ЖАНРЫ

Бойтесь ангалларийцев, дары приносящих
Шрифт:

К вечеру уже была в таком напряжении, что ходила кругами по кабинету. Наконец-то пришёл руководитель. Воспользовался проходом через ванную комнату, чем смутил меня в очередной раз.

– Вы готовы?
– только спросил и направился к выходу, едва я кивнула. Захватила свою сумку и поспешила следом.

В лифте ехали молча. Выйдя из здания, Дмитрий повернул к стоянке неомобилей. Тогда я остановилась. Никаких полётов не предполагалось. Я думала, мы поужинаем в том же кафе, где накануне обедали.

Ангаллариец обернулся и подошёл ко мне:

– Гаятэ Миронова, что-то не так?

Достала листок и быстро написала: 'Куда вы собираетесь?'

– В кафе в Милавите. Это хорошее место, вам понравится! Кстати, вы можете говорить вслух, ведь я буду последним, на кого вы распространите свои чары!
– закончил он, улыбнувшись.

Милавита - курортный городок, расположенный по соседству. Прикинула, что на неомобиле туда добираться минут 10, так что можно и там поужинать. Насчёт того, чтобы разговаривать, ну уж нет, пусть сначала чары снимет. Написала: 'Говорить пока не буду. Согласна поужинать в Милавите'.

Руководитель подошёл к неомобилю, помог мне сесть, а сам расположился на водительском месте. Потом снял пиджак и галстук, при расстёгивании ворота рубашки повернулся ко мне и, увидев мой озадаченный взгляд, пояснил:

– Весь день мечтал хоть чуть расслабиться. Вы не против?

Если честно, я была 'за'. Глупо думать, что мои мысли буду о ромашках, когда красивый мужчина рядом раздевается. Поэтому я покраснела и отрицательно покачала головой.

– Жаль, что вы не хотите говорить, гаятэ Анастасия! Ведь ваш голос, как наркотик. Даже не так. Когда вы говорите, мужчина начинает испытывать такое чувство, что вы - это центр вселенной, и ничто не важно, если вас нет рядом. А вы жадничаете подарить напоследок мне это ощущение! Вы - безжалостная, однако!
– он говорил это таким серьёзным тоном, что я удивлённо уставилась на него. А он попросту издевался! Улыбаясь, он продолжил:

– Да-да, и не смотрите на меня своими колдовскими глазами так возмущённо! У каждого мужчины есть свои слабости. Вот и я хочу использовать возможность ещё раз это ощутить.

Рассерженно написала: 'У вас есть жена?', показала руководителю. Он сразу стал серьёзным:

– Нет.

'Значит, испытаете это чувство, когда влюбитесь. Так что сегодня не последний шанс' - констатировала я на бумаге и показала ему.

Прочитав мои выводы, он грустно спросил:

– Вы всегда такая неприступная? Неужели вам не хочется почувствовать власть надо мной? Ведь за это вам не будет никаких последствий. Я же согласен попасть под чары. Гаятэ Анастасия, я даже прошу об этом!

Моя уверенность поколебалась. И ведь он прав, ощущение власти над мужчиной будоражит кровь. А власть над красивым, сильным и самоуверенным мужчиной - это вообще мечта каждой девушки. Я улыбнулась своим мыслям, надеюсь, со стороны смотрелось не слишком коварно.

– Хорошо, маен Ангалларийский, вы меня уговорили!

Неомобиль резко замер, Дмитрий повернулся ко мне и выдохнул:

– Я мечтал об этом весь день!

В молчании мы полетели дальше, а я в очередной раз решила, что он явно сумасшедший, если мечтал о таком.

Спустившись на стоянку около кафе 'Монетка на память', мы направились к свободному столику на террасе. Кстати, это было единственное незанятое место. Подойдя поближе, я увидела табличку, что столик зарезервирован. Руководитель уверенно пододвинул мне стул и подозвал официанта.

Кафе находилось на набережной. Вечер был тёплым. Небо уже меняло цвет с ярко-голубого на дымчато-лиловый, солнце медленно погружалось в море. Официант убрал табличку и раздал нам меню. Есть мне совсем не хотелось, поэтому я тихо прошептала:

– Маен Дмитрий, когда вы снимете с меня чары?

Руководитель так внимательно читал меню, что его лица даже не было видно. Решив, что он не услышал, я пересела поближе, передвинув стул. Не хотелось повышать голос, за соседними столиками были мужчины, но и писать тоже не хотелось, раз я могу говорить.

– Это вы здорово придумали, гаятэ Анастасия!
– обрадовался он, и я увидела, что он улыбается, прячась за меню. Значит, он всё прекрасно слышал, просто не отвечал. Я решила не жалеть его. Наклонившись почти к его уху, прошептала:

– Маен Дмитрий, долго мне ещё ждать?

С опозданием до меня дошло, что это не Сашка - шутить надо осторожно.

Руководитель подозрительно часто задышал и, не оборачиваясь ко мне, сказал: 'Я отойду ненадолго'.

Когда он ушёл куда-то вглубь кафе, я открыла меню и выбрала салат и десерт. В ожидании возвращения моего то ли мучителя, то ли спасителя, стала смотреть на море, в котором солнце уже плескалось расплавленным золотом.

Подошёл официант, принял заказ, а руководителя всё не было.

Он вернулся, когда я уже ела салат. Волосы у него были влажными, как и воротник рубашки. Даже комментировать не стала, продолжила есть салат.

– Нет, ждать осталось недолго, как только солнце сядет, - ответил он, как будто и не уходил, а я только что задала вопрос.

Руководитель подозвал официанта, сделал заказ и продолжил:

– Это было жестоко! Вы знаете, что при обращении по имени в мозгу мужчины будто звучит приказ: 'Она только твоя. Забери её подальше от всех и немедленно!'

Интересная информация, но ведь он сам напросился.

– И вы как раз показали пример истинной ангалларийской выдержки. В следующий раз подумаете прежде, чем экспериментировать на себе, - резюмировала я, когда он сел рядом.

– И знаете, вы правы, маен Ангалларийский, власть над вами - это упоительное чувство. И никаких последствий - это было не предложение, а сказка. Спасибо!
– призналась я.

Совсем неожидала, что в этот момент он меня поцелует. И то, что я отвечу и даже ближе прижмусь к нему, положив руку на его затылок.

Прервало наш поцелуй вежливое 'гкхм' от официанта, который принёс заказ. Я стала пунцовая, наверно, даже пятки покраснели. Отвернувшись от Дмитрия, и стараясь не смотреть на официанта, я бессмысленно уставилась на набережную. Уже опустились сумерки и зажглись фонари.

Поделиться с друзьями: