Чтение онлайн

– Ну и как же ты это сделаешь? Нам интересно на это посмотреть.

– Лучше бы ты этого не спрашивал, – с этими словами Аверэль спокойно встал, даже не замечая веревок.

Связанными руками он вытащил из волос маленький металлический стилет и проткнул им руку говорившего мужчины. Затем эльф быстрым движением повернул свой корпус и полоснул по голове ближайшего с оружием. Ухо бедняги отвалилось.

– Вот и все. Чего тут сложного, – сказал Аверэль, мастерски перерезая веревки.

Остальные стояли, не веря глазам. Покалеченный пытался остановить кровь, бегущую из раны. Безухий лежал без сознания, угодив головой в ведро.

– Господа, вы арестованы. Именем короля, преклоните колени. Вы имеете право хранить молчание, но это вам не поможет.

* * *

– Как же так получается, Аверэль? Мои люди над этим делом работали почти год, а ты в первый же день арестовал участников заговора. Не всех, конечно же, а только малую часть. Но все равно, палачи выбьют из них всю нужную нам информацию. Расскажешь, как?

– Это был тщательно проработанный план, который привел меня к успеху. Они даже не наложили на меня никакого связывающего заклинания. Может, они идиоты?

«Да, план, еще какой – это даже удачей трудно назвать – был случайно втянут в эти «игры». Слава богам, живым выбрался! И то благодаря тому, что пьян был» – подумал эльф, изобразив удивление.

– Не думаю, возможно, они посчитали, что ты не окажешь сопротивление.

– Возможно, возможно, – Аверэль прокручивал в голове вчерашний вечер и пытался в точности вспомнить, что же там произошло.

"Единственный раз пытался отдохнуть, расслабиться… Эх, сколько ж я вчера выпил?" – промелькнуло в голове эльфа.

Ничейные земли

Огненный шар стоял в зените, но густая листва не давала солнечным лучам достичь земли, создавая полумрак, переполненный звуками леса.

Маленький отряд, состоящий из двух гномов и эльфийки, продвигался вперед несколько дней, не делая привалов. Лошади едва передвигали ногами, от их резвости уже не осталось и следа. Всадникам приходилось время от времени идти пешком, чтобы дать коням передохнуть. Магия уже не действовала, потому что сама волшебница так устала, что с трудом могла связать даже легкое заклятие.

Клем прекратил тщетные попытки убрать волосы со лба и крепче вцепился в луку седла, позволив лошади самой выбирать направление. Его кобыла, обмахиваясь хвостом, следовала за жеребцом Грога. А Грог неутомимо гнал коня вперед, не делая поблажки никому, но, обернувшись и заметив, что Киа едва держится в седле, усомнился в верности своих действий. Если в ближайшее время они не сделают привал, то кони падут. Это позволит преследователям догнать их в считанные часы, хотя им и удалось выиграть время, продвигаясь несколько дней без отдыха. Если бы не магия, они бы свалились с лошадей на третий день пути к Альруху. Главное – добраться туда, а там затеряться среди народа и отправиться в королевство Мирит.

Приняв решение, Грог поднял руку, объявляя привал. Рыжебородый едва не выпал из седла от удивления, но, поняв, что это ему не померещилось, потянул за уздцы, останавливая лошадь. Пригладив непокорные медные кудри, Киа последовала примеру Клема. Рядом как раз располагалась роща. Среди мягкой травы, опутавшей корни деревьев, скрывался ручей, звенящий веселой песней воды. Лошади зашевелили ушами, прислушиваясь к этой мелодии.

Клем обнаружил небольшое углубление среди деревьев. Собрав сухого хвороста, он аккуратно уложил его в ямку и, достав огниво, поджег ветки. Язычки пламени, весело потрескивая, охватили добычу и, резко увеличившись в размерах, лизнули пальцы гнома.

Расседлав коней, Киа подошла к костру, а затем исчезла в зарослях, сопровождаемая сердитым шелестом листьев.

Удалившись от костра, эльфийка ступила в таинственный полумрак. Тени деревьев создавали в воображении девушки немыслимые образы. Этот мир был полон неясных шумов и невероятных существ. Неведомые растения оплетали стволы деревьев, пытаясь пробраться к свету, прорывавшемуся сквозь листву.

Внезапно луч солнца осветил ствол ближайшего дерева. Послышался шорох. Киа приподняла голову и вгляделась в заросли. Солнечный луч упал на лицо эльфийки. Возмущено фыркнув и прикрыв лицо, Киа вступила в полумрак, прячась от яркого света. И как только она скрылась в темноте, на освещенный участок выбежала белка, шерстка которой играла серебром. Во рту она держала желудь и цеплялась лапками за кору дерева, пробираясь к дуплу, при этом она задевала хвостом листву, создавая слабый шум, который и слышала Киа.

Эльфийка улыбнулась. Она отряхнула штаны из плотной зеленой ткани и вышла из тени. Белка, которая уже достигла верхних веток, испугалась и скрылась в своем убежище. Еще раз улыбнувшись, Киа покачала головой, поправила лук за спиной и вернулась к месту стоянки.

Ему хотелось пить, и жажда гнала вперед. Кровь вскипала в венах, заставляя ускорять бег. Но ветер, раздувающий шерсть, не охлаждал, а, казалось, наоборот раздувал жар тела. Ветви хлестали по глазам, и никак не удавалось избежать их болезненных ударов.

Он остановился и, приподняв волчью морду, посмотрел на солнце. Когти впились в белесый ствол березы, оставляя на стволе глубокие порезы. Крупные прозрачные капли потекли к земле. Холодок пробежал по коже, вызывая дрожь в теле. Он жадно набросился на влагу и нетерпеливо прокусил кору дерева клыками – прохладный березовый сок потек в рот, охлаждая глотку и притупляя жажду. Напившись, он отошел от дерева и, подцепив когтем немного глины, замазал раны от зубов, оставленные на стволе. Жажда на первое время притупилась, но он знал, что она вернется, как было несколько часов назад. Левое плечо до сих пор словно горело огнем, который распространялся по всему телу и обжигал его, как раскаленный уголь. Он не имел понятия, чем его опоили крестьяне, но знал, что без знахаря здесь не обошлось.

Пригнувшись к земле, зверь приготовился продолжить бег, но вдруг заметил таинственную фигуру. Она неспешно приближалась к его логову. Он напряженно застыл, вглядываясь в полумрак, пытаясь разглядеть того, кто за ним следит. Кровавый туман застилал глаза, мешая сосредоточиться. В конце концов, ему удалось различить, что фигура остановилась и натянула тетиву лука… Тут в нем взыграл гнев. Он не позволит людям добить его, уже истратившего добрую половину своих сил.

Измотанное тело напряглось в ожидании опасности и подготовилось к прыжку. Пульсирующая боль подпитывала гнев, заставляла его разгораться все сильнее, захватывая все существо и не оставляя сил на мысли. Морда зверя устрашающе оскалилась. Страх, который прятался где-то в глубине души, полностью испарился.

Звон тетивы, прорезавший тишину, прозвучал, как сигнал к атаке. Он отпрыгнул в сторону, резкая боль обожгла руку, но это уже было неважно…

Киа остановилась, заметив следы оленя, которые вели к поляне. Стараясь не шуметь, она достала лук и подкралась к кустам. На открывшемся взору пространстве, изогнув свою гордую голову, пощипывал траву олень. Достав из колчана стрелу, Киа натянула тетиву так, что она врезалась ей в щеку, и, затаив дыхание, стала ждать. Лучи солнца прорвали лиственный купол и осветили шкуру зверя золотисто-коричневыми красками. Приподняв голову, олень переступил тонкими жилистыми ногами и остановился, повернувшись боком к девушке. Киа нежно отпустила тетиву, звон которой громким эхом распространился по лесу. Стрела, прорезая воздух, вонзилась в шею животного. Олень попытался было издать утробный вой, но изо рта вырвалась лишь кровавая пена. Мотнув головой, зверь помчался вглубь леса, но на полпути упал, разрывая землю копытами. Ярко-красные капли скатывались по шее вниз к траве.