Чтение онлайн

Но, закончив колдовать над нею, визажист, одетый сегодня в свободную ярко-красную блузу с ручной вышивкой, попросил:

— Так, потерпи еще чуть-чуть, — и достал из огромной стоявшей на полу сумки пару черных узконосых туфелек. — Давай-ка ножку! — Став на колени перед девушкой, он, как принц из сказки, сам надел туфельки на ее ноги и, удовлетворенно хмыкнув, разрешил наконец посмотреть в зеркало.

Из кресла поднялась надменная красавица, чьи чувственные губы, покрытые темно-бордовой помадой с блеском, замерли во властной улыбке. «Неужели это я? — спросила себя Сандра. — Нет, этого не может быть!».. Джонни удовлетворенно улыбался за ее спиной, а потом в его руках появилось что-то черное, теплое, мягкое…

— Готово! — воскликнул он, набросив на обнаженные плечи девушки короткое норковое манто.

Сандра лишилась дара речи, и в этот момент в комнате появился Шольц.

В темно-сером костюме, отлично сидевшем на его высокой фигуре, со светлыми волосами, вместо обычного ежика гладко зачесанными назад, он показался обомлевшей Сандре воплощением ее девичьих грез о настоящем, уверенном в себе Мужчине. Он был лучше всех, кого она когда-либо видела!..

— Спасибо, Джонни, — сказал Шольц, с удовольствием глядя на Сандру. — Сегодня ты превзошел себя!

И девушка увидела, как лицо визажиста неожиданно залилось розовой краской.

Отдав манто своему спутнику, Сандра огляделась. Над входом в этот ресторан красовалась одна-единственная буква «Т». В небольшом старинном зале располагалось меньше десятка столиков, и заняты из них были только три. Весь персонал заведения состоял из исключительно красивых девушек славянского типа, одетых в черные юбки и простые белые блузки с неожиданно яркими разноцветными плетеными поясами.

Усадив Сандру за столик, Шольц, отвечая на ее невысказанный вопрос, сказал:

— По статусу это закрытый клуб. Но, во-первых, здесь отличная кухня, где ты сможешь сегодня немного отдохнуть от диеты, а во-вторых, есть еще одна причина, по которой мы приехали именно сюда. Но пусть это пока останется моим секретом.

Высокая длинноногая девица вручила им карты меню:

— Рады видеть вас снова, мистер Шольц.

— Спасибо, Джильда, — сдержанно поблагодарил он.

Еда действительно оказалась выше всяких похвал, хотя Сандру, изголодавшуюся на йогуртах и зелени, сейчас несложно было удивить. Шольц, внимательно, казалось бы, изучавший карту вин, слегка посмеивался над девушкой, и это удержало ее от излишеств. Она совсем не разбиралась в винах, зато, вспомнив уроки леди Трэйлстоун, продемонстрировала строгому экзаменатору исключительное искусство в обращении с вилками, ножами и салфетками.

Когда она доела салат из королевских креветок, залитых сладким сливочным соусом, Шольц тихо сказал:

— А теперь, не поворачивая головы, посмотри на столик у колонны.

Сандра послушно скосила глаза и чуть не вскрикнула от неожиданности. В нескольких метрах от нее, в компании совсем юной, немного полноватой блондинки сидел человек, которого она не могла не узнать… Это был ее завещанный муж, Джеймс Харпер! От волнения девушка выпустила из руки нож, и он громко лязгнул, упав на старинную тарелку, содержимое которой она еще не успела попробовать. Несколько взглядов тут же обратилось на нее. Попытавшись скрыть растерянность небрежной улыбкой, Сандра заметила, что красавица-официантка приближается к их столику, и сочла ее вежливое выражение лица удивленно-презрительным. Тогда девушка украдкой бросила взгляд на Харпера: он и его блондинка, глядя друг на друга, дружно смеялись чему-то. Неужели они смеются над ней?! Она повернулась и задела рукой бокал с водой, который не пролился на скатерть только потому, что подоспевшая официантка незаметным движением успела поддержать его. А Сандру уже охватило состояние, близкое к панике. Наклонившись через стол, Шольц что-то быстро сказал, что — она в смятении не расслышала… И тогда, улыбнувшись официантке, к счастью, заслонившей от них столик Харпера, ее спутник помог ей подняться и быстро повел ее к выходу.

Начинался дождь. Сидя в машине, она смотрела, как «дворники» безжалостно смахивают со стекла крупные капли, сверкающие отражениями ярких неоновых реклам. Урмас Шольц молчал. Она сжалась на заднем сиденье, не в силах пошевелиться. Туфли, еще недавно казавшиеся такими удобными, вдруг стали жать ступни, и от этого тоже хотелось заплакать. Чувствуя горячую жалость к себе и злость на весь белый свет, она скинула туфли и затолкала их под переднее сиденье. Шольц, временами поглядывавший на нее в зеркало, даже не обернулся, и это было обиднее всего. Неужели он не понимает ее состояния?!

Рассердившись на него, девушка стала думать о Джеймсе Харпере. Он показался ей очень красивым. Ни фотографии, ни видеосъемка не давали полного представления о том, насколько он привлекателен — наверное, все дело было в улыбке, с которой он смотрел на юную блондинку. Внезапно Сандра ощутила ее как свою соперницу. Но почему тогда ее имя не было занесено в компьютер?

Сравнивая блондинку с собой, Сандра не могла найти у нее ни одного преимущества, кроме того, что она-то уж наверняка не раздумывает над тем, какая вилка предназначена для какого блюда и не роняет ножи на тарелку. Какая пропасть отделяет ее от этих людей, в круг которых она так самонадеянно собирается войти! Усилия всех учителей уже казались ей тщетными: она все равно останется лишь цирковым медведем, хорошо обученным нескольким трюкам. Царственная невозмутимость благородного тигра, на которого ей в шутку предложил равняться Шольц еще в далекой Риге, доступна лишь тем, у кого она в крови — разве можно этому научиться? И девушка вдруг почувствовала щемящую ностальгию, которая почти не тревожила ее до сих пор. Она вспомнила комнатку в квартире Ядвиги, университетские аудитории, Максима, даже отца — сейчас обо всех них она думала с нежностью. И мама! Сандра бы не стала спрашивать у нее совета, она просто прижалась бы носом к родной, пахнущей сиренью блузке и вернулась бы в детство… В детство, в котором не было этих чужих людей и принесенных ими проблем…

Ее отвлек короткий щелчок зажигалки Шольца — мужчина закурил и продолжал молчать. Похоже, он разочаровался в ней. «Неужели этого проклятого упавшего на тарелку ножа достаточно для того, чтобы разорвать контракт?» — подумала она, возвращаясь к реальности.

Шольц достал телефон и коротко сказал: «Мы подъезжаем». Сандра решила, что в ее присутствии он не хочет огорчать членов команды ее «успехами». Как она теперь посмотрит в глаза Расти и Милошу? Она вспомнила свой разговор с Расти: «Ни один из нас ради своих или чужих личных чувств не нарушит обязательств». Их симпатия к Сандре не выдержит такого испытания! В этих раздумьях девушка даже не заметила, как машина въехала в ворота знакомого дома.

Подав руку, Шольц помог ей выйти из салона, и она неловко наступила на подол своего серебряного платья, только чудом не порвав его. Однако ее спутник словно не заметил этого — молча, поддерживая под локоть, он вел ее к лифту.

В холле никто не попался им навстречу, и девушка облегченно вздохнула. Дом словно вымер. «Ну что, мне собирать чемодан?» — вертелось на языке у Сандры.

Лифт остановился на четвертом этаже, где располагались апартаменты Урмаса Шольца. Распахнув дверь, он пропустил Сандру вперед и, зайдя следом, помог ей снять норковое манто, после чего аккуратно убрал его в шкаф. Оставив девушку оглядывать полупустую комнату, где она еще ни разу не была, хозяин вышел в другую дверь. Сандре стало холодно. Обхватив руками голые плечи, она застыла, не зная, что делать дальше.

Шольц вернулся через несколько минут, взял ее за руку и, по-прежнему не говоря ни слова, быстро повел за собой. Через несколько секунд они оказались в ванной комнате, где стены, пол и сама ванна были темно-синими. Здесь Шольц внезапно подхватил Сандру на руки и прямо в платье опустил в горячую, источавшую аромат незнакомых цветов воду. От неожиданности она взвизгнула и замолотила ногами, сбрасывая туфли, одна из которых корабликом закачалась посреди айсбергов пены. Шольц смотрел на нее, и она не могла понять выражения его лица… А потом он наклонился к ней и сказал: