Чтение онлайн

[697]

(Прекрасный Иван срывает розы

Тебе, Ладо, святый боже,

Ладо, слушай нас. Ладо!

Песни, Ладо, поем тебе,

Сердца наши преклоняем пред тобою, (посвящаем тебе),

Ладо, слушай нас, Ладо!)

В других песнях встречаем имя Лада только в форме припевов, не имеющих непосредственного отношения к тексту данной песни, напр., в вышеприведенной (стр. 157) хорватской колядке, где имя его повторяется в конце первого стиха каждого двустишия, а также в следующем за каждым двустишием припеве: «Oj, Lado, Oj!»

В Славонии в прошедшем столетии пели также песню, в которой взывали к «милому Ладу»:

Tri devojke zito zele,

Lade mi Lade, mile Lade moj!

Jedna dnigoj govorila,

Lade mi Lade, mile Lade moj!…

[698]

(Три девицы жито жали,

Ладе, Ладе, милый Ладе мой!

Одна другой говорила,

Ладе, Ладе, милый Ладе мой!...)

В Загребе еще недавно девушки, расхаживая толпами по городу, от одного дома к другому, пели песни, в которых особенно часто повторялись слова:

Lado, Lado, lepojeLado

.

[699]

(Ладо, Ладо, прекрасен (или прекрасна) Ладо.)

По словам Чаиловича, имя Лада известно в Хорватии, Далмации и Словении. Антон удостоверяет, что Лада знают, кроме России и Польши, также молдаване и валахи[700]. Не менее популярно имя его и среди болгар и сербов.

В Болгарии взывают к «богине Ладе»[701].

У карпато-руссов празднуют Ладо утром в Иванов день, в честь его поют ладовые песни[702]. По вышеприведенному свидетельству Стрыйковского, на Руси (как и в Литве, Жмуди и в Лифляндии) прославляли «великого бога Лада» (также Ладу, величавшуюся, по свидетельству Нарбута, в Литве «великой богиней»; «великую Ладу» чествовали в песнях и в Межибожье по Бугу[703] с 25 мая до 25 июня. Вообще же в настоящее время в России главное чествование Лада (и Лады) происходит раньше, а именно преимущественно во время празднования «красной горки», напр., в песне, сопровождающей игру «сеяние проса», известную в Великой, Малой и Червонной Руси; также в Семик и Троицу (в «семицких» и «троицких» песнях); встречается, впрочем, припев «Ой Ладо» иногда и позже, напр. в «петровских» песнях[704].

В праздновании же Иванова дня, в Малой и Белой Руси место Лада заступил Купало (См. ниже). Значение Лада, как весеннего божества, несомненно доказывается не только повсеместно распространенным в среде южных и восточных славян обычаем призывать имя его в припевах весенних песен, но главным образом тем, что пение весенних песен носит название ладования, и самые певицы этих песен именуются ладовицами. Так, в Славонии пение песен на Юрьев день называется ладованием[705]; в Хорватии, в окрестностях Вараждина, около Карловца и др., девушки, поющие особенные песни накануне Юрьева дня и в самый Юрьев день, называются ладовицами, а петь эти песни, снабженные припевом «Ладо» – ладати[706]. В Болгарии весенние песни, которые поются девушками в вербное воскресенье, называются л адины ми, сами певицы ладовицами, а петь эти песни – называется ладувать. Припев «Ладе, Ладо!» встречается в болгарских песнях, поющихся уже в воскресенье перед Великим постом, т.е. в самых ранних весенних песнях[707]. В Чехии, где имя Ладо ныне уже исчезло, певицы весенних песен, в период времени от Троицына до Иванова дня, носили в старину название ладариц[708].

И карпато-руссы, как замечено было выше, поют в Иванов день ладовые песни. Как божество согласия, весны и любви. Лад (и Лада, о которой будет речь позже) естественно призывается преимущественно в весенних и свадебных песнях, главнейшим мотивом которых служит любовь. Утратив ныне для народа первоначальное свое значение, имя Лада (или Лады), возглашаемое в припевах песен разными придаточными словами или слогами, ныне также уже непонятными для народа, а потому им произвольно искажаемыми, видоизменяемыми, напр.: Ладо (форма эта встречается чаще всего). Лада, Ладе, Ладу, Ледо, Ладо-ле, Ладо-люди, Дид Ладо, Дид и Ладо, Дед Ладо, Диво Ладо, Лелю-Ладо и т.п. Приведу несколько примеров полных припевов песен:

болгар.:

– Ладе, Ладо!

– Ой Ладо, Ладо!

[709]

сербс.:

– Ладо, Ладо!

– Ладо-ле, миле,

Ој Ладо Ој![710]

хорват.:

Lado-le mile, oj Ljeljo, oj!

[711]

великорусс.:

– Ой лелю Ладо!

[712]

– О Ладо мое!

[713]

– Ладу, Ладу, Ладу!

[714]

– Диво Ладо!

[715]

белорусс.:

– Ладо-люди!

[716]

Мало- и галицко-pycc.

– Ой Дид Ладо!

– Ой Дид и Ладо!

– Та владу Ладом!

– Дид Дид и Ладо!

[717]

Тот же припев, иногда с замещением в слове Дид буквы и буквой е, встречается и в великорусских песнях. Слово Дид, очевидно заимствовано из литовского didis = великий. (Ср. выше стр. 263, свидетельство Стрыйковского, который сообщает значение припева Didis Lado.) Из «Дидис» в устах русского народа произошли варианты: Дид, Дед, Диво, Диди и т.п.

Я уже упоминал о том, что имя Ладо, как бога любви и веселья, встречается и в припевах свадебных песен. Примерами могут служить сообщенные Войцицким и Голембиовским свадебные песни с припевами: «Ladо, Lado!»[718] В Густинской летописи Лад характеризуется так: «Ладо – бог женитвы, веселия, утешения и всякого благополучия; сему жертвы приношаху хотящие женитися, дабы его помощью брак добрый и любовный был»[719]. Гизель, определяя Лада почти теми же словами, прибавляет: «такожде и матерь Лелеву и Полелеву Ладу поюще, Ладо Ладо, и того идола ветхую прелесть диавольскую на брачных веселиях руками плещуще, и о стол биюще, воспевают»[720]. Подтверждением тому, что Лад (и Лада) был божеством брака, может служить, между прочим, и селение Псковской губернии Ладельникова, называемое также Весельникова[721]: веселье на разных славянских наречиях (малорусском, сербском, польском, чешском) значит свадьба.

Общеславянскому Ладу соответствует белорусский бог брака – Любмел (от любить – ладить, ср. выше: быть «з ладом»). На брачных торжествах его изображает красивый мальчик от 10 до 12-летнего возраста, нарядно одетый в белую рубашку с красивым кушаком, в красные сапоги или башмаки, с венком из красных цветов на голове. «Весь на Любмела», – говорят белоруссы, т.е. красив как Любмел. Молодые кланяются Любмелу в ноги, его сажают на почетное место, близ молодых, которых он потчует. Он же кладет в башмак молодой деньги – «Любмелевы гроши», которые должны принести дому молодых счастье. В честь молодых поют песню, в которой обращаются и к Любмелу: