Чтение онлайн

— Я не хочу, чтобы ты ходила к Кларкам, когда ее отец дома. Ты понимаешь, Петра? — сурово спросил я.

Петра кивнула:

— Да, понимаю. Но иногда мне кажется, что я нужна Калли даже когда ее папа дома. Тогда мне стыдно, что я не рядом с ней. Когда он дома, она всегда очень грустная. — Она пожала плечами.

— Вы про Грифа Кларка? — вдруг спросил Везунчик.

Фильда кивнула:

— Ты его знаешь?

— Да нет, не то чтобы… Несколько раз видел… когда мы с ребятами выходили в город. Тяжелый человек. — Везунчик покачал головой.

— Как по-твоему, отец ее обижает? Бьет, когда злится? — участливо спросила Фильда. Мне очень хотелось, чтобы Петра ответила: нет, она не думает, что Гриф бьет Калли, Бена или Антонию, раз уж на то пошло. Иначе я буду обязан позвонить в Управление по защите детей и сообщить о насилии в семье. Не самое завидное положение.

Петра снова пожала плечами:

— Не знаю. Калли ведь ничего не говорит… Просто, когда ее папа дома, она становится грустнее.

— А ты ко мне так же относишься? — спросил я у Петры. — Тебе тоже грустно, когда я дома? — Я в шутку надул губы.

— Нет, глупенький, — ответила она, качая головой и улыбаясь. — Я рада, когда ты рядом.

Везунчик окинул нас троих задумчивым взглядом. Я догадывался, что жизнь у парня нелегкая. О своих родных он упорно не желал рассказывать, когда мы спрашивали, он уклонялся от ответа. Несколько раз он признавался, что ему очень хочется когда-нибудь иметь семью, похожую на нашу. Я объяснил ему, что довольно долго не обзаводился собственной семьей. Если бы тогда Фильда не швырнула в меня булочкой, я бы, скорее всего, так и остался холостяком. Везунчик улыбнулся, но глаза у него не смеялись.

— Можно? — Петра показала на засахаренную вишенку, которой Везунчик украсил ее мороженое.

— Конечно, — ответил он, поддел вишенку своей ложкой и сунул ей в рот. Потом он вдруг задумчиво покачал головой, как будто вспомнил что-то важное, и сказал: — Да… я бы ни за что не подпускал Петру к Грифу Кларку!

Я от всей души согласился с ним. Случайно увидев соседей в школьном коридоре и услышав, как Гриф Кларк обращается с женой и дочерью, я понял, какой он на самом деле. Такие людишки, как Гриф, успешно скрывают от посторонних свою подлую сущность. Просто страшно становится, как подумаешь, на что он способен и что может сотворить с моей дочерью… Несмотря на жару — почти тридцать четыре градуса на солнце, — меня бьет дрожь. Ничего удивительного…

Я поворачиваюсь спиной к дому миссис Норленд, стараясь придумать, что мне сказать Антонии и помощнику шерифа Луису, чтобы убедить их вместе со мной идти в лес на поиски.

— Калли! — услышала она негромкий и почти любящий голос.

К ней тут же снова вернулся страх, сковавший ее несколько минут назад. Она поднимает голову и видит склоненное над собой лицо Грифа — серое, усталое. Вид у него совсем больной.

— Калли, хватит играть в прятки. Иди сюда! Пошли домой. Разве ты не хочешь…

Голос у него замер. Он подошел поближе и разглядел то, что совсем недавно видела Калли. Сначала он заметил голову Петры с зияющей глубокой раной, мертвенно-бледные лицо и шею… Гриф перевел взгляд на Калли:

— Господи, что случилось? Калли, что с ней случилось?

Калли переминалась с ноги на ногу и соображала, что делать. Куда бежать? За спиной у нее глубокая расщелина, перед ней Гриф. Отец загораживает ей дорогу.

— Калли! — рявкнул Гриф. — Что здесь произошло? А ну, рассказывай! — Он грубо схватил ее за плечо, но сразу отпустил, заметив какой-то маленький предмет на кусте чертополоха. Он нагнулся и долго вертел в руках грязную рваную тряпочку — белую в желтый цветочек.

— Ч-черт… — сказал он, снова глядя на Петру.

Взгляд скользил по неподвижной фигурке девочки, по грязной синей пижаме, по голым окровавленным ногам.

— Ах ты… — Гриф едва успел отвернуться, и его вырвало. Он выпрямился, глубоко вздохнул, и его снова замутило. Он нагнулся, закашлялся, но из пустого желудка больше ничего не вышло.

Увидев, что отец согнулся пополам и схватился за живот, Калли проворно спрыгнула с вершины холма, отбежала подальше и остановилась.

— Калли! — бубнил Гриф. — Калли, кто ее так? Ты знаешь, кто это сделал?

Он рассеянно вытер руки грязной тряпочкой в желтый цветочек, но, поняв, что у него в руках, тут же бросил тряпочку на землю — брезгливо, словно она его запачкала. Потом он склонился над Петрой, дрожащей рукой принялся нащупывать пульс — сначала на запястье, потом на шее. Покачал головой.

— Трудно сказать… — Он опустился на колени, приложил ухо к ее груди, тронул девочку за нос — проверить, дышит ли она. — Калли! — Он оглянулся. — Кто это сделал?

Захрустели сучья, послышались чьи-то шаги — усталые, неуверенные.

— Калли! Калли! — И Калли, и Гриф сразу узнали голос Бена. Продравшись сквозь кусты, Бен выбежал на поляну и остановился между Грифом и Калли. — Оставь ее в покое! Убирайся!

— Бен, что ты здесь делаешь? — В голосе Грифа слышалось неподдельное изумление.

— Отойди от нее! — снова закричал Бен и, не спуская глаз с отца, принялся шарить по земле в поисках палки или камня.

— Бен, заткнись! — заорал Гриф, выпрямляясь. — Нам нужна помощь!

Бен перевел взгляд на Калли, потом на Петру и снова посмотрел на Грифа.

— Беги, Калли, — прошептал он. — Вон туда. — Он ткнул пальцем в ту сторону, откуда пришел. — Беги вниз, все время вниз, и попадешь на Рысью тропу. Беги, Калли, не останавливайся!

— Бен, заткнись! — рявкнул Гриф. — Ты ведь не знаешь, что здесь случилось! Нам надо отсюда выбираться. Может, мы сумеем ее вынести, — сказал он, показывая на Петру. — А может, ее лучше не трогать… — Он нерешительно прикусил губу. — Так или иначе, оставлять ее здесь нельзя. — Он снова посмотрел на Бена. — Оставайся с ней. А мы с Калли спустимся по тропе и позовем на помощь.

— Нет, — сказал Бен.

— Что ты сказал?

— Нет. Калли я с тобой не пущу!

Бен протянул Калли руку, ни на миг не сводя взгляда с отца. Схватив ее, он слегка подтянул ее к себе, чтобы щека сестренки прикасалась к его спине.

— Бен, нет у нас времени на глупости! Сдается мне, Петра умирает. Тогда давай так. Ты беги и приведи сюда людей. А я побуду с ней.

— Нет, за помощью пойдет Калли, — сказал Бен. — А мы останемся с Петрой.

— Кто позволил тебе распоряжаться? — буркнул Гриф. — Что она скажет? И как позовет на помощь — руками? Оставайся, а мы с Калли пойдем. — Гриф шагнул было к детям, собираясь взять Калли за руку, но Бен загородил отцу дорогу. — Бен, отойди сейчас же, не то я выбью из тебя дурь. Это не игрушки! — Гриф снова шагнул к детям, но Бен развернулся к нему боком, заслоняя собой сестренку.