Чтение онлайн

Затем, она продолжила рассказывать о своей семье, о том где они жизни раньше, во сколько и как узнала о своём даре. Она тоже держала его в секрете, по совету матери. Не знаю как моя бы мама отреагировала на мой дар в детстве. Сейчас гордится, очень сильно! Я улыбнулась мыслям, и продолжила слушать ее рассказ.

— Я тебе столько рассказала о себе, но совершенно ничего не знаю о тебе. Расскажешь? Во сколько ты узнала о своём даре.

— Мне было столько же сколько и тебе. Да и на самом деле, моя история не такая интересная, как может показаться.

— О, Соломея, не скромничай пожалуйста. По мне так у тебя была даже слишком насыщенная жизнь, — из-за проема появился снова этот мужчина в маске, ну тот, который обещал мне разговор, судя по голосу.

— Моя дорогая Амрит, тебе же интересно какое детство было у нашей Соломеи?

Девочка промолчала.

— В семь лет, ее выкрали из семьи. В этот же день она убивает своего отца, но по не знаю, конечно. Она даже и не догадывалась о своей восхитительной магии. Что с ней делали эти двенадцать лет, в клане не самых порядочных и воспитанных мужчин, я рассказывать не стану, но она высвобождается и умудряется отомстить всем тем, кто ее обидел, за исключением лишь одного, — он очень хитро подмигнул, — но потом она чудным образом, — на этом он просто усмехнулся, будто сказал что-то смешное, — попадает в академию.

— И ты знаешь, что этот «чудный образ» сделает с тобой! — угрожала? Ну конечно, что я ещё могла, может страх перед Рейвом его остановит.

— Ох, нет дорогая, я не боюсь твоего капитана, — он улыбнулся и из его тела вышла тень, воин с двумя широкими мечами, довольно крупный.

Амрит ахнула. А я с вызовом продолжала смотреть на него, удостоив тень всего секундой своего взгляда. Он настоящий темный маг, честно говоря я начала беспокоиться, и я абсолютно не чувствовала в нем магии, на нем какой-то артефакт или что? Но я ни в коем случае не выдавала своего беспокойства, прошедшие годы научили меня, что нельзя показывать свою слабость. Никому!

— Да! Да! Вот он этот взгляд, о нем мне и говорили, непокорный, не желающий повиноваться, и абсолютно бесстрашный. Я в восторге! Честно говоря, лишь ради него, я вызывал к твоим чувствам. Увидев его, я прошу прощения за свой рассказ, мне не хочется становиться тебе врагом, лучше нам работать вместе. Я не собираюсь сломить тебя, перевоспитать или научить смирению, вовсе нет. Мне просто было любопытно. Но теперь ты знаешь, твоего Рейва я не боюсь. Я никого и ничего не боюсь, и это так скучно.

Его тень ушла, а голос вновь стал обычным, даже вежливым.

— Ещё раз прошу прощения, но я обещал тебе быть искренним, эта демонстрация силы, лишь способ рассказать о себе. Я думаю, наша милая Амрит рассказала, чем мы здесь занимаемся.

Я не кивала, вообще не шевелилась, лишь продолжала смотреть на него.

— Ты должна понимать, зачем мне это нужно…

Я его перебила.

— Так это твои воины напали на академию?

Он улыбнулся.

— Хочешь сначала узнать историю своего похищения, что ж я, с удовольствием, расскажу, мне без разницы с чего начинать.

— Ты можешь начинать.

Я не собиралась дерзить, мне действительно было интересно, ведь мы с Рейвом думали, что они охотились за принцессой, но ошиблись…

— Историю твоего взросления мне поведал Линос Гальего, по прозвищу «Хвост», он находится в столичной тюрьме, и скажу тебе по секрету, то куда твой дорогой Рейв его посадил… — он будто скривился, — не, по мне так лучше смерть. Рейв всегда был садистом…

— Ты не отвлекайся.

Он улыбнулся.

— Конечно. Потом, конечно же я знал и о том, что ты попала в академию и о том, как проходил каждый твой день. Сначала я схватил вас с нашей таинственной принцессой, но лишь для того, чтобы проверить лично на что ты способна. Но должен сказать, я и правда недооценил твоего капитана. В следующий раз, я решил действовать основательно и, действительно, организовал то нападение и нейтрализовал Рейва. Но снова не учёл внезапного появления, на этот раз, своего темного собрата.

Ведь Неро, действительно, оказался в академии случайно или же нет?!

— Проигрывать я не привык, но это становилось все интереснее, ты не была легкой добычей, но я всем сердцем желал заполучить тебя. Поэтому действовал наверняка.

— И подговорил Роло и куратора.

— Роло, да, действовал в моих интересах, ну а твой куратор был тщеславным дураком, которым я просто воспользовался. Он и так хотел обрести славу, благодаря тебе, я лишь убрал его с поля, когда он перестал быть мне нужен.

— Но я все равно не понимаю, ты сидишь в своей пещере, и я не могу поверить, что ты настолько всемогущий, — я говорила как есть, то что думала, — ты пробираешься в столичную тюрьму, ты знаешь, что происходит в академии, ты пользуешься магией степных всадников, как своей собственной. Как это возможно?

— Ох, моя дорогая, я не всемогущий. Знаешь что по-моему мнению может действительно все?

Я догадывалась, власть и деньги, я это поняла ещё в детстве.

— Я вижу этот понимающий взгляд, ты же сама жила в этом. Это деньги, моя дорогая. Я лишь умею правильно их использовать. А найти пару продажных человек в академии или в самом столичном дворце, это ерунда. Тяжелее всего было договориться со всадником, но и здесь как видишь, я добился успеха. Поэтому имею достаточно приятных сердцу вещей, пользуясь тем, что здесь, действительно, мало знают про этот вид магии.

— Если есть ещё вопросы, то вы можете мне их задавать.

— Как твоё имя?

— Вы можете называть меня Тенью. Ведь именно так все меня и видят. Я существую, но при этом меня совершенно никто не видел и не знает.

— И сколько артефактов тебе нужно?

— Столько, сколько вы сможете мне дать и очень надеюсь на добровольное содействие в работе, мне не хочется вас принуждать к чему-либо. Я глубоко уважаю сильных и одаренных людей.

— И ты правда не боишься? — ещё раз спросила я.

— Увы, моя милая, не боюсь.

— Но ты же понимаешь, Рейв схватит Роло, и он вытрясет из него все что нужно.

Он затряс головой.

— Что ты, как только Роло шагнул в соседний с тобою портал, его жизни настал конец. Я не мог оставить его в живых. Люди, которые пытаются узнать меня или встать на мою сторону — долго не живут. Я не трогаю тех, кого просто использую, твоего куратора например, но я работаю в одиночку и другим не обязательно знать причины. Я говорю лишь то, что считаю нужным и тому кому считаю нужным, что-либо говорить.

— А кто тут говорил про искренность?

— Все, что я говорил тебе, это чистая правда. И я действительно хотел, чтобы ты узнала это.

— Так и для чего тебе артефакты?

— Кое-что продаю, а кое-что оставляю себе. Но об этом говорить не стану. Я не самый приятный, не самый воспитанный и не самый добрый человек, я это знаю, при этом не испытываю угрызений совести, чтобы я не сделал, и поэтому я действительно ужасен, и прекрасно все про себя понимаю.

По-моему он это даже с грустью сказал, даже одиноко. Несмотря на все что он делал раньше и говорил сейчас, он казался мне странным, но интересным наверное, как бы глупо это сейчас не звучало.