Божественная академия
Шрифт:
— Как давно я мечтал вернуться сюда!
В мысленном голосе монстра она смогла вычленить безумную радость, жгучую обиду и предвкушение, но это было не все… Когда Тая считала черное чудовище лишь разумным животным, не особенно умным и страшным лишь своей жуткой внешностью, было легче…
Что означало слово “вернуться”?
В Божественной академии, конечно, учились представители самых разных народов — от живых деревьев до кентавров, но чудовищ, подобных тому, что выползло из портала, не было. Ни на курсе, на котором училась Тая, ни на предыдущих. Она любила в свободное время рассматривать портреты выпускников, это ее успокаивало. Среди них абсолютно точно не было черного чудовища…
Странно было разговаривать с тем, кто пообещал тебя убить, но у Таи не было выхода:
— Ты учился в академии? Когда?
— Как и все. У меня тогда был другой облик, вполне божественный. Это было давно…
Только у Совера получалось так легко проникать в мысли Таи. Она была готова спорить на что угодно: черный монстр был не простым студентом, а, как минимум, магистром, причем не самым последним… А значит, у него были атрибуты и фамилиар, как у всех богов…
Нет-не-нет! Этого не может быть!
Таю охватила дрожь. Антониориса она встретила в Темном мире, он сказал, что сам Баш-Ирг изгнал его из академии. Но, как разумно было предположить, не его одного… Скорее всего, Анониорис был фамилиаром изгнанника.
До этого момента Тая считала, что предыдущий бог, с которым был связан ее голубь, погиб. А что если он просто потерял свою божественную сущность? Ее затошнило. Она не хотела верить, что Антониорис проник в академию, только чтобы помочь чудовищу сюда попасть. Но что если…
Из порталов тем временем стали появляться существа — от вполне обычных, человекоподобных, до птиц, насекомых и призраков. Их торжествующие лица и морды вызвали у Таи новый приступ тошноты.
Черное чудовище пояснило:
— Это мои верные приспешники! Когда-то они так нуждались в силе, что им было все равно, откуда она шла. Это и понятно, ведь Темный мир не хуже многих магических источников. К примеру, той же некромантии…
Слава богу, Антониорис не прилетел сюда, чтобы присоединиться к армии чудовища! Так оставалась надежда, что даже если когда-то он и был его фамилиаром, теперь он выбрал Таю.
Она возразила:
— Темный мир поглотил несколько миров, так что сила из него не сильно отличается от некромантии…
И осеклась. Ее мысли наполняло такое странное ощущение, она не сразу сообразила, что чудовище испытывало сильное удовольствие. Оно произнесло:
— Приятно, что студентам до сих пор про меня рассказывают. Все-таки я — самый большой враг Божественной академии…
Он гордился этим!
Рядом с Таей возник Совер, который бросил единственный взгляд на чудовище и сосредоточился на ее ногах, находившихся в каменном плену.
В мысленном голосе чудовища не возникло ни малейшего беспокойства:
— Передай малышу Соверу, что он все равно не сможет тебя отсюда вывести. Даже странно, что он этого не понимает…
Тая не сразу поняла, о чем чудовище говорило, но потом заметила, что на пути ко входу в академию стоят его приспешники.
— Закрой глаза! — шепнул Совер.
Она выполнила его просьбу незамедлительно, потому что чувствовала, как камень, в который превратилась земля, стал нагреваться. Микровзрывом Тая освободилась, и в тот же миг Совер телепортировал ее вместе с собой внутрь академии. Точнее, в свой кабинет…
Голова Таи чуть не лопнула от мысленного вопля чудовища, потерявшего свою жертву. Совер коснулся губами ее лба, и она ощутила блаженную тишину.
— Спасибо…
— К сожалению, моя защита будет действовать недолго.
— Ничего страшного. Поцелуешь меня еще раз и все. Ты намного приятнее, чем чудовище во дворе.
— Это комплимент или оскорбление? — поднял брови Совер.
Тая не ответила, вдруг осознав простую вещь. Антониорис не сообщил чудовищу, что Совер способен ее телепортировать. Если бы тот знал, то, возможно, перенес бы ее ближе к себе… И тогда Соверу было бы сложнее ее вытаскивать оттуда. Он конечно же справился бы, но Тая сильнее пострадала бы от мысленного крика.
Антониорис возник рядом с ней, но при этом старался не смотреть ей в глаза. Совер взглянул на голубя с благодарностью и сказал:
— Тая, твой фамилиар — молодец, он позвал меня сразу, как только ты исчезла.
— Спасибо, Антониорис!
Тая протянула руку к голубю, но он не позволил ей прикоснуться к себе, отлетев немного назад. Он чувствовал свою вину? Или обижался на нее? Хотя какая разница! Ее чувств это не изменит…
Совер усадил Таю на кушетку и быстро проговорил:
— Я сейчас вернусь, никуда не уходи!
Он телепортировался, как только договорил, не дожидаясь ответа. Тая не смогла решить, радует ее или обижает его уверенность в том, что она непременно послушается.
Антониорис по всей видимости ждал, когда он останется с Таей наедине, потому что перестал притворяться безмолвным созданием.
— Пожалуйста, прости, что я сразу тебе не рассказал, чьим фамилиаром я был.
— Когда мы встретились, ты был свободен.
Он тяжело вздохнул.
— Нет. Я должен был втереться в доверие к испуганной студентке и вместе с ней проникнуть в Божественную академию.
— У тебя это получилось…
— Да. Нет! Я не смог даже представить, как отдаю тебя в щупальца Оллара. И моя связь с ним разорвалась. Если бы ты тогда меня не коснулась, я бы пропал, как все одинокие фамилиары.
— Ты не сказал ему, что Совер связал наши судьбы, а значит, тебе нечего стыдиться.
— Я должен был тебя предупредить!
— Ты пытался, это я не стала тебя слушать.
— Ты твердо настроена выгораживать меня до последнего? — огрызнулся Антониорис.
И это выглядело так смешно! Ему пошло бы выглядеть как крокодил или на худой конец как крыса. Характер у него зубастый и вполне подходящий для таких существ. Но по велению судьбы Антониорис был беззащитным голубем.
Тая спросила:
— Тебя ведь не было рядом, когда я перенеслась во двор, неужели ты за мной следил?
— А как иначе! Ты же способна в ложке воды утонуть.
— Ну спасибо! Ой, до меня только что дошло, а если меня снова чудовище, то есть Оллар, призовет к себе?
— Мысленный щит, который даровал тебе Совер, поможет и от этого. Но чем чаще Оллар будет пытаться это сделать, чем быстрее будет разрушаться твой щит. Не стоит сильно беспокоиться, Совер что-нибудь придумает. А если не он, так Баш-Ирг…