Божий дар, или Ход конем
Шрифт:
— Здравствуй, милая, — наконец, проговорил он бархатным баритоном.
В одно мгновение я оказалась в его объятиях, но тут… Не знаю, что меня так подбросило, может, потому что его глаза были такого же цвета, как у моего Зверя, да и вообще чем-то похожи… хотя, абсурд, конечно, но… Стоп! Где мой конь? Судя по его обескураженному взгляду «подарка», я, кажется, произнесла это вслух. Я понимала, что мой вопрос несколько неуместен… да что там «несколько», совсем неуместен, но ничего не могла с собой поделать. Я помню, как Зверь вел себя у Этаны, как он метался, даже чуть не разбился о прозрачные стены ее замка, что-то здесь приводило его в исступление, в неистовство, а вчера, после нашего возвращения я даже не проследила, что с ним стало, был ли ему оказан должный уход и вообще, как он перенес очередное перемещение, тем более, такое экстремальное. Я сразу пошла мыться и спать, погрузившись в свои мысли, уже присутствуя в этом мире только отчасти, думая лишь о том, что будет со мной дальше, вернет ли меня Этана домой и прочее, но, к стыду своему, о судьбе Зверя я совершенно забыла. И сейчас, столкнувшись с горячим, страстным взглядом темно-карих глаз, я ощутила такой мощный укол совести, что…
— Прошу прощения, я на минутку, — поспешила я из постели.
Но не тут-то было. Красавец легко и непринужденно осуществил захват, не выпуская меня из объятий.
— Подожди… — мягко прошептал он мне на ухо.
Мне это не понравилось, но я постаралась подавить в себе раздражение.
— Так, подарок, лежи здесь, я скоро, — скомандовала я.
Его красивые брови удивленно изогнулись, но тут же вернулись на место. Он мягко улыбнулся.
— Милая, с твоим конем все в порядке, — промурлыкал он.
Но было уже поздно. Я понимаю, что мое упрямство выглядело нелепо, но… прав Дани, что-то с Этаной не то. И этот ее «подарок», конечно же, очень соблазнительный, но не выпускающий меня из комнаты… Это что — страж? Оригинальные у нее, однако, методы! Но, надо признать — действенные. Да и не придерешься, скажет, что никто никого задерживать не собирался, а что Мистер Совершенство оказался таким ретивым — так это его личная инициатива. Я потрясла головой. Да нет, это глупости. Зачем ей? Дарсинею мы спасли… Вот именно. Мы сделали все, что она хотела. Теперь ей нужно расплачиваться. Но, опять-таки, если она хотела бы нас убить, то не открыла бы портал, и мы бы остались у Гаронда… Стоп. Надо во всем разобраться. Постепенно. Но все же — где мой Зверь?!
— Пусти, — ледяным тоном коротко приказала я.
Его губы скривились в презрительной усмешке. Он сверкнул глазами, но рук не разжимал.
— Что, ты ожидала здесь увидеть своего ведьмака? — в его голосе было столько желчи, что меня это взбесило окончательно.
— Что?! — зашипела я. — Твое какое дело?! Пусти, сказала, мне коня проведать надо!
Он демонстративно расцепил объятия, раскинув руки.
— Удачи! — обиженно хмыкнул он. — И куда ж ты пойдешь?
— Куда надо, — фыркнула я, выбираясь из постели.
— В конюшне можешь не искать, — бросил он мне вслед.
Я замерла. Резко развернулась.
— Где. Мой. Конь.
Красавец, тряхнув копной черных волос, отвернулся.
— Ищите и обрящете, — насмешливо протянул он.
Вот не зря я так нервничала, значит, с ним точно что-то не так, раз от меня скрывают…
Я бросилась вон из комнаты, но… неожиданно, подхваченная неведомой силой, взмыла к потолку.
Безмятежно лежащий брюнет весело рассмеялся.
— Ах ты, тварь! — завопила я, беспомощно трепыхаясь в воздухе. — Отпусти меня!
Он захохотал еще громче.
— Ну что ты, милая, я тебя не держу…
— Отпусти, сказала!
— Ты точно этого хочешь? — он приподнял бровь, окидывая взглядом пространство между полом и потолком.
Кажется, я зарычала. Он обворожительно улыбнулся, блеснув белоснежными зубами, и я «поплыла» в сторону кровати. Затормозив напротив него, я начала снижаться и… приблизившись на более-менее приемлемое расстояние, вытянув руки, вцепилась ему… то есть, попыталась вцепиться ему в лицо, но тут же была отброшена к потолку. Даже ударилась. Правда, не больно, совсем чуть-чуть, но…
— Извини, не подрассчитал, — ухмыльнулся мой неожиданный враг. — Инстинкт. Самосохранения. Странно, думал, что у меня его нет…
— Думал? — в тон ему усмехнулась я. — Я бы на твоем месте не горячилась — чтобы думать, нужны мозги, а их у тебя тоже нет. И не было.
Не знаю, что заставило меня выпалить эту абсолютно детскую фразу из разряда почти детсадовских дразнилок, видимо, мое подвешенное положение. Но, как ни странно, это нехитрое оскорбление привело его в ярость. Он резко сел на кровати, шикарные волосы каскадом обрушились на сильные плечи, его ноздри начали раздуваться, губы сжались, он в очередной раз засверкал глазами, не сводя с меня испепеляющего взгляда, и… мне почему-то стало смешно.
— Что, не достанешь? — хохотнула я. — А ты подпрыгни!
Он побагровел. Я знала, что он может меня размазать по потолку и всем стенам очереди, пальцем для этого не пошевелив, но страха у меня не было абсолютно, даже подвешенное состояние меня не пугало, раздражало только. И он это видел. И это его приводило в бешенство. Он зарычал, снова тряхнул шевелюрой и… также неожиданно сдулся, прикрыл глаза, опустил голову, но я по-прежнему осталась висеть.
— Это ты из-за нее? — глухо проговорил он, не поднимая глаз.
— Что? — не поняла я.
— Из-за Дарси?
Стоп! Этот голос… «Надо спасти Дарси…» Голос, не дающий мне покоя, это же — его голос! Хотя… что из-за нее? Что «это» я из-за нее?
— Может, для начала ты меня поставишь на пол? — скомандовала я.
Он, все так же не поднимая головы, грустно кивнул, и я снова начала снижаться, медленно и осторожно.
— Отлично, — вздохнула я, ступив на мягкий ковер, — Я могу идти?
— Ты вольна делать, что хочешь, — траурным голосом произнес он. И добавил, — впрочем, как всегда.
Я хотела у него выяснить, что здесь, в конце концов, происходит, и чем же я его так смертельно обидела, но подумала, что ничего путного от него все равно не добиться, решила найти Этану. Я молча оделась и, не говоря ни слова, направилась к выходу.
Это, как ни странно, оказалось последней каплей. Он вскочил с места, красивый и яростный, как греческий бог, и… такой же обнаженный.
— Я что, для тебя вообще пустое место?! — в его темно-карих глазах было столько боли, столько обиды, что я даже опешила. — Если это из-за нее, так и скажи…
— Погоди, — замотала я головой, ничего не понимая. — При чем здесь…
— Ах, так она даже не при чем? — он нервно рассмеялся. — Ну да, конечно, тебе абсолютно все равно, был я с ней или нет… Тебе просто наплевать.
— Так, давай позже все выясним, хорошо? — осадила я его, чувствуя, как у меня уже голова идет кругом от этих обвинений, к которым я не имею никакого отношения. Я уже пожалела, что не вышла сразу. — Я сейчас разберусь с делами, и мы с тобой обязательно поговорим, — кажется, тон у меня получился, как у психиатра, — хорошо?