Чтение онлайн

Если главной ошибкой Лумумбы было убеждение в том, что он может сам выбирать себе союзников в условиях "холодной войны", то другой его важной ошибкой было доверие к Организации Объединенных Наций. Он совершенно не понимал ее предназначения. В его воображении она представлялась ему наднациональным органом, обладающим волей и силой, способным сокрушить всех, кто стремится расколоть народы. Слишком поздно он осознал ее как инструмент, который могущественные страны могут использовать для навязывания своей воли.

Оказавшись в Конго, силы ООН эффективно защищали сепаратистов в Катанге. Они помогли обеспечить поражение Лумумбы, не позволив ему воспользоваться радиосетями или прилететь в города, где он мог бы собрать своих сторонников. Бельгия также несет большую ответственность за это преступление. Бельгийские офицеры присутствовали при его казни. Роковые выстрелы были произведены конголезцами, поэтому они и их начальники, особенно Мобуту и Тшомбе, разделяют вину.

ЦРУ активно работало над тем, чтобы отстранить Лумумбу от власти, и получило от Эйзенхауэра разрешение на его убийство. Однако в итоге его сотрудники оказались лишь младшими партнерами более решительных и находчивых бельгийцев. В результате получилось то, чего хотели и Бельгия, и США.

Менее чем через два года Аллен вскользь признал, что, возможно, преувеличивал опасность, которую Лумумба представлял для Запада. Телевизионный интервьюер Эрик Севарейд спросил его, не пришел ли он к выводу, что какие-либо из его тайных операций были излишними. Он назвал только одну.

"Я думаю, что мы переоценили опасность, скажем, в Конго", - сказал Аллен. "Казалось, что они собираются предпринять серьезную попытку захвата власти в Бельгийском Конго. Но из этого ничего не вышло. Может быть, они и собирались это сделать, но ситуация им показалась неподходящей, и они поспешно ретировались".

10

БОРОДАТЫЙ СИЛАЧ

Менее чем через сорок восемь часов после победы на президентских выборах 8 ноября 1960 г. Джон Ф. Кеннеди вышел из своего дома на берегу моря в Хианнис-Порте, штат Массачусетс, чтобы встретиться с журналистами. В маленькую деревушку съехалось более сотни человек, и единственным местом, где они могли разместиться, был арсенал Национальной гвардии. Они ждали на складных стульях, чтобы услышать, что скажет избранный президент.

Кеннеди выиграл выборы отчасти благодаря своему динамичному имиджу, и он использовал эту пресс-конференцию, чтобы объявить, что уже подобрал ключевых членов своей новой команды. Один из репортеров написал, что он перечислял имена "стремительной чередой". Первая фамилия была знакомой.

"Я попросил г-на Аллена Даллеса остаться на посту директора центральной разведки, и он удовлетворил эту просьбу", - сказал Кеннеди. "Он служил всем президентам, начиная с Вильсона, в самых разных качествах, и сохранение стабильности и руководства на этом посту крайне необходимо".

Решение Аллена согласиться на повторное назначение на этот пост должно было в корне изменить его место в истории. После восьми лет пребывания на посту руководителя разведки Эйзенхауэра у него сложилась солидная репутация. О его триумфах ходило много слухов, о его неудачах мало кто знал, а его отсутствие интереса к управлению разросшимся ЦРУ было очевидно только для вашингтонских инсайдеров. Судя по всему, он был одновременно и блестяще успешным разведчиком, и благородным джентльменом. Если бы он ушел в отставку в этот момент, то мог бы до конца жизни наслаждаться восхищением.

Кловер убеждала его уйти в отставку. Но в конце концов он не смог заставить себя оставить жизнь, которую любил. Ему предстояло еще многое сделать. Он хотел успеть к открытию новой штаб-квартиры ЦРУ в Лэнгли. Его отделение в Лаосе открывало новый фронт в войне против Хо Ши Мина. А главное, он замышлял уничтожить еще одного "монстра".

Аллен только что помог разгромить Лумумбу, но не мог считать это настоящей победой ЦРУ, поскольку решающий удар нанесли бельгийские агенты. Его операции в Тибете и Лаосе шли с перебоями. Жаждая решительного триумфа, он выступил против Фиделя Кастро, молодого радикала, захватившего власть на Кубе.

Возвышение Кастро вызвало всплеск контролируемой паники в Вашингтоне. Эйзенхауэр поручил Аллену разработать план тайных действий против него. Вместо того чтобы разработать план, Аллен сделал нечто совершенно новое. Он перепоручил операцию своему подчиненному и удалился в свой личный "кокон". При планировании этой далеко идущей и очень сложной операции ЦРУ его директор был почти полностью отстранен. Он никогда не концентрировался на замысле. Временами он даже как бы отстранялся от него, словно это было не его дело. Проворонив эту историю, Аллен помог Соединенным Штатам потерпеть сокрушительное поражение, которое навсегда запятнало его наследие.

* * *

Куба занимает уникальное место в американском воображении. Она расположена так близко к Соединенным Штатам, обладает такими богатыми ресурсами и стратегическими преимуществами, что долгое время казалась естественным кандидатом на присоединение к США. Президенты, начиная с Томаса Джефферсона, мечтали о ней.

"Я откровенно признаюсь, что всегда смотрел на Кубу как на самое интересное дополнение, которое когда-либо можно было сделать к нашей системе государств", - писал Джефферсон. "Контроль, который этот остров вместе с Флоридой даст нам над Мексиканским заливом, странами и перешейками, граничащими с ним, а также всеми теми, чьи воды впадают в него, восполнит меру нашего политического благосостояния".

В 1898 году президент США Уильям Маккинли направил американские войска на Кубу, чтобы помочь повстанцам свергнуть испанское господство. Они добились успеха. Сразу после этого Конгресс США проголосовал за отказ от своего обещания, закрепленного в законе в виде поправки Теллера, вывести войска после победы и уважать независимость Кубы. Маккинли назначил американского военного губернатора. В дальнейшем США предоставили Кубе ограниченное самоуправление, но высаживали войска в тех случаях, когда американские интересы казались им угрожающими. Так было в 1906, 1912 и 1917 годах, когда государственный секретарь Роберт Лансинг отправлял оккупационные войска по предложению своего племянника Джона Фостера Даллеса, клиенты которого из Sullivan & Cromwell хотели обеспечить сохранение у власти режима, уважающего их инвестиции.

На протяжении большей части ХХ века Куба оставалась квазиколонией США. В 1950-е годы последний из ее покорных диктаторов Фульхенсио Батиста заключил выгодные сделки с американскими гангстерами, которые построили роскошные отели и казино, заполнили их американскими туристами и превратили Гавану в самый аляповатый и греховный город полушария. Американский бизнес, в том числе клиенты Sullivan & Cromwell, доминировал в стране. Им принадлежала большая часть сахарных плантаций - две крупнейшие из них принадлежали компании United Fruit, а также значительные инвестиции в нефтяную промышленность, железные дороги, коммунальное хозяйство, горнодобывающую промышленность и животноводство. Восемьдесят процентов кубинского импорта поступало из США. Когда в 1957 г. компания International Telephone & Telegraph обратилась к Батисте с просьбой одобрить резкое повышение тарифов, Фостер направил ему послание, в котором сообщал, что это повышение будет отвечать "интересам Кубы". Батиста одобрил это решение. В знак благодарности - эта сцена стала центральной в фильме "Крестный отец, часть II" - руководители компании ITT подарили ему золотой телефон.

Хотя большинство американцев не могли или не хотели этого замечать, коррумпированная тирания на Кубе становилась все более непопулярной. В течение 1958 года партизаны Кастро одержали ряд побед. В последний день года Батиста подал в отставку. Перед рассветом 1 января 1959 года он бежал в Доминиканскую Республику, прихватив с собой несколько сотен миллионов долларов. Через неделю, после ликующей поездки по острову, Кастро прибыл в Гавану и начал политическую карьеру, которая определит ход мировой истории.