Чтение онлайн

— Какой «нашей»?

— Перуанской… Когда мы начали матч с бразильцами. Когда я увидел, как наши парни, то есть бразильцы, выходят на поле в желтых футболках, в этих футболках, которые принесли нам столько славы, я…сознаюсь…в глубине души «болел» за моих соотечественников. За бразильцев. Но, как тренер, как профессионал футбола, я сделал все возможное для достойного выступления моей, перуанской команды.

Я спросил его, сколь интересен был мексиканский чемпионат с творческой точки зрения: появились ли там новые идеи?

— Я считаю, — сказал Диди, — что с организационной точки зрения этот чемпионат был лучшим из всех. Да и чисто игровой аспект турнира обрадовал любителей спорта: ряд команд, в частности сборные Бразилии, ФРГ, Перу, показали интересные тактические новинки и творческие находки, даже если учесть, что большинство команд придерживалось уже известных схем: 4-3-3 и 4-4-2. Наша, перуанская команда слегка модернизировала их, играя 4-1-2-3.

— Можно ли и сегодня продолжать делить футбол на «европейский» и «латиноамериканский»?

— Мне кажется, что грань между этими двумя «школами» быстро стирается. Многие европейские команды, в частности команды ФРГ, Чехословакии, Югославии и Советского Союза, стали в последние годы демонстрировать футбол эластичный, игру, отличающуюся «мыслительной быстротой», то есть умением игроков все быстрее и быстрее оценивать игровые ситуации и отыскивать наиболее рациональные продолжения и ходы.

— А могли бы Вы попытаться сделать прогноз развития футбола на ближайшие годы? Ведь совсем недавно говорилось, что ему угрожает «ничейная смерть» вследствие бурного размножения всевозможных «замков», «бетонов», «задвижек» и прочих защитных систем. Похоже, что мексиканский чемпионат вселил в наши сердца оптимистические надежды, не так ли?

— Я верю, что мы начинаем возвращаться к футболу эпохи двадцатых и тридцатых годов. Разумеется, я имею в виду не тактические схемы, не реставрацию «дубль-ве», а сам дух игры. Тогда, лет сорок назад, футбол был ярким, увлекательным зрелищем, доставлял зрителям куда больше удовольствия, чем нынешний: рациональный и сухой. Впоследствии футбол профессионализировался, и в погоне за очками тренеры стали думать не о том, как, выиграть матч, а о том, как его не проиграть. Игра стала скованной, осторожной… А сейчас, мне кажется, начинается обратный процесс раскрепощения игроков.

— Если проследить развитие тактических схем, то можно заметить, что в течение последних полутора десятилетий количество нападающих, точнее говоря, количество выдвинутых вперед игроков, которых принято относить к категории «чистых» нападающих, все время уменьшалось. Схема «дубль-ве» с пятью форвардами была вытеснена бразильской новинкой 4-2-4, затем появились 4-3-3 и 4-4-2. Не означает ли это, что вскоре на переднем крае атаки мы увидим в командах всего лишь одного футболиста?

— Не думаю. Я могу только предположить, что футбол станет более агрессивным, более «свободным». Нельзя выигрывать, нацеливаясь на ничью или на победу с минимальным счетом. Именно мы, тренеры, были виноваты в появлении скованного футбола, когда игроки и тренер заботятся прежде всего об обороне своих ворот. И именно мы, тренеры, обязаны сейчас раскрепостить творческую инициативу футболистов. Ведь они, спортсмены, всегда любят играть интересно и остро. Вот и надо предоставить им возможность играть так, как им нравится.

— В Бразилии накануне чемпионата велась острая полемика по поводу двух различных игровых концепций, которые предлагали сборной Салданья и Загало: Салданья предпочитал игру с двумя выдвинутыми вперед крайними нападающими и одним центральным. А Загало изменил эту схему, сосредоточив двух форвардов в центре и одного — Жаирзиньо — на правом фланге, в то время как левый крайний нападающий (Ривелино) был у него оттянут назад. Как Вы относитесь к этому спору?..

— Хотя Загало и стал чемпионом мира, но мне больше импонирует схема Салданьи: он стремился использовать всю ширину поля, в то время как у Загало фронт атаки был сужен: ее левый фланг как бы пропадал.

— Сейчас ведется спор о судьбе «либеро», «чистильщика», игрока защиты, являющегося своего рода «свободным охотником». Многие утверждают, что «либеро» отмирает, что необходимость в игроке такого рода постепенно отпадает. Вы согласным с этим?

— Нет, я продолжаю считать, что роль «либеро» весьма важна. Но нужно уметь играть на этой позиции. Так, как это делает, например, Беккенбауэр: он не только организует действия защиты и подстраховывает товарищей, но умеет неожиданно и остро подключаться к атаке.

— Не могли бы Вы проанализировать выступления команды Загало в Мексике? Что явилось главным в достижении победы?

— Прежде всего, нужно сказать, что на сей раз команда была очень хорошо организована: в ней царила атмосфера спокойствия, уверенности в своих силах веры в победу. Что касается самой команды, то, на мой взгляд, сборная Бразилии на чемпионате-1970 обладала лучшей в мире линией атаки и полузащиты. Что же касается защиты и вратаря, то они были далеко не самыми сильными. Впрочем, это — вечная наша проблема.

— Кого из бразильских участников чемпионата Вы смогли бы выделить?

— Троих: Пеле, который не нуждается в похвалах, Жаирзиньо, молодой, выносливый и напористый футболист, и Жерсон, спокойный и хладнокровный диспетчер.

— Могли бы Вы сравнить Пеле «образца 1970 года» с тем юношей, которого Вы когда-то напутствовали в его первом матче шведского чемпионата мира против нашей, советской команды?

— Разница огромная: тот Пеле был мальчик, талантливейший и одаренный, но лишенный — и это естественно — опыта, чувства ответственности, зрелости. Сегодня мы видим Пеле в расцвете сил. Он понимает важность ноши, лежащей на его плечах, сознает свою роль в команде, свое особое положение.

— Вы упомянули об атмосфере спокойствия и уверенности, царившей в бразильской команде в Мексике. Очевидно, она явилась следствием хорошей психологической подготовки футболистов. Помнится, в 1958 году в составе бразильской делегации был даже специальный врач-психолог, доктор Карвальяэс. Потом он больше не приглашался для работы со сборной. Означает ли это, что тот опыт не был оценен положительно?

— Я считаю, что значение психологической подготовки трудно переоценить, и с этой точки зрения высоко оцениваю роль Карвальяэса в нашей команде 1958 года. Когда я получил перуанскую команду и начал готовить ее к отборочным играм, мне пришлось многое использовать из нашего, бразильского опыта.

…Диди стал первым тренером в Перу, организовавшим систему «интегральной» подготовки к чемпионату: если раньше и клубы, и сборная тренировались два-три раза в неделю, то Диди стал работать с командой два раза в день — утром и вечером. Разумеется, это потребовало перестройки всей жизни спортсменов; за полгода до чемпионата они были созваны на сбор и стали жить на тренировочной базе. Разрешались «увольнения» для свидания с семьями и друзьями. Обычно это было по воскресеньям. Сначала кое-кто запаздывал к отбою, кое-кто возвращался навеселе. Без криков и истерик, без суровых наказаний Диди сумел добиться того, что накануне чемпионата в команде уже не было никаких нарушений режима и дисциплины. Футболисты поняли и почувствовали, чего добивается тренер.