Чтение онлайн

Тухачевский со товарищи, может быть, никакого военного заговора и не готовили. Может быть, они готовы были служить советской власти до последней капли крови, но только их служба этой самой власти была уже не нужна по причине чудовищной опасности со стороны троцкистского руководства армией для будущего страны. Советский Союз принялся избавляться от палачей и карателей в военной форме – потому что Сталин начинал понимать: предстоящие сражения станут Отечественной войной, а не карательной экспедицией во имя Мировой Революции.

Чистка Красной Армии накануне войны – это естественный результат смены военной доктрины, а по большому счету – серьезный поворот во всей идеологической работе в государстве. Впервые, еще невнятно, но уже достаточно громко прозвучал тезис о «национальных интересах Советского Союза». А эти интересы отнюдь не совпадали с интересами интернационалбольшевизма. Чтобы не стать проигравшей стороной в предстоящей войне, Советский Союз должен был из «первого в мире государства рабочих и крестьян» стать национальным государством русского народа. Или умереть.

И поэтому, вместо командного состава армии, « преданного делу Мировой революции»,в конце тридцатых годов Советскому Союзу вдруг резко и в огромных количествах понадобились офицеры и генералы, преданные своей Родине.

Которых у него в наличии оказалось до обидного мало.

Зато в избытке было командиров, в Гражданскую бойко исполнявших обязанности палачей собственного народа, которые Сталину (и советскому народу) в предстоящей войне были не нужны. Которые в предстоящей войне будут для Сталина и советского народа просто опасны.И от которых Сталину и советскому народу надо незамедлительно избавляться…

А теперь вдумчиво вглядимся в списки репрессированных красных командиров и найдем для себя много нового и необычного – в том смысле, что «картинка» жутких репрессий выглядит при внимательном рассмотрении вовсе не такой уже и жуткой. Примеры? Извольте.

Начнем с комбригов – их репрессировано 337 душ, иными словами, почти 79% наличного состава комбригов. Кошмар!

Но на самом деле – не очень. Потому что цифра в 337 репрессированных комбригов – очень лукавая цифра. И вот почему.

Начнем с номера один – с расстрелянного 15 сентября 1938 года комбрига Абрамовича Сергея Ивановича ,1893 года рождения, белоруса, члена ВКП (б). Служил невинно осужденный комбриг вовсе не в Красной Армии – а исполнял обязанности начальника штаба и начальника 3го отдела ЗападноСибирского округа войск НКВД; иными словами, был штабным командиром внутренних войск, к Красной Армии никакого отношения не имел, строил свою карьеру исключительно на должностях НКВД.

Или вот, например, Войтенков Михаил Константинович, белорус, член ВКП (б) с 1919; работал товарищ комбриг заместителем начальника Главного управления военного снабжения НКВД СССР – то бишь опятьтаки к Красной Армии не относился.

Ну, или, скажем, комбриг Горшенин Павел Сидорович. Этот – вообще секретарь ЦК ВЛКСМ, председатель Центрального Совета Осоавиахима СССР. Расстрелян 25 февраля 1939 года, пал жертвой незаконных репрессий. О законности или незаконности судить не станем, а вот тот факт, что отношения товарищ к Красной Армии не имел никакого, – зафиксируем.

Дальше – еще интересней. Вот еще одна жертва репрессий – Дейч Марк Семенович; еврей, член ВКП (б) с 1919, образование высшее, начальник Центрального Аэроклуба им. Косарева, комбриг. Опятьтаки – ни с какого боку товарищ к РККА не относился, – а ведь тоже комбриг!

Комбриг Дреков Владимир Михайлович в 1934 – 1938 был начальником УНКВД Сахалинской области. Арестован 26 сентября 1938 года, приговор 26.02.40 г. к высшей мере. Товарищ чистых чекистских кровей – а занесен почемуто в списки репрессированных военачальников.

Комбриг Дьяконов Николай Александрович в 1938 исполнял обязанности начальника штаба Управления пограничных и внутренних войск НКВД УССР. Злодейски репрессирован коллегами – а отнесен почемуто к загубленным Сталиным полководцам.

Или вот еще товарищ – комбриг Емельянов Александр Александрович, в 1937 – начальник Управления пожарной охраны НКВД Белорусской ССР, заместитель начальника Главного управления пожарной охраны НКВД СССР. Товарищ руководил тушениями пожаров – а отнесен почемуто в стан репрессированных командиров Красной Армии.

Да что там поименно – вот целый список комбригов, никакого отношения к Красной Армии не имеющих, а занесенных почемуто в скрижали пострадавших от Сталина полководцев:

Зарин Александр Дмитриевич, начальник 2го отдела ГУПВО НКВД СССР, комбриг;

Келлерман Георгий Георгиевич, заместитель начальника Морского отдела ГУПВО НКВД СССР, комбриг;

Кимундрис Александр Георгиевич – военрук Коммунистического политикопросветительского института им. Крупской, комбриг;

Кобелев Павел Георгиевич, в 1937 начальник войск НКВД Московского округа, с февраля 1938 – начальник войск НКВД СевероКавказского округа, комбриг;

КрымскийУдаров Яков Петрович, начальник Высшей школы войск НКВД, комбриг;

Лепсис Роберт Кришьянович, в 1936 – 1938 помощник начальника ГУПВО НКВД по МТО, комбриг;

Масловский Адам Александрович, инструктор Управления пограничной охраны МВД Монголии, комбриг (как он инструктировал монгольскую погранохрану, мы увидим дальше – увидим и поймем, что получил свой «вышак» товарищ совершенно заслуженно);

Розе Вольдемар Рудольфович (тот самый, помните, что разоблачил «потемкинские деревни» руководителей КПГ накануне запланированной немецкой революции 1923 года? – и его не пожалели кровавые сталинские палачи!), в 1935 – 1937 начальник особого отдела ГУ ГВФ, комбриг;

Смирнов Павел Иванович, начальник войск НКВД Азербайджанской ССР, комбриг;

Федоров Николай Николаевич, начальник 4го (Особого) отдела ГУГБ НКВД СССР, комбриг;

Хряпенков Михаил Елисеевич, в 1934 – 1938 начальник Главного Управления пожарной охраны НКВД СССР, комбриг;

Барановский Семен Давидович, начальник пограничных войск НКВД ВосточноСибирского округа, комбриг.

Всего не служивших в РККА – тридцать пять репрессированных комбригов, то есть почти одиннадцать процентов.

Но и это еще далеко не самое интересное. Роясь в списках невинно репрессированных, постоянно натыкаешься на странный факт – товарищ в 1937 – 1939 годах репрессирован, но затем выпущен, получил обратно звание, пистолет и ордена и продолжил служить в рядах – как ни в чем не бывало. Что сие означает?

А означает это одно: товарища его менее стойкие коллеги оклеветали, на основании этих доносов означенного командира имярек взяли под белы ручки и поволокли в пытошные подвалы. По всем законам жанра (то есть в соответствии со сказками о «сталинских репрессиях») оный товарищ должен был в этих подвалах безвестно сгинуть – а как бы не так! Товарищ через определенное время (необходимое для установления истины, как правило, семьвосемь месяцев, иногда – до года) – вновь в кадрах РККА, служит, тянет армейскую лямку и вспоминает о тюрьме лишь за рюмкой водки.