Чтение онлайн

— Это снимет индикаторы на ваших ногах. Пароль — это даты вашего с Нэми рождения. Только цифры без символов и пробелов в следующем порядке: день, месяц, год полностью, сначала его дата, потом — твоя, запомнил? Ввести пароль и «отключить» нужно сразу, допустимый интервал между действиями — всего несколько секунд. Сделай это, когда будешь у забора, не раньше! После этого у вас останется около десяти минут до прибытия подразделения экстренного реагирования. Если что-то случится со мной — отключай сразу же, потому что на Базу поступит сигнал о наступлении моей смерти, и времени у вас не останется. В самом конце заднего двора, по точной прямой от окон спальни Нади под забором есть ров. Это сделал её доберман. Не знаю, как давно это произошло, но я заметил яму только две недели назад. Она засыпана листьями. Возможно, Надя заранее знала, что произойдёт нечто страшное и подготовилась. Разбуди её в первую очередь. К воротам идти бессмысленно, замок автоматически блокируется при отключение электричества и открыть его могу только я через отпечаток пальца. Если Серафима попала на территорию, то как-то иначе. Попытайся вывести остальных, но если не получится, умоляю, спасайся сам.

У Штольберга участилось биение сердце от столь поспешного изложения мысли. Клаэс чувствует охватившую его тревогу, но беспокоится Иероним вовсе не за себя. Он смотрит на младшего сына со столь сильной внутренней болью и отчаяньем, будто заведомо знает, что видит его в последний раз. Вдруг Штольберг порывисто хватает Клаэса за плечи и прижимает к себе так крепко, что у того перехватывает дыхание.

— Пожалуйста, живи. — Шепчет Штольберг почти на ухо, зажмурившись и уткнувшись носом в висок сына.

Клаэс цепенеет от неожиданности и не знает, куда деть руки. Стоит ли обнять его в ответ, поблагодарить или выразить сожаление о том, что им снова придётся разлучиться. Штольберг предусмотрел путь отступления для своих пленников в чрезвычайной ситуации, и этот жест однозначно подтверждает факт примирения с тем, что в ближайшие часы ему предстоит расстаться с собственной жизнью, потому наказание от начальников за своенравие его ничуть не страшит.

— Идём. — Он совершает над собой усилие, чтобы отстраниться от Клаэса, и за руку тянет его к лестнице на второй этаж.

В доме не слышно ни звука. По ступеням они поднимаются крадучись, будто воры. Штольберг бесшумно забегает в свою спальню и возвращается оттуда с заряженным кольтом.

— Зайти к Наде, а я разбужу Марину и Артура. — Говорит Иероним.

— Так ты, оказывается, выжил…

Позади, из глубины коридора звучит тихий и очень спокойный голос Симы. Клаэс и Штольберг оборачиваются к ней. Иероним на уровне рефлекса направляет на девочку дуло пистолета, но она этого будто бы и не замечает. Серафима явилась босиком, в тех же коротких шортах и свободной футболке, в которых спала и вынуждена была покинуть своё жилище. Волосы её всклочены. Остекленевшие от пережитого потрясения глаза широко раскрыты.

— Опусти пистолет, или все твои питомцы сейчас же умрут. Я, конечно же, пообещала одному из них, что не трону пленников, но с его стороны было очень глупо мне верить. Я была уверена, что ты сдох в тот же день, когда умерла моя мама. — Взгляд девочки становится осознаннее, она сосредоточенно хмурится. — В чём дело? Не понимаю… Я не могу рассмотреть тебя.

Клаэс вспоминает уточнение Штольберга касательно уровня Коэффициента, при котором невозможно пробиться через установленный ментальный барьер, и с надеждой подмечает, что он сам давно способен это сделать.

— Вот как… Вы научились защищаться. Очень любопытно. Поздравляю, но сейчас тебя это не спасёт, если ты рассчитываешь сохранить жизнь тем, кто сейчас мирно спит в своих уютных кроватках. Положи пистолет на пол и толкни ко мне.

Штольберг колеблется лишь пару секунд, после чего с полноценным и осознанным чувством обречённости выполняет приказ. Сима поднимает кольт и внимательно его рассматривает. Клаэс понимает, что в данный момент должен превосходить её возможности, но подобраться к девочке не получается, она будто находится в забетонированном непроницаемом коконе.

— Если он умрёт — здесь очень быстро окажется подкрепление, у тебя не хватит на всех патронов. — Осторожно сообщает Клаэс.

— А мне наплевать на это, Клаэс, я пришла за тобой.

Серафима порывистым движением выкидывает руки вперёд, наводя прицел на Андера, и жмёт на спусковой курок. Клаэс не успел бы уклониться, и спрятаться было негде, он лишь отрешённо зажмуривается, готовясь к предсказуемой боли, но та не приходит и после второго выстрела. Прямо перед ним, разведя руки в стороны и полностью закрыв собой, стоит Штольберг. Звучит третий выстрел, четвёртый, пятый, шестой, седьмой… Патроны кончаются. Серафима раздражённо продолжает жать на курок, а затем с гневным возгласом швыряет кольт в стену. Колени Иеронима подкашиваются. Почти ничего не соображая, Клаэс машинально подхватывает его под руки и опускается на пол вместе с ним. Судя по всему, несколько раз Серафима промахнулась. Из точных попаданий — два ранения в грудь, одно в область солнечного сплетения и пробитое бедро. Дрожащими руками Клаэс поддерживает голову и спину Штольберга, с ужасом глядя в его начинающие мутнеть глаза.

— От… кл… отклю… чить… — Едва разборчиво шепчет Иероним, захлёбываясь кровью, и указывает на карман брюк Клаэса, в котором лежит телефон.

Тело Иеронима обмякает, голова безвольно запрокидывается. Клаэс замирает в оцепенение, и ему кажется, что его собственное сердце вот-вот остановится. Он слышит тихие приближающиеся шаги, но никак не реагирует на них. Стиснув зубы и зажмурившись, Клаэс крепче прижимает к себе Штольберга, в котором больше не чувствует жизни, и утыкается своим лбом в его лоб.

— Не лучшее время для скорби, Клаэс.

Перед ним стоит Игорь. Он выглядит абсолютно безразличным к происходящему и даже скучающим. Серафимы в поле зрения уже нет.

— Кажется, она испугалась тебя. За то время, пака вы не виделись, ты стал гораздо сильнее, и девчонка это поняла. Ну и сучка же она… Клаэс, ты слышишь меня? Нам пора валить отсюда. Отключай индикаторы.

Клаэс бережно опускает тело Иеронима на пол и поднимается. Он переводит хладнокровный взгляд на Игоря, сжимая кулаки, и тот непроизвольно отступает на несколько шагов назад.

— Для выяснения отношений момент тоже не подходящий. Можешь избить меня, если хочешь, или даже убить — мне всё равно. Но только не здесь. Я не хочу умирать в этом доме, чтобы меня потом препарировали, единственное моё желание — больше не быть для них полезным. Ну же, соберись. Если решишь потратить время на меня, то и сам не спасёшься. Ты же не хочешь, чтобы его смерть была напрасной? Отключай браслеты, Клаэс.

Вопреки закипающей внутри ненависти, Клаэс соглашается. Он выполняет алгоритм действий по инструкции Штольберга, браслет на его ноге издаёт протяжный, тихий писк, открывается, как устричная створка, и сваливается с щиколотки. Ставший бесполезным телефон с треском падает рядом. Игорь будто бы не замечает этого. Он не отводит взгляд от трупа. Клаэс ощущает исходящую от него едва уловимую грусть. Приглашая в дом Серафиму, Игорь не мог быть уверенным наверняка, как она себя поведёт, сдержит ли обещание и пощадит ли его самого.