Чтение онлайн

Я немедленно запротестовал, когда она сказала слово «эгоистичный», но, когда выслушал ее, начал понимать. «Симпатия» к кому-то означает явное эгоистичное намерение, страстное желание всецело обладать этим человеком и надежду на то, что он чувствует то же самое.

«Ладно, допустим, — ответил я. — Симпатия более эгоистична, чем мы обычно думаем. Стало быть, любовь является чем-то противоположным? Любить кого-то не эгоистично?»

И вот тут школьная подруга навсегда изменила мои представления о любви.

«Когда действительно любишь кого-то, Хэл, как ты и говоришь, то желаешь для него всего самого лучшего…»

«Верно…» — согласился я.

«…даже если в жизни этого человека не будет тебя».

«Что?!»

Она повторила:

«Когда любишь кого-то, то желаешь самого лучшего для этого человека. Ты не хочешь ничего, кроме того, чтобы у него была счастливая жизнь — даже если в ней не будет тебя».

Теперь примите во внимание, эта беседа состоялась больше двадцати лет назад. Цитируя «Битлз», «ей было всего лишь семнадцать». Но тогда я был поражен сообщенной мне истиной и с тех пор бился над ее осознанием. Согласно этому определению любви, я не мог быть поглощен своими потребностями, поскольку я хотел лучшего для моей жены Дженни, независимо от того, буду ли я в ее жизни. Согласно этому пониманию любви, я не могу испытывать горечь или обиду, потому что не желал бы, чтобы жизнь Дженни была наполнена подобным негативом. Это определение любви взывало к такому уровню отдачи, заботы о другом человеке, который абсолютно подавлял мои чувства и минутные прихоти — как романтические, так и любые другие.

Теперь, когда вы узнали о таком понятии любви, что вы об этом думаете? Согласны или нет? Почему да или почему нет? Кажется ли вам это определение слишком уж самоотверженным, особенно в русле темы данной книги, которая советует быть более эгоцентричными для создания крепкого брака? Поразмыслите над этим.

Пока вы бьетесь над этими вопросами, будьте готовы немного подумать еще над одним моментом.

Согласно определению любви, существует гораздо более важный вопрос, стоящий перед всеми нами, женатыми людьми. Может ли каждый из нас честно утверждать, что мы любим своих супругов? Вы его любите? Вы любите ее? Желаете ли вы всего самого лучшего для супруга, надеетесь ли на это, молитесь об этом? Я не имею в виду, что вы желаете наиболее легкой и удобной жизни или материальных ценностей. И я не подразумеваю под этим то, что сделает жизнь лучше для вас. Я имею в виду, лучшего для вашего супруга. Лучшего состояния здоровья и условий жизни, лучшей работы, лучшей семьи и друзей, лучших наставников.

И, конечно же, лучшего супруга.

Все правильно, я сказал именно это. И спрашиваю вас прямо, без обиняков: желаете ли вы для вашего супруга лучшего из возможных партнеров, надеетесь ли на это, молите ли об этом небеса? Супруга, который слушает со вниманием, говорит правду о любви, с готовностью отстаивает свое и с радостью заботится о вас? Желаете ли вы для своего супруга такого мужа или такую жену, каких мы описывали и какими призывали быть на протяжении всей книги? Того, кто с готовностью концентрируется на себе, успокаивает себя и достигает зрелости, проходя сквозь конфликты в браке? Того, кто не боится быть отвергнутым и, возможно, рискует самим браком ради достижения истинной близости?

Вы правда хотите лучшего супруга для своего мужа или своей жены?

Даже если это будете не вы?

Первое слово, сказанное вами в браке, было «Я». И, как мы узнали из последней главы, близость — истинное взаимное самораскрытие — всегда начинается с «Я». Вы сказали: «Я обязуюсь». Вы не говорите: «Мы обязуемся». И не произносите: «Когда ты обязуешься сделать, тогда и я сделаю». Вы говорите: «К лучшему или худшему, я обязуюсь… независимо от того, как поступишь ты».

По крайней мере, это слышат в ваших словах другие люди, включая супруга. Понятно, свадьба — сумасшедший день. И даже если вы потратили невероятное количество времени, создавая собственные особые клятвы, на самом деле вы не слишком ясно мыслили там, у алтаря. Верно? Кто же истинно клянется в том, о чем говорит на церемонии? Кто на самом деле собирается соответствовать этим обетам? Да и кто на это способен? Все эти возвышенные идеалы столь далеки от повседневных мелочей! Вы в самом деле способны посвящать себя супругу — даже в те моменты, когда явно не настроены на это? Даже когда он не слишком вам нравится? Во все эти моменты вы по-прежнему готовы следовать тому самому «обязуюсь»?

Ответьте мне, а лучше себе. Будьте честны с собой: вы обязуетесь обязываться? Обязуетесь выполнить обязательство, данное супругу, даже если испытываете страх, что он не способен сделать то же самое? Я не спрашиваю, готовы ли вы продолжать подвергаться насилию; не спрашиваю, способны ли закрыть глаза на негативный вклад супруга в ваш брак. Все это не представляет ваше истинное «Я» и никогда не будет всецело отвечать понятию «я обязуюсь». Нет, я не спрашиваю вас о готовности стать ковриком, о который вытирают ноги, ради выполнения данных обязательств. Это не было бы браком БезКрика, и подобный «коврик» не может быть хорошим супругом.

И вот куда логически приводит сочетание «я люблю» и «я обязуюсь». Вы говорите, что любите супруга, подразумевая, что желаете для него всего самого лучшего, даже без вашего участия. Если так, вы должны желать для вашего супруга, чтобы он/она имели самого лучшего мужа/жену. Вы сказали «я обязуюсь», что означает вашу искреннюю веру в то, что вы и есть лучший. Вы полагаете, что можете быть лучшим супругом для своего партнера. Позвольте мне произнести это утверждение еще раз. Комбинация из «я люблю» и «я обязуюсь» означает, что вы искренне верите, что можете быть лучшим супругом для вашего партнера. Делая оба этих заявления, вы полагаете, что а) хотите всего самого лучшего для партнера, включая лучшего супруга; б) верите, что являетесь им.

Напрашивается вопрос: вы знаете, что можете быть лучшим? Уверены, что способны выполнить обещание «я обязуюсь»? Если не верите, что вы и есть тот самый человек, тогда не сможете полностью сдержать обещание «я обязуюсь». Если не хотите, чтобы у вашего партнера был самый лучший супруг, тогда вы не можете утверждать «я люблю». Если вы желаете следовать обоим этим утверждениям, сохраняя целостность, значит, по-настоящему готовы к браку.

Когда вы заявляете: «Я люблю тебя», и говорите: «Я обязуюсь», это значит, что вы прощаетесь с тремя понятиями.

1. Понятия ложного смирения, такие как «мне так повезло, что она со мной» и «он святой человек, раз выносит меня все эти годы». Эти утверждения могут выглядеть как скромность или благодарность, но они вовсе не так полезны, как вы думаете. Просто это не очень-то честное мнение человека, который готов гордо объявить: «Я посвящаю себя ему/ей до конца своей жизни и обязуюсь стараться изо всех сил, чтобы стать для него/нее лучшим супругом».

2. Противоположное понятие заключается в том, что супругу несказанно повезло с вами. Даже шутки по поводу предполагаемого неравенства в вашем союзе («Ему повезло, что я его терплю» или «Она не представляет, как ей с ним повезло!») могут быть по-настоящему вредными. Ведь подобные утверждения, даже сказанные в шутку, отражают растущее негодование. Если вы действительно чувствуете дисбаланс стараний, преданности или искренности, Успокойтесь, Достигните Роста и Близости, непосредственно обращаясь к данной проблеме. Сегодня же вечером.

3. Идея, согласно которой супруг должен просто принять вас такими, какие вы есть, не призывая к достижению зрелости и дальнейшему росту как личности. Мой друг и коллега, психолог и автор книг Нил МакНерни, называет это «защита Попая» (Попай — персонаж комиксов и мультфильмов. — Примеч. пер.). Это понятие происходит из любимой песни Попая: «Я — ямс, что я ямс, и все, что я есть, — это ямс» (эта фраза из песни «I yam what I yam, and that’s all that I yam» на английском языке по звучанию похожа на «I am what I am, and that’s all that I am» — «Я есть то, что я есть, и это все, что я есть». — Примеч. пер.) Я довольно часто сталкиваюсь с подобной защитной реакцией у клиентов. Это звучит примерно так: «Слушайте, если бы она меня любила, прекратила бы пытаться меня изменить и просто приняла таким, какой я есть».