Чтение онлайн

— Я передам ваш ответ, — сказал тот голосом человека, совершенно не уверенного в успехе.

— Скажи ему, пускай приходит в полдень. Тогда он, если пожелает, сможет встретиться с герром Макмилланом за завтраком. — От последнего предложения меня, неизвестно почему, охватил страх.

Герр Дортмундер поднял руку, призывая к тишине, и, прислушиваясь к разговору в передней, сообщил нам:

— Этот человек приехал из канцелярии фон Бисмарка. Он утверждает, что ничего не знает ни о каких бумагах. Думаю, что на самом деле его прислал Крупп. По крайней мере, я слышал, что он спрашивал Камерона Макмиллана из семьи корабельных инженеров Макмилланов. Он должен передать ему предложение от людей, желающих приобрести партию судовых машин, и готов гарантировать большую выгоду в случае успеха сделки. — Тут до нас донесся скрип открываемой двери. — Нет, это неостроумная выдумка. Пытаться без всякой подготовки всучить дураку взятку, не придумав даже никакого благовидного предлога… — Он снисходительно покачал головой. — Нет, он заслужил того, чтобы его прогнали.

— Но… — у мадам Изольды был очень обеспокоенный вид.

— Тише, — вполголоса приказал Дортмундер, и она сразу повиновалась.

Как только парадная дверь захлопнулась, мажордом издал негромкий возглас удивления. Мгновением позже он вошел в гостиную.

Турок уже вышел из комнаты.

Мадам Изольда вздохнула.

— Он захочет есть. Вчера он сказал, что любит, чтобы ему подавали быстро. Пусть повар приготовит ему бараньи отбивные, которые он заказывал прошлой ночью, и проверит, чтобы булочки были горячими. — Ее недоуменный взгляд сменился сердитым. — Будет лучше, если я сама присмотрю за этим.

— А вы, мистер Джеффрис, не хотите ли разглядеть вашего… оппонента поближе, прежде чем начнете разыгрывать свой небольшой спектакль? — Дортмундер слегка подтолкнул меня.

— Вы совершенно правы, — согласился я и вышел в обширный вестибюль, к прихотливо украшенной лестнице. Там, на верхней ступеньке, замерла на мгновение фигура турка, только что приступившего к величественному сошествию вниз.

Я остановился подле нижней ступеньки и приготовился обратиться к человеку в роскошном турецком одеянии. Воздев руки, чтобы мои намерения не могли вызвать сомнений, я взглянул наверх.

В глубокие серые глаза Майкрофта Холмса.

От инспектора Корнелла доставили записку с просьбой сообщить сведения о Викерсе. М. X. оставил мне разрешение в этом случае предоставить основное досье, которое есть у него на этого человека, и предупредить инспектора о том, что, имея дело с Братством, мы должны действовать с величайшей осторожностью. Не вижу в этом пользы, но я выполнил приказание.

Мать снова впала в полную летаргию. Конец уже очень близок.

Он изящно, по-восточному, приветствовал меня, изогнув губы в кривой улыбке.

— Доброе утро, благородный господин, — произнес он на ужасном немецком языке, продолжая важно вышагивать по ступенькам. Длинный халат, достававший до щиколоток, при каждом движении громко шуршал.

Где Эдмунд Саттон умудрился за такой короткий срок добыть этот экстравагантный наряд? — изумился я.

Грим придал лицу Майкрофта Холмса оливковый оттенок, а тюрбан надежно скрывал седеющие волосы.

За ближайшей дверью скрывался герр Дортмундер, и я должен был сыграть свою роль безупречно.

— Это вы так считаете, — ответил я по-английски и повторил уже на немецком языке, прозвучавшем гораздо лучше, чем тот, на котором ко мне обратился турок.

— Вы не немец? — спросил Майкрофт Холмс со своим до неправдоподобия странным акцентом.

— Англичанин, — объяснил я, чувствуя себя одновременно и в дурацком положении, и в смертельной опасности. Теперь я полностью потерял право на любую ошибку, поскольку малейший промах отдаст нас обоих в руки Братства, и виновным в этой беде окажусь я.

— И вы находитесь в Баварии? Да вы путешественник, такой же, как и я. — Он улыбался мне, сверкая ослепительно белыми на смуглом лице зубами, словно был восхищен тем, что между нами нашлось нечто общее. — Я приехал из Бурсы, чтобы посмотреть прекрасный замок короля Людвига. Может быть, вас тоже интересуют эти прекрасные дворцы?

— Нет, я приехал сюда не для того, чтобы любоваться замками. У нас, в Англии, их больше, да и все они не в пример лучше, — хвастливо заявил я, подозревая, что за нами пристально наблюдает Дортмундер.

— Жаль, — заметил турок-Майкрофт. — Замки, озаренные газовым светом, построенные современным способом, а не так, как мы, турки, строили их веками, это достижение, с которым мне еще не довелось встречаться. Его Нойесшванштайн освещается и обогревается газом. Просто чудо. — Он вновь одарил меня сдержанной, но любезной улыбкой. — Я не видел вас вечером. Вы, наверно, приехали очень поздно? Я не стал засиживаться далеко за полночь.

— Я прибыл только утром, — ответил я. О, если бы я мог позволить себе сказать больше!

— Ах, вот как! Наверно, вы задержались в дороге. Видимо, какая-нибудь поломка? Или погода? Какая неприятность. — Отвернувшись от меня, он взглянул в дверь гостиной. — Мадам Изольда, могу ли я попросить завтрак? Кажется, вчера вечером я распорядился. Не хотелось бы излишне затруднять ваших слуг, но я проснулся уже довольно давно и успел немного почитать. — Войдя в зал, он остановился у двери и по-восточному приветствовал Дортмундера. — Прошу простить меня, я не предполагал, что у вас гости. Да еще так рано утром.

Лицо мадам Изольды под слоем румян и пудры пошло алыми пятнами, она в замешательстве перевела тревожный взгляд с Дортмундера на Майкрофта Холмса, потом обратно, словно ожидала, что кто-то из них подскажет ей ответ. Но ей никто не помог, и она после недолгой паузы проговорила:

— Герр Дортмундер мой старый… партнер.

— Как приятно, должно быть, возобновить ваше знакомство, — светски заметил Майкрофт Холмс и указал в сторону арки в противоположной стене зала. — Не хотели бы вы подать мне завтрак туда? Посидеть на утреннем солнце будет очень приятно.

— Я сейчас же прикажу Феликсу, — ответила мадам Изольда, очень довольная тем, что наконец-то нашелся повод чем-нибудь заняться, и сразу же подозвала мажордома. — Поставьте в кабинете стол перед окном и подайте туда завтрак для герра Камира.

— Герр Камир, — вступил в разговор Дортмундер, — я слышал, что вы приехали из Бурсы?

— Да, сейчас я приехал именно оттуда, — ответил Майкрофт Холмс с легким поклоном. — Но на самом деле моя семья пребывает в Измире, который вы и неверные греки называют Смирной. — Он сделал паузу и заговорил спокойным голосом, который, однако, через несколько слов стал накаляться от страсти. — Я не хочу оскорбить никого из христиан, они поклоняются Священному Писанию, как и мы, да и евреи, но греки злоупотребляют терпимостью и уважением, с которыми мы относимся к людям Писания, они хотят вторгнуться в нашу страну, а такое положение вещей уже тревожит нас. Они говорят, что это их историческое право; а вот если бы мы в свое время заняли Вену, то все теперь шло бы совершенно по-другому. — Его немецкая речь стала совершенной непонятной, будто герра Камира полностью захлестнул поток чувств. Я не мог не восхищаться этим представлением и степенью самообладания мистера Холмса, который, несомненно, знал, какой большой опасности мы подвергаемся.