Чтение онлайн

Какое-то время юная леди пристально смотрела на супруга, потом ее губы дрогнули в усмешке:

– Разве это изменило бы ваши планы?

– Вообще-то нет, – ответил Оскар. – Честно говоря, это было пари.

– Между прочим, это отнюдь не оправдывает вас, – сурово заключила Гортензия-Беатрис, с ненавистью уставившись на маркиза. – Похоже, вам ничего не стоит разрушить чужую жизнь.

Он не отрывал от жены глаз.

– Неужели я испортил вам жизнь? – В его агатовых глазах промелькнуло изумление. – Скажите мне откровенно, солнышко мое.

Однако Гортензия-Беатрис молчала, как будто набрав в рот воды. Разумеется, она не хотела, чтобы он знал про ее первую любовь.

– Почему вы молчите? – вновь спросил маркиз, глядя ей в глаза. – Значит, это правда?

Юная леди отвела от супруга глаза.

– Забудьте об этом, – небрежно заявила она. – Кстати, я убедилась, что для вас нет ничего святого. Вы исключительно испорченный человек. И мне весьма жаль, что вы мой супруг. – И Гортензия-Беатрис вдруг повернула разговор в другое русло. – Почему мы остановились здесь? Или мы уже пришли в свои покои? – Она быстро окинула коридор взглядом. Дверь, возле которой они стояли, была совершенно новой. Видимо, в замке и вправду недавно сделали ремонт: все сверкало чистотой. Это ей очень понравилось. И она пообещала себе быть хорошей хозяйкой.

Маркиз Бристол был до того расстроен плохим мнением своей жены о нем, что в первое мгновение стоял словно громом пораженный, не зная, как оправдать себя. Он вовсе не думал, что так выглядит в ее глазах. А ему, как ни странно, было дорого мнение Гортензии-Беатрис.

Оскар рассчитывал на счастливую семейную жизнь, но супруга однозначно дала понять, чтобы он не надеялся на это. Вернее всего, она решила не подпускать его и близко к себе, хотя, увидев вновь свою жену, столь волнующе прекрасную, маркиз, похоже, влюбился в нее, сам того не заметив. И теперь, когда Гортензия-Беатрис высказала ему все, что она о нем думает, Оскар был сильно расстроен, что так складывается их семейная жизнь. Но он верил, что со временем найдет к жене подход, чтобы она простила его и забыла ту ночь.

Приняв такое решение, маркиз Бристол изобразил на лице счастливую улыбку и веселым голосом проговорил:

– Мы и на самом деле давно стоим у порога своих покоев. Зная, что вы умираете от усталости и хотите отдохнуть, я предлагаю вам зайти внутрь.

– И долго же вы тянули время, вместо того чтобы сразу предложить это мне, – недовольно пробурчала Гортензия-Беатрис, бросив на супруга холодный взгляд.

Оскар лишь незаметно усмехнулся и, открыв ключом дверь, возле которой они стояли, пропустил жену вперед.

Входя вслед за ней в комнату, он живо пояснил:

– Вот ваша спальня, миледи. Надеюсь, она вам понравится.

Гортензия-Беатрис, оказавшись в просторной комнате, быстро окинула ее взглядом. Меблировка оставляла желать лучшего.

С минуту юная особа стояла, поджав губы, потом тихо заметила:

– Очевидно, эта была комната вашей матушки.

– Вы угадали, леди Ландор, – улыбнулся маркиз. – До ее отъезда в Лондон она действительно занимала эту спальню. Но теперь это наши апартаменты. – Он указал рукой на дверь, ведущую в смежную комнату. – Там мои апартаменты. В общем, я буду рядом, если вам что-то понадобится.

– Спасибо, сэр, – сухо проронила юная леди. – Не утруждайте себя. Все сделает моя горничная Дейзи Кларк.

– Вы что, взяли с собой вашу горничную?

– Конечно, милорд. – Гортензия-Беатрис с изумлением взглянула на мужа. – А как же без служанки?

– Напрасно, – Оскар пришел в раздражение. – У меня достаточно слуг, чтобы выделить вам одну из них.

– Однако я предпочитаю иметь собственную служанку, которая хорошо знает мои привычки, – парировала юная леди, в нетерпении ожидая ухода маркиза. – Надеюсь, это вам ясно.

Заметив, что жена хочет остаться одна, Оскар тут же поспешно раскланялся:

– Спокойной ночи, солнышко мое. В общем, желаю вам хорошо отдохнуть. А сейчас я пришлю вам свою служанку. Думаю, вам понадобятся ее услуги.

Как только за супругом закрылась дверь, Гортензия-Беатрис какое-то время внимательно прислушивалась к его шагам в коридоре. Ясно было, что он прошел не в свою комнату. Скорее всего, вернулся к своему другу, который наверняка ждал его в зале, где были накрыты столы. Стало быть, надо ожидать, что там он засидится до утра за бокалом рома. Выходит, в эту ночь она может спокойно спать, так как ей ничего не грозит с его стороны.

Гортензия-Беатрис облегченно вздохнула и снова обвела комнату взглядом. Ее стены были задрапированы бельгийскими гобеленами с изображением на них картин из жизни олимпийских богов. Потолок был из лепных украшений. Паркетный пол устилал яркий персидский ковер. Окна скрывали тяжелые бархатные портьеры цвета персика. С потолка свисала огромная хрустальная люстра, где горели свечи. Юная леди уныло наморщила лоб и продолжила разглядывать комнату.

На камине из бледно-розового мрамора, над которым висела большая картина в позолоченной раме, стояли часы и беломраморные статуэтки. Вдоль стены у входа расположилась изящная мебель из сандалового дерева. Гортензия-Беатрис перевела взгляд на комод, где красовались китайские безделушки из слоновой кости. Там же стояла хрустальная ваза с засохшими цветами. Скорее всего, за ними некому было следить. Видимо, служанки редко заходили в эту комнату.

Юная леди мрачно сдвинула брови, собираясь все здесь изменить. Когда дверь неожиданно открылась, она все еще стояла посреди комнаты. Резко обернувшись, Гортензия-Беатрис увидела вошедшую служанку маркиза.

– Меня зовут Сьюзен, – представилась она, присев в реверансе. – Но, заметив, что хозяйка в нерешительности стоит на одном месте, служанка улыбнулась: – Устраивайтесь поудобнее, миледи. Сейчас я вам приготовлю постель.

В это время дверь снова открылась и слуги внесли багаж Гортензии-Беатрис. Пока Сьюзен перестилала постель, новая хозяйка комнаты с нескрываемым страхом смотрела на широкую кровать под балдахином, приставленную к центру стены, причем полог кровати был приветливо распахнут.

В мгновение ока ее бросило в краску. Возможно, что именно на этой самой постели были зачаты потомки маркиза Бристола. Гортензия-Беатрис с трудом оторвала взгляд и посмотрела на дверь, за которой находились покои супруга. Слава богу, что он дал ей время, чтобы она тут освоилась. Завтра она постарается что-нибудь предпринять, чтобы оттянуть этот миг.

Гортензия-Беатрис все еще не могла простить ему первую брачную ночь в таверне, поэтому ее ужасала дальнейшая близость с ним. Она хотела, чтобы этого не случилось как можно дольше. Юная леди терялась в догадках, не зная, какой привести ему аргумент, чтобы он не трогал ее. Потом она махнула на все рукой, надеясь, что завтра что-нибудь озарит ее.

Какое-то время Гортензия-Беатрис провела у большого венецианского зеркала, пока Сьюзен распускала ей прическу и готовила ко сну. И как только она забралась в кровать, служанка наконец вышла из комнаты, плотно закрыв за собой дверь. С минуту Гортензия-Беатрис смотрела ей вслед, прислушиваясь к царившей в замке тишине. Но едва ее голова коснулась пуховой подушки, она тут же погрузилась в глубокий сон.

На следующее утро Гортензия-Беатрис проснулась довольно поздно – когда уже лучи утреннего солнца, пробиваясь сквозь кружевные занавески, упали на нее. В один миг она открыла глаза и сразу же заметила, что портьеры на окнах раздвинуты и солнце бьет ей прямо в лицо.