Чтение онлайн

— И где они жили?

— У Тыну, в Силамяэ. Это рядом. «Пассат» Гарика, он тоже местный. За десять процентов подписался покупателей найти.

— А почему Костя Антоном прикидывался?

— Говорит, конспирация. Засады боялись.

— Погоди, а это тогда кто такой?

Георгий кладёт на стол фотографию, вручённую нам замполитом. Крис отрицательно качает головой.

— Впервые вижу.

— Так надо у самого Антона, в смысле Кости, спросить, — разумно предлагаю я.

Крис приводит Стародуба-младшего. Жора суёт ему под разбитый нос фотографию.

— Это кто?

— Леха. Брательник мой двоюродный. Дяди Ильи сын…

— Жора, — я поворачиваюсь к дорогому напарнику, — тебе шеф фотку лично дал?

— Он сказал, в кабинете на столе взять. А там только эта лежала.

Все ясно… Съездили в командировочку…

— Что ж ты за целый месяц матери не позвонил, охламон?

— А че, надо было?..

Спустя сутки мы с Жорой идём назад по мосту дружбы. Немного грустно. Крис проводил нас до границы, вручил обещанный «Вана Таллин», и мы обнялись, как давние друзья, договорившись, что непременно приедем ещё, даже если Георгию не дадут визу. В Таллинн мы не поехали, к сожалению, надо возвращаться, на родине остался оголённый отдел. Стародубу тоже не звонили, решили обрадовать на очной ставке, предварительно подготовив. С одной стороны, новость не фатально плохая — племянник жив, но с другой… Ладно б, не мы его поймали, ладно б, не «К-9» его крутило… Стародуб кровных обид не прощает.

— Слушай, Андрюхин, — обращается ко мне напарник, — я вот все думаю, на самом деле тот эстонский гаишник оштрафовал Криса, или они нас развели?

— Не знаю, но думаю, оштрафовал.

— Не дай Бог, мы до такого доживём…

На середине моста Георгий достаёт из кармана несколько патронов и начинает перекладывать их в сумку с ликёрами.

— Жора? Ты спятил?! Откуда это у тебя?!

— Вчера в тире на память взял. Ты ж знаешь, я коллекционирую. Вот это от «Глота», эти от револьвера. У меня таких нет.

— Это ж статья! Да ещё эстонская! Они своим превышение скорости не прощают, а тебя и подавно оприходуют! Что, к стародубовскому племяннику захотел? Выкидывай, блин, в реку!

— Да брось ты. Не найдут.

— Как не найдут, если там «рамка» стоит? Выкидывай, говорю, пока не поздно!

Жора задумывается, потом нагибается и начинает развязывать шнурки на ботинках.

— А я в носки спрячу.

Все, я этого человека не знаю. И даже не собираюсь заступаться в случае чего. Пускай сам выкручивается.

Знакомый таможенник. Страфстуйте, то-фарищи… Я прохожу первым. Рамка звенит. Пока меня тщательно и скрупулёзно досматривают, Георгий проскакивает.

— Ну вот, а ты боялся…

Через полчаса мы забираем наши «Жигули» от ивангородского отдела. Пистолет под сиденьем. Жора суёт его во внутренний карман, так как свою наплечную кобуру подарил Крису.

— Ч-черт, забыли отдать.

В руке у напарника две пачки стодолларовых купюр. Фальшивых. Если бы с этим его взяли на таможне, да ещё с патронами… Представляю Герасима и Тыну в одной камере. Комедия ужасов.

— Бандеролью отправим.

— Верно. Поехали.

Мы ложимся на восточный курс.

— Вот ты послушай, Анрюхин… Почему в голливудских фильмах герой с пистолетом крадётся, а курок не взводит? При этом рискует получить пулю в лобешник. И только когда видит врага, взводит курок! Это ж полная чепуха! Какой смысл тогда от каждой тени шарахаться? Или вот ещё. Любой боевик возьми — в начале у злодея оружия всякого позарез, вплоть до ядерной боеголовки. Но в финальной драке с героем они бьются только на кулаках. Так ведь не бывает…

Ну все, началось… Пару грядущих часов придётся терпеть.

Я оборачиваюсь назад. За горизонт, словно гигантские призраки, степенно уплывают две седые цитадели.