Чтение онлайн

И не сорил казной.

С повозкой, полной шёлка,

Отправился он в путь.

И первым делом волка

Был должен отпугнуть.

Брод через реку скорую

Пришлось пересекать;

Повозку тяжёлую

Вверх на гору толкать.

Кормил лошадку верную

Он сеном и травой,

А сам лишь корку чёрную

Позволить мог порой.

По городам в весям

Всё лето торговал,

И все шелка под осень

Он выгодно продал.

Невыгодно повозку

Гонять порожняком.

У пчеловода воску

Купил он целый ком.

Зеркал и гребней частых

Купил он сундучок,

И двух собак зубастых,

И каждой – поводок.

Хотел он расписного

Фарфора прикупить,

Но опасался много

В пути его разбить.

Гончар увещевает

Удалого купца.

Соломой устилает

Дно крепкого ларца:

«Я каждую тарелку

В тряпицу заверну.

От тряски по просёлку

Соломки подоткну».

И вот полна телега

Богатого добра.

Вернуться бы до снега!

Назад спешить пора.

Жена его встречает

С младенцем на крыльце.

Её он обнимает,

С восторгом на лице:

«Вдали товар отменный

Судьба мне припасла,

А самый драгоценный

Мне ты преподнесла».

На следующий день, во время аудиенции с царственными родителями Риты, всё сначала шло, как обычно, но затем царь попросил всех придворных удалиться, чтобы переговорить с дочерью и зятем наедине. Переглянувшись с царицей, царь спросил Джеральда: «Мой дорогой зять, у нас возник один щекотливый вопрос, связанный с событиями, непосредственно последовавшими за возвращением Иштариты и её сестёр. Мы надеялись, что Вы поможете пролить на него свет, несмотря на то, что прошло уже почти сто лет».

– Сочту за честь, Ваше Величество! – ответил Джеральд. – Позвольте поинтересоваться, какой это вопрос?

– Нас интересует, куда бы могло бесследно пропасть из-под домашнего ареста всё семейство князей Корзайлов. Их не видели с момента вашего первого путешествия в иные миры ещё с Шар’Велиной.

– Вопрос действительно щекотливый, – задумчиво ответил Джеральд. – Заранее прошу прощения, что не пытаюсь ответить на него сразу, а высказываю лишь частично относящиеся к делу предположения.

– Продолжайте, князь! – чуть нетерпеливо поторопил его царь.

– Предположим, что семейство Корзайлов, которые осмелились вступить в сговор с давними врагами народа Анунгелиом в общем и Вашего рода в частности, действительно исчезли до окончания расследования их измены. Далее предположим, что некий, предположим, князь, оказался бы причастен к их исчезновению, и даже признался бы, что, например, он взял и переселил их в удалённые районы Плоских Просторов, откуда они больше не смогли бы творить никаких козней. Что бы произошло дальше? Пожелали ли бы Ваши Величества приказать такому князю вернуть их обратно в их дворец в столице?

– Ваши вопросы к такому гипотетическому сценарию уместны, – ответил царь, поразмыслив. – Существуют, однако, определённые нормы и правила, которые обязывают меня, как главу государства, важные решения в котором принимаются в совете с остальными князьями, носящими Браслеты, тревожиться о благосостоянии всех её жителей.

– Предположим, что Вашему Величеству удалось выяснить, со слов этого гипотетического князя, что каждый член дома Корзайлов получил в своё распоряжение вспаханное поле, удобный коттедж, орудия земледелия и охоты, и смог бы прожить жизнь, заботясь о себе в меру своих сил и знаний. Продолжили ли бы вы тогда тревожиться и задумываться, следовало ли бы их вернуть в столицу, чтобы Совет решил, как с ними поступить? И не возникло ли бы тогда ещё больше вопросов и пересудов?

Царь молчал. Продолжать этот разговор не было смысла, да и не хотелось, раз он получил все ответы.

– У меня складывается мнение, что Корзайлы бежали из-под домашнего ареста и прячутся где-то за пределами заселённых княжеств, – наконец ответил он. – Следовательно, в их розыске нет необходимости, поскольку как только они попытались бы вернуться, их тут же обнаружили бы и задержали. А раз так, то нам остаётся пожелать тебе, дочь наша, и Вам, князь, приятных путешествий.

Когда все визиты были нанесены и протоколы соблюдены, Джеральд и Рита опять отправились в странствия.

– Помнишь? Почти всё в этом мире создали Чёрсийн и Стайвер, так что здесь держи ухо востро и будь готова к любым неожиданностям, – предупредил Риту Джеральд, когда они появились в следующем мире к центру за Плоскими просторами. – Здесь что угодно может быть не тем, чем кажется.

Они парили между игольчатыми кристаллами, заполнявшими всё пространство в том мире. Где-то на ближайших должна была находиться страна сухопутных осьминогов, которая так поразила Вел и Риту ещё в первый раз. Они пожелали оказаться там, но сфера не сдвинула их с места.

– Браслет, помнишь ли ты, как туда попасть? – спросил Джеральд.

– Да, мой достойный хозяин, они живут вон там, за пересечением двух кристаллов, – ответил тот, показывая указатель на лобовом стекле.

Подлетев туда и обогнув кристалл, они увидели лишь руины вместо обширных городов на поверхности. Огромные воронки зияли там, где раньше стояли изящные строения осьминогов. Джеральд приземлился и пожелал, чтобы Браслет собрал информацию о местности.

– Здесь были взорваны множество плутониевых устройств, – констатировал тот. – Судя по изотопному составу, это произошло, по меньшей мере, пару десятков лет назад.

– Попытайся найти входы в подземные укрепления, – попросил Джеральд.

Через некоторое время Браслет убрал выросшие во все стороны волокна и сообщил, что входы в большинство из них были засыпаны обломками ближайших зданий, а практически все, которые уцелели, были взломаны каким-то тяжёлым оборудованием, и внутрь вели следы военной техники. Кто-то поставил перед собой цель истребить всю расу до последнего существа и довёл дело до конца.

– Это была только одна из нескольких колоний осьминогов, – заметила Рита. – Может быть, попытаем счастья в других?

– Другого выхода у нас всё равно нет, – согласился Джеральд. – Здесь-то не осталось ни единой живой души, ни вороны, ни комара, ни червяка.

Куда бы они ни направились, везде царило разрушение. Осматривая уже четвёртую колонию, наконец, Джеральд вдруг совершенно случайно заметил маленький квадратик зелёного поля и поднимавшийся оттуда дымок. Подлетев туда, они нашли сложенную из обломков бетона хижину, приютившуюся у горного обрыва, с небольшим огородом перед ней и полем чуть подальше. Из трубы поднимался дымок. Джеральд постучал в дверь, вырубленную из гофрированного стального листа каким-то грубым инструментом вроде зубила. Сначала изнутри послышался шорох, а потом всё стихло. Через некоторое время дверь всё же приоткрылась, и они увидели древнего старика-осьминога, смотревшего на них с выражением ужаса на лице.