Братство по оружию. 1554-1814 гг. Главы из книги
Шрифт:
Русская артиллерия почти не уступала французской ни количественно (1 102 орудия на западной границе против 1 372 у Наполеона), ни качественно, но это было достигнуто крайним напряжением сил и средств, с вопиющими издержками. Достаточно сказать, что «в 1811 г. из 60 орудий, отлитых на Гороблагодатских заводах, 57 «были забракованы прямо на месте» [8] .
К началу Отечественной войны на западной границе, как уже отмечалось, находились 1-й и 2-й Башкирские полки, а также 1-й Тептярский, 1-й и 2-й Уральские казачьи полки, 1-й и 2-й Оренбургские казачьи полки. После вторжения наполеоновской армии манифест царя Александра I и предписание генерал-губернатора с призывом об обороне Отечества оглашали во всех мечетях и на деревенских сходках. Многие джигиты рвались на войну, стыдно было мужчине-башкиру не служить, а побывавшему на войне, да еще вернувшемуся с медалью, был почет по всей округе. С годовалого возраста мальчишек начинали воспитывать джигитами, причем не только отец с матерью, но и вся улица, весь аул.
8
Троицкий Н. А. 1812. Великий год России. – М.: Омега, 2007. – С. 161–162.
В первые же недели войны по инициативе башкир (словесные известия доходят намного быстрее официальных) были сформированы 3-й, 4-й, 5-й Башкирские полки из добровольцев. И 25 июля 1812 года, в первый же день доставки манифеста Александра I в Оренбург, эти полки, под общим командованием капитана Верхнеуральского гарнизонного батальона И. Г. Тихановского выступили в поход. В формулярном списке командира 5-го Башкирского полка И. Г. Тихановского есть дата начала его личного участия в боевых действиях: 1 ноября 1812 года [9] .
9
ЦГИА РБ, ф. И-138. Оп. 1. Д. 1470, л.153.
Урядник Уральских казачьих полков
Урядник Калмыцких казачьих полков
В борьбе за независимость страны вместе с русским народом активное участие приняли башкиры, калмыки и крымские татары. «Не только стародавние сыны России, – писал поэт Сергей Глинка, – но и народы, отличные языком, нравами, верою и образом жизни, народы кочующие – и те наравне с природными россиянами готовы были умереть за землю русскую. Башкирцы оренбургские сами собою вызывались и спрашивали у правительства: не нужны ли их полки?» [10] . Глинка называет башкир оренбургскими потому, что Башкирия в то время входила в состав Оренбургской губернии.
10
Глинка С. Прибавление к русской истории Сергея Глинки или Записки и замечания о происшествиях 1812, 13, 14 и 15 годов, им самим изданные. – М., 1818. – С.113.
Башкир с лошадью. Худ. А. О. Орловский. Акварель, 1809 г. ГРМ.
Упоминавшийся полковник Углицкий не забыл боевое содружество 1807 года с башкирами и, будучи Оренбургским войсковым атаманом, подал в начале войны в Санкт-Петербурге управляющему военным министерством Российской империи рапорт с предложением быстро организовать от 10 до 30 башкиро-мишарских казачьих полков для войны с Наполеоном. Предложение было поддержано на всех уровнях, и уже 8 августа 1812 года, в день своего утверждения Александром I главнокомандующим армиями, М. И. Кутузов получил указ о сформировании башкирских казачьих полков. Ниже приводятся в изложении военного министерства предложения атамана, выводы управляющего военным министерством и сообщение Кутузову об утверждении их императором:
В Оренбургской и сопредельных к оной губерниях Саратовской, Вятской и Пермской, как представляет мне войска Оренбургского войсковой атаман полковник Углицкой, состоит по исчислению 1811 года башкирцев 109 409 и мещеряков 19 800, всего 129 209 душ. Народы сии, кроме содержания по Оренбургской линии кордонной стражи, более никаких государственных повинностей не отправляют. Они, по природной своей склонности к воинским упражнениям и навыкам, весьма способны к казачьей службе, и могут быть с пользою употребляемы в армии противу неприятеля. Знатное число народа сего без отягощения поставит ныне из себя на службу от 10 до 30 и более пятисотных полков.
Полковник Углицкий, будучи движим усердием на пользу службы и любовию к отечеству, приемлет на себя составление сих полков, как равно одного атаманского тысячного из войска Оренбургского. Составление оных, по мнению его, можно произвести на следующем основании:
1. Число людей в полках, образ управления оными и продовольствие их вообще должны быть точно на том же положении, на каком находятся уже в армии от сих народов казачьи полки.
2. Вооружение составить употребляемое ими и именно: ружья, пистолеты, сабли, пики и луки, кто чем может, и навык употреблять, не требуя единообразия.
3. Равномерно не требовать единообразия и в одежде, а дозволить им иметь оную по своему обычаю; если же кто по собственному желанию употреблять будет мундир, установленный для казачьих войск, то сего не только не возбранять, но считать оное отличною ревностью к службе и о таковых для поощрения к тому прочих доносить начальству в месячных рапортах.
4. Полковых командиров и прочих чиновников выбрать из башкирского и мещерякского народов; но как не весьма много найдется знающих хорошо русский язык, то недостающее за тем число дополнить из Оренбургского войска. Равномерно дать из оного войска по нескольку человек в каждый полк для введения порядка службы и внутреннего благоустройства, так же в полковые квартирмистры и писаря, и дозволить определить в сии должности из другого состояния людей по аттестатам.
5. Для пользования больных прикомандировать нужное число медицинских чинов и снабдить их аптечными веществами.
6. Командирование полков произвесть на правилах, существующих на подобные случаи, то есть с обыкновенною и утвержденною подмогою.
7. За выкомандированием сего войска в армию освободить от воинского постоя домы чиновников и казаков, отправившихся на службу, и оказывать женам их и детям всякое покровительство и защиту, что и возложить на обязанность местного начальства.
8. Дальнейшее образование оного войска предоставить последствию времени, по совершенном познании на опыте нравов, обычаев и состояния сего народа.
Сие предложение войска Оренбургского войскового атамана полковника Углицкого нахожу я сообразным пользе службы и теперешним чрезвычайным военным обстоятельствам, а потому полагаю:
1. Составить на точном основании вышеизложенного предположения один Атаманский тысячный полк из войска Оренбургского, и от 10 до 30 пятисотных полков из башкирского и мещерякского народов, коим дать название Башкирских казачьих по нумерам.
2. Составление сих полков возложить на полковника Углицкого, который, по служению в Оренбургском войске с 1776 года, конечно, приобрел достаточные сведения о состоянии оного народа, как равно и его к себе доверенность.
3. Для поспешнейшего исполнения сего он может во все обитаемые башкирским и мещерякским народами губернии отправиться сам и посылать известных ему чиновников Оренбургского, Башкирского и Мещерякского войска.
4. Начальники губернии обязаны оказывать ему в сем деле возможные содействия и пособия и удовлетворять все законные его требования беспрекословно.
5. Войскам сим находиться в непосредственной его команде. На сей конец присвоить ему звание войска Оренбургского, Башкирского и Мещерякского войскового атамана, и иметь двух адъютантов, коих изберет он из войска Оренбургского.
6. Ему предоставить право производить нижних чинов до обер-офицерского чина; к производству ж в обер-офицеры и к другим наградам представляет на основании общего порядка по команде.
7. По мере сформирования сих полков отправлять к Нижнему Новгороду.
8. Атаман Углицкий обязан будет по выкомандировании остальных полков отправиться вслед и обозреть все полки на марше.
9. Как отныне находится в С.-Петербурге, то снабдить его из казны прогонными деньгами, равно и находящихся при нем чиновников на проезд в места составления Башкирских полков.
В прочем все оное, как равно таковой полковника Углицкого похвальный подвиг, всеподданнейше подвергая на благородосмотрение Вашего императорского величества, испрашиваю высочайшего повеления.
«Я имел счастие подносить государю императору прилагаемую у сего записку, содержащую в себе правила, на основании коих предполагается составить один Атаманский тысячный полк из войска Оренбургского и от 10 до 30 и более пятисотных полков из башкирских и мещерякского народов, жительствующих в Оренбургской, Саратовской, Вятской и Пермской губерниях.
Его императорское величество, по уважению нынешних чрезвычайных военных обстоятельств и необходимой нужды в усилении армии, апробируя предположение сие во всех частях, высочайше повелеть соизволил: привесть оное в подлежащее исполнение.
В верхней части знамени 5-го полка слова: «Во имя Аллаха милостивого, милосердного; Нет бога, кроме Аллаха, Мухаммед посланник Его». В центре – сокращенное название подразделения: «О. Вh. б. П.5», которое расшифровывается так: «Отдельная Башкирская бригада. Полк 5».
Знамя 5-го Башкирского полка. Национальный музей Республики Башкортостан.
Составление сих полков возложено на войскового атамана Оренбургского войска полковника Углицкого, под руководством оренбургского военного губернатора.
Сделав на предмет сей нужные распоряжения, имею честь сообщить об оном вашему высокопревосходству с тем, не угодно ли вам, милостивейший государь, будет предписать гг. начальникам помянутых губерний дабы они к скорейшему составлению и выкомандированию оных полков в армию содействовали войсковому атаману Углицкому всеми зависящими от них мерами. Женам же и детям чиновников и казаков, отправившихся на службу, оказывали защиту и покровительство, и чтобы домы их освобождены были от воинского постоя».
Башкиры откликнулись на указ чрезвычайно энергично. 15 номерных башкирских полков, с 6-го по 20-й, выступили, по мере формирования, на войну.
Башкирский воин. Карандашный рисунок А. Орловского. Перв. четв. 19 в. Государственный исторический музей (ГИМ).
Ранее прибывший на западную границу 1-й Башкирский корпуса полк вошел в состав казачьего войскового атамана Матвея Ивановича Платова (14 полков, 12 орудий), находящегося в городе Гродно. Он нёс кордонную службу на дистанции.
9 июня отправлен по распоряжению Барклая де Толли к Гродно [11] . В марте 1812 года на западной границе находился и 2-й Башкирский полк, который был расположен в белорусском селе Олеска и входил в 1-ю бригаду полковника Иловайского 12-го, 5-й кавалерийской дивизии 2-й Западной армии [12] . Занимал кордон у м. Почекайки.
1-й Тептярский полк майора Тимирова прибыл на западную границу в марте 1812 года и вошел в состав авангарда 3-го пехотного корпуса генерал-лейтенанта Тучкова 1-го. Вскоре он был выделен на аванпостную службу на берегу Немана в районе Олиты.
11
Отечественная война 1812 г.: Материалы ВУА. – СПб, 1910. – Т. 13. – С. 89.
12
Усманов А. Башкирский народ в Отечественной войне 1812 года. Ватандаш-Соотечественник. – 2012. – № 2. – С. 8 / Отечественная война 1812 г. // Материалы военно-ученого архива Главного штаба. – СПб. – Т. 1–22. – 1900–1914. – Т. 10. – С. 153.
В апреле 1812 года в 24 дивизию вошел и Уфимский пехотный полк. В нем было 3 штаб-офицера, 30 обер-офицеров, 73 унтер-офицера и 1104 рядовых [13] .
Таким образом, 1-й Башкирский полк сначала был в составе 1-й Западной армии, а с началом военных действий оказался в составе 2-й армии; 2-й Башкирский полк, находившийся в составе 2-й армии, с июня 1812 года вошёл в состав 3-й армии; а 1-й Тептярский полк был в составе 1-й Западной армии. 2-й Тептярский полк находился в Оренбурге: он прибыл на фронт в период наступления русской армии.
13
Там же / Отечественная война 1812 г. // Материалы военно-ученого архива Главного штаба. – СПб. – Т. 1–22. – 1900–1914. – Т. 12. – С. 13, 15.
Башкирские полки и полк майора Тимирова оказались на боевом участке пограничной линии, где уже в мае 1812 года начались стычки с разъездами Наполеона.
12 мая командир 3-го корпуса генерал Тучков писал военному министру: «Командующий кордоном вверенного мне корпуса 1-го Тептярского казачьего полка шеф-майор Темиров… доносит мне… что на противном берегу реки Немана, против местечек Олиты, Мереча, где находятся наши запасные магазины, и селения Судовой, где строятся плоты, каждый день разъезжают большие партии конных егерей, и дороги, против сих мест к берегу ведущие, расчищаются с большим тщанием и делаются гораздо шире». Майор Тимиров доносил, что с противоположного берега Немана открыли стрельбу по русским судам, и она продолжалась до самого прибытия на сии выстрелы к берегу наших казаков» [14] .
14
Там же / Отечественная война 1812 г. – Т. 12. – С. 72–73. 16.Там же. С.9 / Отечественная война 1812 г. – Т. 12. – С. 300. 17.Там же. С.9 // Журнал Тысяча восемьсот двенадцатый год. – 1912. – № 4. – С.338.