такой человек может быть таким агрессивным?» Даже когда они сами признаются, в это все еще трудно поверить! И это главная причина, по которой им так ловко удается выходить сухими из воды.
Среди моих клиентов: множество врачей, в том числе два хирурга, немало успешных бизнесменов, в том числе владельцы и директора крупных компаний, десяток университетских профессоров, преуспеващие адвокаты, знаменитый – и очень обаятельный – радиоведущий, священники и два известных профессиональных спортсмена. Один из моих физически агрессивных клиентов провел десять последних Дней Благодарения в качестве волонтера в местной столовой для бедных. Другой играет важную роль в руководстве большой международной организации по защите прав человека. Жестокость и деструктивность этих людей шокировала бы всех их знакомых, если бы они узнали. Хотя эти мужчины обычно держат свою агрессивную сущность дома за закрытыми дверями, есть одна ситуация, в которой все это выходит наружу: когда кто-то пытается заговорить с ними об их поведении дома и принимает сторону партнерши».
Разобиженный перверзник может ловко загребать жар руками своей «массовки», которая даже и подозревать не будет, в какую грязную игру вовлечена. Мастер интриг и многоходовок, нарциссист может:
– столкнуть вас с кем-то лбами, подогрев доверчивого человека разными небылицами о ваших происках в его отношении,
– сделать достоянием общественности ваши сокровенные тайны, которые вы доверили ему в самый доверительный период вашего общения. Впрочем, эти «секреты» он может попросту придумать, сфабриковать «неопровержимые доказательства» и предъявить лжесвидетелей. Иллюзия достоверности достигается использованием в тонне лжи малой толики правды – по принципу гомеопатии.
– обнародовать вашу переписку – с купюрами, невыгодными для его «лучезарного» имиджа,
– языками третьих лиц распускать о вас циничные слухи, подстрекать кого-то «подкатить» к вам, потому что вы «никому не отказываете» или же отзывались об этом человеке с недвусмысленным интересом, так что «теряться нечего, все проканает».
– плакаться окружающим, как дурно вы с ним обошлись: завлекли и бросили, посмеялись над его неиспорченностью и доверчивостью, облапошили, использовали в своих грязных целях – словом, убили в нем веру в добро и справедливость. Выставить себя жертвой, а вас – мучителем-гонителем – типичная перверзная тактика.
Конечно, когда интриги закручиваются со знанием дела, и выстроена целая цепочка марионеток, трудно бывает предъявить аргументированные обвинения главному организатору травли. Обычно в этом случае нарциссист напускает на себя вид оскорбленной добродетели и гнет примерно такую линию:
«Боже мой, что вы говорите! Как вы могли такое обо мне подумать?! Ущипните меня, это дурной сон. Неужели я похож на безжалостного паучину? Клянусь своей треуголкой и всеми богами Олимпа, это ложь от первого до последнего слова. Ничего не было. Ее (его) здесь не стояло. Ему (ей) все показалось. Мы просто немного приятельствовали, не более того.
Что-что? Как-как вы сказали? Повторите, пожалуйста, а то я ушам своим не поверил. И кто, интересно, вам сказал такую…ммм… неправду? Ах, она сама? Эх, святой вы человек, кому вы верите? Этой психически неуравновешенной особе? Которая в состоянии алкогольного опьянения устроила погром в моей квартире? Которая за последний год перессорилась со всеми друзьями и которую недавно уволили за то, что она запорола важный проект? С которой не разговаривает даже собственная мать? Мне искренне жаль бедняжку, но, видимо, она не совсем здорова. Не верите – позвоните Кате. Спишитесь с Сережей. Постучитесь в скайп Веронике».
Сами понимаете, насколько можно верить свидетельствам этих Кать, Сереж и Вероник. Но, справедливости ради скажем, что эти люди сами пребывают в неведении относительно истинного лица своего «добродушного мишки» или «светлого человечка».
На подобное поведение Сэм Вакнин советует реагировать контр-кампанией. Как минимум, начните рассказывать направо и налево нелицеприятные факты о поведении «умнички и конфетки».
«Ничто не дезинфицирует агрессию так, как дневной свет, – пишет Сэм Вакнин. – Часто посредники агрессора не подозревают о своей роли. Выявите их и информируйте. Покажите, как агрессор использует их».
Понятно, что интеллигентному человеку претит выносить сор из избы и трясти на людях грязным бельем, но тут выбирать не приходится. На войне как на войне. Не оправдывайтесь, на каждый выпад противника отвечайте своим, а лучше и вовсе перехватите инициативу. Не прикрывайтесь стыдливо щитом. Сейчас не время быть пацифистом.
«Независимые и непокорные люди пробуждают в нарциссе осознание, что что-то не так с его видением мира, что он не является его центром, – пишет Хотчкис.
А это для нашего антигероя потрясение основ. Поэтому он, скорее всего, в страхе отступит. На открытое острое противостояние перверзник решается редко. При всей своей жестокости и деструктивности он трусоват, поэтому предпочитает гадить исподтишка.
Круг девятый. Пляска на Костях
Однако встречаются среди перверзников особо злобные и дерзкие – это злокачественные нарциссисты с выраженными психопатическими чертами. Которых, кстати, немало среди серийных насильников и убийц.
Такие типы могут не отказать себе в удовольствии сбацать что-нибудь зажигательное на ваших костях. И в этом случае они не остановятся даже перед вымогательством, шантажом и физической агрессией. Особенно, если вы «взбесили» его своим «упрямством» или сильно уязвили.
«Если извращенный человек выбрал себе жертву, он ее не отпустит, – констатирует Мари-Франс Иригуайен. – Они говорят: «Отныне цель моего существования – испортить ему жизнь».
«Нарциссы мстительны, любят преследовать и изводить», – не скрывает Сэм Вакнин, а Отто Кернберг отмечает особое свойство нарциссической ярости:
«Она не умеет прощать. Можно только поражаться, как эта ярость может жить в бессознательном, оставаясь незатронутой событиями, происходившими после травматической ситуации. Можно изумляться тому, как по истечении многих лет человек может снова испытывать ярость, будто опять переживает травматическое событие».