Чтение онлайн

Европейские путешественники ХIХ века отмечали, что многоженство у мусульман – редкое явление, только богачи под влиянием страсти могут позволить себе такое. В ХХ веке распространенность полигамии сильно уменьшилась; в Пакистане и Турции полигамия существует, главным образом, в скрытых формах и ограничена специальными законами. Мнение жены тоже принимается в расчет. Согласно шариату, при оформлении брачного договора женщина имеет право включить в него пункт, запрещающий мужу брать вторую жену, а при нарушении обязательства жена может требовать развод. Так что ислам разрешает многоженство, если муж способен относиться к каждой жене с должным вниманием.

Но существует не только многоженство, но и многомужество, или полиандрия. Это редкая форма группового брака, при которой одна женщина имеет несколько мужей.

Особенно большого распространения эта форма брака не получила, но еще в XIX веке сохранялась у алеутов, некоторых групп эскимосов и индейских племен Северной Америки. Область сравнительно широкого ареала распространения полиандрии – этнографические группы Тибета, Гималаев, остров Ява и некоторые районы Индостана, где женщине дозволялось иметь неограниченное количество мужей.

Древнегреческий историк Страбон писал, что элементы полиандрии наблюдались и у древних мидян: «Также и женщины, как говорят, считают за честь иметь как можно больше мужей и полагают несчастьем, если у них меньше пяти мужей». Первопричина полиандрии банальна – нехватка женщин, чаще всего связанная с их повышенной смертностью. Исследователи ранней истории брака и семьи выделяют «братскую» форму полиандрии, когда одна женщина состоит в брачных отношениях с несколькими мужчинами, являющимися братьями (тибетцы), и «неродственную» форму (например, в Южной Индии). Л. Морган отмечает, что «многомужество… отличается гораздо большей терпимостью, чем ревнивый режим магометанских гаремов. Так, по крайней мере, у наиров в Индии, хотя каждые трое, четверо и более мужчин имеют одну общую жену, однако каждый из них может наряду с этим иметь совместно с другими тремя и более мужчинами вторую жену, равно как и третью, четвертую и т. д.». У многих народов возник обычай, по которому мужчине можно (или даже нужно) жениться на вдове своего умершего (погибшего) брата. Этот брак носит название левират(от лат. levir – «брат мужа, деверь»).

Организация семейного взаимодействия при полиандрии строилась таким образом: женщина с детьми живет в отдельном жилище, а мужья по очереди приходят к ней в гости. Если мужья являлись родными братьями, то дети принадлежали старшему из них. Еще одна особенность случая, когда все мужья женщины – кровные братья, такова: нередко ее сестры становились их женами, и полиандрия приобретала форму группового брака. Эти брачные отношения порождали ситуацию, не встречающуюся при полигинии: биологическим отцом ребенка мог быть любой из мужей.

В южно-индийском этносе тодов отцовство устанавливалось в ходе обряда, когда один из мужей преподносил беременной жене подарок – лук и стрелу. Если во время следующей беременности другой муж проявлял желание стать отцом, ритуал повторялся.

Описание полиандрии у алеутов дал русский церковный деятель и этнограф И. Е. Вениаминов:«Женщине позволялось иметь двух мужей, из которых один был главный, а второй – его помощник, или, как называют русские, половинщик. Такая женщина не только не почиталась развратной, но еще славилась как бойкая и расторопная, потому что должна была обоих мужей своих обшивать и содержать в исправности все их камлейки (верхняя одежда) и байдарочные обтяжки и проч., которые обычно находятся на попечении жен. Второй муж, вполне пользуясь правом мужа, должен был наравне с первым мужем промышлять и вообще стараться о содержании жены и семейства; но он не был полным хозяином в доме. В случае же если бы помощник захотел отделиться, что он мог сделать всегда, то он имел право взять часть из всего того, что было в доме. Но дети всегда оставались при матери или чаще при дяде».

Формы заключения брака между юношей и девушкой в первобытном обществе не только не способствуют возникновению взаимных чувств, но и ставят под сомнение существование самой любви. Недаром у некоторых народов отсутствуют слова, обозначающие это понятие.

Но даже в первобытном обществе любовь существовала! У аборигенов Нового Южного Уэльса она обозначалась словосочетанием, дословно переводимым как «получать радость вместе». А в племени питта-питта мужчина называл жену «пундира», но только такую жену, которую он выбрал сам. Видимо, это слово близко по значению слову «любимая».

Есть много доказательств того, что в первобытном обществе были и убийства на почве ревности, и насилие над отвергающей женщиной, ссоры между женами одного мужчины, вызванные завистью и ревностью. Некоторые женщины уходили из полигинных семей, потому что хотели, как говорят в австралийских племенах, «иметь мужа для себя одной». Древние люди использовали массу магических приемов приворота: практиковались подмешивание в пищу мужа любовных снадобий, магические прикосновения к его одежде, телу, волосам с целью вызвать ответные эмоции возлюбленного. Возможно, именно возникновение приворотной магии в первобытном обществе и является самым главным доказательством существования любви.

Записки исследователей первобытного общества содержат удивительные истории романтической любви, услышанные от аборигенов. Они повествуют о верности, преданности своим любимым, преодолении препятствий, мешающих любви. Счастливого конца у таких историй почти не бывает, потому что, решившись на протест против общества, влюбленные лишают себя поддержки родственников, что равносильно самоубийству.

Этнограф Е. А. Крейнович приводит в пример наиболее типичную историю:«Это произошло в селении Вайды. Нивхинка Понтик была замужем за нивхом (коренное население низовья реки Амур) Токсином. У них был ребенок. Но вот нивх Пэргун из рода Кэгнн полюбил Понтик, а она полюбила его. Встречались они тайком. Первым их любовь заметил Токсин и стал выслеживать их. Тогда они ушли из селения. Их искали, но не нашли. И лишь спустя несколько лет обнаружили их полуистлевшие трупы – Понтик и Пэргун вместе повесились. Сожгли их тоже вместе».

Передаваемые из поколения в поколение, подобные истории являлись предостережением молодым людям, что чувства вредны и опасны, они вызывают неодобрение коллектива и приносят несчастье.

Романтическая любовь играла важную роль в культурном наследии многих народов. Мы находим свидетельства ее существования в Древней Греции, Римской империи, древней Персии и феодальной Японии. «Мир – это любовь, все остальное – лицемерие, обман. Все игра, кроме одной любви» – так в XII веке писал Низами Гянджеви. Древние греки выделяли следующие виды любви: эрос– страстная любовь-увлечение, стремящаяся к полному физическому обладанию; сторге– спокойная и надежная любовь-дружба; людус– любовь-игра, не отличающаяся глубиной чувств и сравнительно легко допускающая возможность измены; агапэ– бескорыстная любовь-самоотдача; прагма– любовь по расчету, легко поддающаяся сознательному контролю; мания– иррациональная любовь-одержимость, для которой типична зависимость от объекта любви.

Теория возвышенной любви, исключительно духовного влечения людей друг к другу, была впервые изложена древнегреческим философом Платоном, поэтому и называется такая любовь платонической. Средневековые мудрецы называли влюбленность делом неумных людей, потому как влюбленный постоянно страдает – или от разлуки с возлюбленной, или от ее капризов. В европейской культуре любовь удостоилась сравнения с пламенем у Овидия, с пыткой – у Шекспира, с сумасшествием – у Данте, она была сродни смерти для Гёте.Браки по любви стали заключаться только в Средние века, до этого брачный союз служил в основном для удовлетворения практических целей. Мэрилин Ялом, историк из Стэнфордского университета, утверждает, что именно концепция рыцарской «романтической любви» стала причиной того, что наряду с любовью женщины получили больше прав и свобод. Если мужчина стремится служить своей возлюбленной, то женщина утрачивает статус служанки. Однако еще долгое время женщина фактически оставалась имуществом, принадлежащим мужчине.

Любые эпидемии, которые охватывают огромное количество населения, будь то чума, холера или любовная лихорадка, опасны для человеческого сообщества. Как тут не вспомнить осаду Трои, когда из-за любовной истории, по легенде, погибло множество людей. Фанатичная любовь приводит к тому, что влюбленный, по определению арабов, становится меджнуном – буквально «теряющим рассудок». Арабы были первопроходцами в отказе от страстной любви, провозгласив главной ценностью государства гармоничную семью.