Чтение онлайн

Мулла подал знак своим сатрапам, и те прекратили мутузить бесчувственную тушу связанного гиганта. Несколько минут однорукий рассматривал пленника, потом подал знак одному из слуг. Тот понимающе кивнул и отошел в сторону.

На этот раз Панчука не стали окатывать холодной водой, слуга вытащил из кармана широких штанов пластиковый прямоугольник электорошокера и, приставив его к влажной руке пленника, нажал кнопку «пуска». Огромное тело выгнулось и задергалось в судорогах, через секунду Владимир широко открыл глаза.

Ибрагим Сатари впился тяжелым взглядом в эти глаза, потом склонился и дееспособной рукой ухватил пленника за волосы. Рывком подняв голову, прорычал:

– Как ты докажешь, что это именно вы пытались ограбить инкассаторский броневик?

– Я могу указать, где спрятано оружие с ограбления, – слабым голосом произнес Шатун, изображая из себя сломленного пытками…

Лето, жара. От мутных вод Каспия – и то несло духотой, никакого спасения от зноя. Гражданским легче, богатые могут спасаться от жары в своих квартирах, домах, офисах, где температурный режим строго блюдут импортные кондиционеры, разгоняя по помещениям живительный прохладный воздух.

Бедные могли укрыться от испепеляющего зноя в чайхане, под тенью зеленых чинар, с наслаждением попивая ароматный чай.

Свободное человечество как-то обустраивалось в борьбе с жарой, и только у военных не было альтернативы.

Морские пехотинцы из батальона разведки Семьдесят седьмой бригады Каспийской флотилии в полной боевой экипировке один за другим взбирались по дребезжащей сваренной лестнице на имитатор транспортного самолета. Потом сотня метров полета под тросом в парашютной сбруе, а дальше огненно-штурмовая полоса…

Над полигоном стоял грохот автоматных выстрелов, рев танковых двигателей. Морские пехотинцы учились воевать, командиры, учтя опыт прошлых лет, теперь действовали по принципу: «Лучше пролить десять литров пота на учениях, чем каплю крови в бою».

За учениями наблюдали с контрольной вышки двое офицеров. Один был в зелено-коричневом камуфляже, перетянутый ремнями тактической гарнитуры с навешанными на них подсумками. На правом плече висел автомат стволом вниз. Черный берет с офицерской кокардой был заправлен под погон, ветер трепал коротко стриженные, выгоревшие на солнце белесые вихры. Второй был одет в ядовито-зеленую парадную общевойсковую форму, пошитую на американский манер. Погоны на плечах офицера украшали три большие звезды в красных просветах. На голове фуражка с золотым двуглавым орлом на высокой тулье.

– Да, качественно вы готовите бойцов, – через некоторое время с явным одобрением произнес полковник Крутов.

– Так ведь мы войска постоянной боевой готовности. В любой момент могут бросить на выполнение боевого задания. А оказаться в мясорубке с неподготовленными бойцами себе дороже, – спокойно ответил стоящий рядом морпех, командир одной из рот разведывательного батальона капитан Сергей Таранин.

– Разумно, – кивнул Родион Андреевич. – Вы последними выходили из Чечни?

– Да, как только был получен приказ министра обороны о возвращении к постоянному месту дислокации ранее откомандированных в Чечню частей морской пехоты и ВДВ. Там теперь осталась Сорок вторая мотострелковая дивизия, части внутренних войск и СОМы [12] . В общем, неделю назад отдельный отряд под моим командованием вернулся в родные пенаты.

– Судя по наградным реляциям, ваш отряд – это хорошо подготовленное и сплоченное подразделение, прекрасно ориентирующееся на местности.

– Что есть, то есть, – вяло улыбнулся Таранин. – В моем отряде все контрактники, не по одному разу мотались в Чечню. Я сам еще в первую кампанию там отметился.

– Знаю, я читал ваше досье. Честно говоря, трудно было понять, что могло толкнуть успешного студента на последнем курсе взять академический отпуск и отправиться на войну. Впоследствии закончить с красным дипломом университет и вместо продолжения учебы в аспирантуре, на что рассчитывали все педагоги, отказаться от ученой карьеры и обрядиться в чертову шкуру морпеха, чтобы снова воевать. Как-то странно получается…

– Ничего странного. Сначала за державу было обидно, потом вдруг понял, что изучать древние персидские манускрипты – это не мое. Птица живет в небе, рыба в воде, крот роется в земле. Каждый индивидуум может жить только в своей среде. Армия – вот моя стихия.

С этим утверждением Родион Крутов спорить не стал, помня одну из записей в досье капитана Таранина: «Пять командировок в зону боевых действий (Чечня, Дагестан). Имеет два ранения, награжден шестью правительственными наградами: два ордена Мужества, три медали «За отвагу» и медаль «За боевые заслуги». Сергей Таранин жил войной, видимо, это была его карма.

– Сколько длилась ваша последняя командировка? – неожиданно поинтересовался полковник.

– Неполных два месяца, – удивленно посмотрев на Крутова, ответил капитан.

– Сильно устали? – продолжая наблюдать, как следующая пара морпехов преодолевает штурмовую полосу, продолжал расспрашивать полковник.

Но вместо короткого и прямого ответа Таранин проявил своеволие:

– Разрешите вопрос, товарищ полковник?

– Слушаю вас, Сергей Васильевич, – полковник оторвался от созерцания полигона и внимательно посмотрел на морского пехотинца.

– К чему это собеседование? Я человек военный и привык к конкретике.

– Даже так? – усмехнулся Крутов, непроизвольно почесав указательным пальцем кончик носа, и только потом заговорил: – Ну что же, в таком случае буду кратким и конкретным. Наше управление будет проводить многоходовую операцию в Чечне. Одним из компонентов этого мероприятия должна быть рейдовая группа, на роль которой как нельзя лучше подходит ваш сводный отряд.

– Почему выбор пал именно на мой отряд?

– Во-первых, профессионалы, а во-вторых, операция должна быть проведена филигранно. Для большей наглядности приведу пример, это напоминает поединок рыцаря и мушкетера. Вам, как бывшему фехтовальщику, так будет понятней. Ударом на удар не нужно отвечать, противопоставляя дурной силе другую силу, а нужно, лишь скользнув по лезвию меча узким клинком рапиры, поразить врага точно в сердце между стыками доспехов. Для этой миссии нам не нужны тупые костоломы-терминаторы, а нужен интеллектуал, но с боевым опытом. Любая самая продуманная в штабах операция в конце концов может претерпеть изменения. На войне, как на войне. Необходимо быстро реагировать на происходящие изменения, а при необходимости и самому принимать решения. С учетом всех вышеперечисленных условий, ваша кандидатура, Сергей Васильевич, наиболее подходящая.