Чтение онлайн

– Ты же сама всегда говорила, что он мне не пара!

– Не выдумывай! Вежливый, уважительный, зубы тебе вставил. Такой хороший мальчик!

– Раньше ты звала его старцем.

– Ерунда! Но даже если и так, я старая больная женщина, зачем меня слушать? Вероника, ты сглупила, просто признай это, но можно же все исправить! Семью надо спасать! Понимаешь, спасать! – разглагольствовала она хорошо поставленным голосом преподавателя с тридцатилетним стажем. – Ты же любила его как сумасшедшая! И все еще любишь, да?

Ника ковыряла ложкой кашу.

– Не будем об этом сейчас, ладно? Не хочу.

– Можно подумать, потом захочешь, – хмыкнула мама. – И все из тебя клещами надо тянуть! Вот Оксана всегда со мной делится. Кстати, а который час? Она же сейчас должна выйти на связь! – И мама ускакала в свою комнату общаться с сестрой по скайпу.

Ника вздохнула с облегчением, хоть поест спокойно. Прихлебывала кофе и прислушивалась к голосу матери, доносившемуся из комнаты.

– Уже головку держит? Это очень рано! Не помню точно, когда Ника стала голову держать, а вот ты – только в два с половиной месяца, да! А в шесть уже бралась двумя руками за борта коляски и сама садилась, ха-ха!

Душу царапнуло раздражение, и как им не надоедает часами трепаться о всякой ерунде?! Конечно! Мать и дня не может прожить без своей любимой дочки! Ника отхлебнула горький кофе и поняла, что до смерти хочет шоколада. Это был единственный пункт из красного списка, с которым никак не получалось завязать, ее наркотик. Терпела неделями, а потом срывалась, особенно когда расстраивалась. Хорошо, что у них нет шоколада, а то бы сейчас умяла целую плитку. Мать любого доведет! Впрочем, кое в чем она права: Нике надо быть экономнее. Денег, что она зарабатывает в агентстве, едва ли хватит на ту жизнь, к которой она привыкла. К тому же, все вещи остались в квартире Андрея. Нужна осенняя куртка, и на телефон забросить бы хоть три сотни, да и все эти разъезды на такси съедают кучу денег… Ладно, куртка подождет, позаимствует пока что-нибудь у мамы. Пальто, похожее на надувной матрас, или плащ-парашют? Да уж, пора задуматься о подработке. О съемках – даже не мечтай, на том, что ей предлагают, заработать невозможно – слезы. Заняться репетиторством? А что? На школьный уровень ее английского вполне хватит. В красках представила, как вдалбливает грамматику тупице, который во время урока украдкой играет с мобильным. Ну, уж нет, она еще не пала так низко!

В дверь позвонили. Кто бы это мог быть? Ника поставила посуду в мойку и пошла открывать.

На пороге стоял Мишка в майке под обтягивающим кожаным пиджаком, с бумажным пакетом в руках.

– Здорово! Ну, ты как? – промурлыкал он, сверкая улыбкой и бесцветным лаком на ногтях. – А я думаю, дай, к роднульке заскочу, наверняка малышка коротает воскресное утро наедине с диабетическим хлебцем, поливая его горючими слезами.

– Очень поэтично, – фыркнула Ника. – Проходи! Как же я тебе рада, не представляешь!

– Все так запущено? – изогнув бровь, он сунул Нике сверток и поправил волосы, придирчиво рассматривая себя в зеркале прихожей. – Я у метро яблок купил. Такие красивые, думаю, молодильные. Кофе угостишь?

– Конечно, пойдем в мою комнату. Только, Миш, прости, ты не мог бы ботинки снять, а то меня мама прибьет.

Ника поставила на письменный стол поднос с чашкой кофе, горячими бутербродами с сыром и вазой с яблоками.

– Ну, как с матерью? – шепотом спросил Мишка, отхлебнув из чашки.

Закатила глаза – и не спрашивай!

– Одна радость – она на следующей неделе в Кельн уезжает на месяц, Оксанка просит с детьми помочь.

– В начале учебного года? А как же ее студенты?

– На кафедре вроде договорилась, справку какую-то достала.

– Твоя сестрица, между прочим, могла бы и няню нанять, муж-то у нее небедный.

Ника хмыкнула.

– Знаешь, как они там, в Германии, посуду моют? Грязные тарелки «Ферри» намажут, потом тонюсенькой струйкой воды ополоснут и в сушилку ставят – экономят. Думаешь, на няню раскошелятся? Дудки! И потом, Оксанке стоит только свистнуть, мать – всегда по стойке смирно!

– Андрей не объявлялся?

– Больно надо, – фыркнула Ника. – Да и вряд ли объявится после того, что я сделала. А уж что наговорила… Главное, ведь совсем так не думаю. А все мать! Накрутила меня…

На столе пиликнул мобильный. Ника взяла телефон и вздрогнула – эсэмэска от Андрея. Первая после ссоры!

Открыла и прочитала:

«Можешь забрать финик».

– Подавись ты своей тачкой, – буркнула она, начала набирать текст сообщения, но потом стерла и отложила телефон в сторону. – Отвечу минут через пять. А то еще вообразит, что я целыми днями только и делаю, что сижу у телефона в ожидании его эсэмэс! Да ну его! Лучше расскажи, как там Оля?

Мишка принялся в красках расписывать интеллектуальные способности своей новой девушки.

– Ногти по фэн-шуй красит и не знает, кто такой Янковский! Представляешь? Думал, она прикалывается! Нет, ну нормально?

– Отлично! Четыре минуты прошло, можно ответ писать.

Мишка покачал головой.

– А ты все о том же… Слушай, может, хватит фигней страдать? Ну, поссорились, наговорили друг другу гадостей, с кем не бывает?! Пора зарыть топор войны. Напиши, что тебе грустно, остальное он сделает сам, увидишь.

– Еще чего не хватало!

Ника взяла телефон и набрала:

«Спасибо, не надо».

– Знаешь, а я даже рада, что все так вышло. Мы с Андреем разные люди, любовь прошла – завяли помидоры… Кстати! Совсем забыла тебе рассказать. Ни за что не догадаешься, кто мне вчера позвонил.

– Кто?

– Полина! Ну, та силиконовая штучка, наша клиентка. У нее какая-то проблема, которую она не хочет решать через агентство, а только со мной лично.

– Интересно… А! Знаю. Хочет поучаствовать в акции «приведи подружку и получи скидку на пластическую операцию»!

Ника захихикала.

– Завтра с ней встречаемся, потом тебе расскажу. Еще кофе?

– А давай!

Когда Ника вернулась в комнату с дымящейся чашкой в руках, на столе снова пиликнул мобильный – сообщение от Андрея:

«Как хочешь».

Ника хмыкнула:

– Представляешь, ответ прислал ровно через четыре минуты…

– Вы два барана! – взорвался Мишка. – Устроили на пустом месте какой-то холливар! Чтоб ты знала, первым на примирение идет не тот, кто слабее, а тот, кто умнее!

– Отличный афоризм! Кто сказал?

– Не помню.

Ника вздохнула.

– Не хочу я никакого примирения. Сказано – завяли помидоры!

Мишка ушел, когда уже стемнело. Ника проводила его и отправилась к себе.

– Оксана показывала мне сегодня по скайпу детей! Такие пупсики! – крикнула мама из своей комнаты. – А вот если бы у тебя был ребенок, мы бы его тоже показали!

Шумно вздохнув, Ника плотно закрыла за собой дверь. Зажигать свет она не стала, взяла телефон и уселась на пол. Четыре раза перечитала сообщения, присланные мужем, и принялась листать электронные фото. Вот забавное. Его сделал Андрей этой весной в Париже. У Ники покрасневший нос и волосы разлетаются в разные стороны – на Монмартре жуткий ветер.