Чтение онлайн

Мне кажется, что я безумна. Сошла с ума, растворилась в этих чувствах. Вспыхнули, как спичка. Разожгли всё вокруг, заразили. У меня лихорадка и бред.

Пальцы скользят по голым плечам мужчины, очерчивают мускулы. Тугие канаты под загорелой кожей, которые переливаются. Горячие, стальные. Изучаю, наслаждаюсь.

Позволяю себе забыться в этих ощущениях.

— Только поцелуи, — шепчет в перерывах, когда я глотаю воздух. Внутри всё дрожит, полыхает. Крошится и ломается под давлением этого мужчины. — Ничего больше. Поцелуи.

— Поцелуи.

Киваю, потому что на это я согласна, без вопросов. Поцелуи это прекрасно и приятно. Особенно, когда кровать под нами прогибается, а Ратмир действует настойчивее.

Выжигает из моей памяти любые воспоминания о других.

И, конечно же, поцелуями ничего не заканчивается.

Ратмир проводит кончиками пальцем по моим губам. Ловит сорванное дыхание, улыбается всё шире. Довольно, наслаждается тем, что со мной делает. Точно так же, как наслаждаюсь я.

Его чуть безумным взглядом и достоинством, которое ощущаю мышцами живота. То, как мужчина встряхивает головой, старается избавиться от наваждения.

Мне это не помогло.

И ему тоже, судя по всему.

— Ты меня опоил, да? — усмехаюсь, провожу пальцами по его волосам. Они всё время падают на широкий лоб, так и тянет поправить. И сейчас я это позволяю себе. — Так ведь?

— Ага, сразу после тебя. Это называется взаимное влечение, красавица. И у меня от него сносит крышу.

Только сносит? Моя давно улетела, помахав рукой. Забрала с собой все мысли, доводы, какие-то рациональные идеи. Ни о чем не хочу сейчас думать. Только о мужчине, который медленно целует меня.

Я впитываю каждое мгновение, каждое касание. Как губка, поглощаю в себя. Заряжаюсь, подпитываюсь его неспешными касаниями. Вздрагиваю, когда халат отправляется в сторону.

Холодок гуляет по коже, но Ратмир быстро решает эту проблему. Если горю изнутри — какая разница на погоду в комнате. Я пылаю, горю, костры вспыхивают.

— Тише, — обхватывает моё лицо, целует щеки, по которым стекают слезы. Режет кожу, очень. — Сейчас пройдет, хорошо? Немного потерпи.

— Больно.

— Знаю, красавица. Извини за это. Извини, — нашептывает, утешает. Отвлекает меня касаниями и поцелуями. — Можешь сделать больно мне, я переживу.

И я делаю. Не специально, просто так получается. Кусаю его губу, а после надплечье. Прикусываю солоноватую кожу, выдыхаю. Неприятные ощущения уходят, остается только наслаждение.

Мне кажется, что Ратмир неправ. Это ни капли не взаимное влечение. Кажется, что это что-то выше, тоньше. Намного сильнее, чем простое влечение. Влечение было к другим, а здесь…

Любовь?

Чувства?

Влюбленность, она самая.

Которая распадается яркими кометами перед глазами, взрывами. Ощущением полета, которое накрывает с головой. Уносит высоко-высоко, в космос, к звездам.

Лишь Ратмир, и я.

Ощущение, что так и должно было быть. Сбитое дыхание, разгоряченное и рваное. Тяжелое. Вздымающаяся грудь мужчины, на которой я нахожу свой приют.

Устраиваюсь, пытаюсь понять, что только что произошло. Тело болит, а мышцы тянет. И мне хорошо-хорошо, даже когда мысли начинают проясняться. И я понимаю, что натворила.

— Всё нормально? — Ратмир чуть приподнимается, обеспокоенно осматривает меня. — Больше не болит?

— Немного. Мне нужно… Я пойду в душ.

— Полежи со мной, — прижимает к себе, образовывая капкан из рук. — Немного, а? А потом пойдем. И в душ, и на завтрак. Или обед.

— Я должна… — имя бывшего парня застревает в горле, странно его произносить. — У меня встреча.

— Сним?

— Да.

— Я думал, что мы всё решили.

— Решили. Наверное. То есть, я не знаю, как всё будет у нас. Но знаю, как это будет с ним. Что ничего не будет. Я неправильно поступила с ним, дважды.

— Почему дважды?

— Согласилась на фиктивный брак с тобой.

— Так. И?

— И согласилась на не фиктивный брак с тобой.

— Согласилась, значит?

— Возможно. Кто знает…

Мне нравится наблюдать за мужчиной. Особенно сейчас, когда он такой расслабленный. Закидывает одну руку за голову, прищуривается. Легко и довольно.

Чертов котяра!

А свободной рукой проводит по моим плечам. Ползет ниже, вызывает умиротворение. Лучше успокоительное, в самом деле. Даже ругаться не хочется, что снова надавил.

— На Новогодние праздники у меня будет небольшой перерыв, — вдруг произносит, сползая на подушки. — Можем куда-то уехать нормально, без работы. Только ты и я.

— Да? Я не…

— Не давлю. Просто предлагаю, а ты соглашаешься.

— Ратмир!

Бью его по груди, а мужчина перехватывает. Резко, на инстинктах. Сдавливает, а после легко прикусывает мои пальцы. Визжу под довольный смех мужчины.

— Насилие, Арина, недопустимо.

— Ага.

— Ага.

Вторит мне, пока я забрасываю на него ногу. Ловлю блеск в глазах, но игнорирую. Сейчас я точно не готова к второму раунду. Может, немного позже, завтра или через пару дней.

Прислушиваюсь к себе, но не чувствую никакого сожаления. Я поступила неправильно, но мне поразительно хорошо. Никаких лишних мыслей, никаких противоречий.

По какой бы причине Тимофей Огнев не внес меня в это завещание…

… Кажется, он всё сделал правильно.

Р А Т М И Р

Сначала просыпается Рат-младший, после я. Чувствую тепло девчонки, как она обвивает меня всеми конечностями. Сжимает в кулачке край одеяла, словно я попытаюсь отобрать.

Попытался бы, но…

Слишком тоже не хорошо. А ей и так досталось, на самом деле. Не удержался, пошел за ней в душ. Получил по лицу. И просто — тоже получил. Довольная улыбка всё не слазит с лица.

Но нужно остановится, слишком не наседать. Я у неё был первым.

Первый.

И последний.

Никакого Костика, к черту.

Всех остальных мужиков тоже. Я не должен был женится, тем более не из-за подставы деда. Но женился. И, мне кажется, что доволен браком намного больше тех, кто женился по любви.