Чтение онлайн

Преодолев Детримеанту, он въехал на территорию Сороса. Его поразила красота здешних мест. Однажды его отряд даже устроил привал у чистейшего озера со странными синими деревьями по периметру. А ещё он видел пещеру с очень редким и ценным минералом — лириумом.

Каждую ночь он видел сны о том, как станет королём этих мест.

И вот настал полдень двадцатого дня его путешествия. Столица Сораса — Кельвин уже виднелась вдалеке. Осталось лишь пройти через ремесленную деревню и его долгий путь будет закончен…

***

Горожане, вооружённые вилами, лопатами, кухонными ножами и прочими предметами, используемыми в повседневной жизни, стояли на главной площади у фонтана с героем. К ним присоединялись маги, лучники и воины из гильдии авантюристов. Торговцы так же были в числе народного ополчения.

Вся эта процессия двинулась в сторону королевского дворца. По дороге к ним присоединялись жители трущоб, так же желавшие лучшей жизни.

«Эта толпа и вправду внушает страх», — думал Левиафан, летевший над карательным отрядом, используя тело птицы.

Во главе всего этого действа шёл Вескульд в золотом доспехе с мантией, сделанной из шкур огненных волков, и вооружённый мечём принца Кванта. Всё это великолепие будущему королю подарила Кира.

Линда не участвовала в «нападении» на королевский дворе. Она осталась вместе с детьми и спящим драконом в гостевом доме мадам Пэктус.

Вскоре карательная процессия добралась до входа в дворцовый комплекс. Королевская кавалерия под руководством Снэйка открыла ворота.

***

Альма сидела во дворце и смотрела на приближающуюся толпу с безразличным выражением лица.

Рядом, подобно муравьям, копошилась знать, а министры, словно надоедливые мухи, что-то жужжали над ухом.

Однако королеву никто из них не волновал. Она почти ни о чём не думала.

«Как жаль, что я не смогла сравнять это королевство с землёй», — отрешённо подумала Альма.

«Смотри отец. Твой сын погиб в погоне за славой, а твоя дочь умрёт от рук жителей королевства, которому ты уделял внимания больше, чем своим детям», — мысленно обратилась она к недавно почившему королю.

Её обида была ужасно… глупой. Эта избалованная девочка, которая выглядела как взрослая женщина, не знала в жизни отказов и получала всё, что хотела, и теперь, когда её лишили источника её абсолютного благополучия, она желала лишь одного — чтобы все в этом королевстве страдали так же, как и она.

«Толпа уже близко. Скоро всё закончится», — подумала Альма, прося бога, в которого никогда не верила, чтобы ей не было больно.

***

Вескульд вёл свои «войска» в тронный зал. Ему было не впервой управлять отрядом людей, правда не в таких ужасающих масштабах.

Топот марширующих горожан разносился по всему дворцу, вселяя страх во всякого его услышавшего.

Королева сидела на троне. Платье давно превратилось в лохмотья, а корона съехала на бок. Растрёпанные министры стояли подле неё.

— Королева, Альма Сорас, вы обвиняетесь в необоснованном повышении налогов и чрезмерной трате государственных средств, которая опустила экономику до критического уровня, — громко и чётко зачитал приговор Вескульд.

— Ха-ха-ха… и что? Вы пришли меня убить? — устало сказала королева.

— Нет, мы будем судить вас согласно законам королевства, — заявил рыцарь и махнул рукой, приказывая людям позади него связать королеву и министров.

Альма прикрыла глаза и махнула рукой. Ей уже не было дела ни до собственной жизни, ни до королевства. Она слишком устала.

««Бедняжка»», — прозвучал насмешливый и ироничный голос в голове королевы. Она вздрогнула и оглянулась по сторонам, но, никого, кроме рассерженных горожан, она не увидела.

«Она так устала», — вновь заговорил голос: «Давай дадим ей отдохнуть… Давай подарим ей вечный покой!!!», — многоголосый хор из тысячи ужасающих голосов стал эхом разноситься в голове Альмы.

Она вскочила с места и начала с нескрываемым ужасом оглядываться по сторонам.

Вдруг послышались «гуманные» предложения:

— Казнить её!

— Отрубить ей голову!

— Нет, лучше на висельницу!

Люди, пострадавшие от действий королевы, хотели выместить свою злость, однако королева как будто их не замечала.

«Да, казнить… Голову… отрубить голову? Нет… На висельницу? Нет!», — жуткий голос продолжал вести свой чудовищный монолог в голове Альмы.

— Замолчи!!! — на весь зал крикнула она.

Все замолчали и уставились на метающуюся из стороны в сторону королеву

«Нет, я не могу замолчать!», — возразил голос.

«Мне очень нравиться с тобой говорить. Мне очень нравиться копаться в твоей голове. Мне очень нравиться тебя мучить. Я не остановлюсь. Всё, что мне нравиться, я делаю. И не тебе меня прерывать», — «поругал» королеву голос.

— Сшик, сшик, сшик, — откуда-то сверху стал доноситься звук точащихся друг о друга ножей.

Все с удивлением посмотрели на потолок, даже королева. Сверху, стоя на люстре, на них смотрел юноша с клинками вместо пальцев, которыми он шкрябал друг о друга, высекая искры. Вдруг он сорвался вниз и приземлился прямо на пол.

Его когти-ножи были настолько длинными, что юноша, опустив руки вниз, слегка задевал кончиками клинков пол. Он склонил голову на бок и уставился прямо на королеву.

— Продолжи разговор «с глазу на глаз»? — насмешливо спросил метаморф и посмотрел в глаза Альмы, сняв свою маску.

В народном ополчении Вескульда уже считали будущим королём, в то время как положение странного мальчика, которого беспрекословно слушался рыцарь, было неясно никому. Все знали, что именно этот юноша руководил тайной организацией, которая распространяла слухи и собирала для него информацию, но никто не мог сказать, какую должность в народном ополчении занимало это существо. На одном из собраний, Вескульд назвал Левиафана «Верховным палачом» и метаморф с радостью согласился сыграть эту роль, правда никто не понимал, что именно подразумевала под собой эта должность, до этого момента…

Юноша сорвался с места и, буквально через мгновение, оказался за спиной у одного из министров, кажется, экономики. Острые когти, как нож в масло, вонзились в грудь мужчины, а затем разодрали его напополам.

Когда безвольное тело рухнуло на землю, метаморф вновь растаял в воздухе. Военный министр, министр культуры, министр международных дел, министр внутренних дел и, наконец, первый советник. Именно в таком порядке Левиафан «вскрыл» всех подручных и сообщников королевы.

Представители знати, находившиеся во дворце, стали марионетками Левиафана и, выполняя приказ метаморфа, принялась убирать мёртвые тела бывших правителей Сораса.