Бремя власти: Перекрестки истории
Шрифт:
Второй.Хочешь сто?
Первый.Что вы, сударь, Бога побойтесь! Хотя и крепостная, а все равно, что барышня. Шестнадцать лет, настоящий розанчик. Стирать и шить умеет.
Второй.Сто двадцать – и больше ни копейки.
Первый.Ну, черт с вами, – по рукам. Уж очень деньги нужны: в пух проигрался.
Третий.Так-то вот и у нас в полку штабс-капитан Раздиришин все, бывало, малолетних девок покупал и столько он их перепортил, страсть!
Трое – у печки.
Первый.Все люди из рук природы выходят совершенно равными, как сказал господин Мабли. [35]
Второй.В природе, сударь, нет равенства: и на дереве лист к листу не приходится.
Третий.Равенство есть чудовище, которое хочет быть королем.
Первый.Неужели вы, господа, не разумеете, что политическая вольность нации…
Второй.Вольность? Что такое вольность? Обманчивый есть шум и дым пустой.
35
Габриэль Бонно Де Мабли(1709–1785) – французский философ и историк.
Мансуров.Все прах, все тлен, все тень: умрем, и ничего не останется!
Третий.Vous avez le vin triste, monsieur! [36]
Шеншин.Ах ты, птенец, птенец! И как тебя сюда затащили?
Гарданов.Из трактира Демута, дяденька, за компанию. Пили там – все такие славные ребята. «Поедем, говорят, Вася, к Талызину». Вот я и поехал.
Шеншин.Ну, куда же тебе в этакое дело, мальчик ты маленький?
36
Вы грустны во хмелю, сударь! (франц.)
Гарданов.Какой же я маленький, помилуйте, мне скоро двадцать лет. Вчера предложение сделал – стишок сочинил, хотите, скажу? Только на ушко, чтоб никто не слышал.
Зачем в безумии стараться Восток с полуднем съединить? Чтоб вечно в радости смеяться, Довольно Машеньку любить.Ефимович.По исчислению господина Юнга Штиллинга, [37] кончина мира произойдет через тридцать пять лет.
37
Иоганн-Генрих Юнг-Штиллинг(1740–1817) – немецкий писатель-мистик.
Татаринов.Ого! Да вы, сударь, фармазон, что ли?
Ефимович.Мы – священники, перст Горусов [38] на устах держащие и книги таинств хранящие.
Татаринов (тихо). Просто – мошенники: в мутной воде рыбу ловят.
Ефимович.Наша наука в эдеме еще открылась.
Титов.Удивительно!
Ефимович.А известно ли вам, государи мои, что по системе Канта…
38
Горус(Гор) – бог восходящего солнца в Древнем Египте.
Скарятин.Это еще что за Кант?
Ефимович.Немецкий филоз'oф.
Филатов.Немец обезьяну выдумал!
Скарятин.А я вам говорю, братцы, у княгини Голицыной три обезьянки: когда самец и самочка…
Клокачев.Как же, знаю, знаю господина Канта – в Кенигсберге видел: старичок беленький да нежненький, точно пуховочка – все по одной аллее ходит взад и вперед, как маятник – говорит скоро и невразумительно.
Ефимович.Ну, так вот, государи мои, по системе Кантовой – Божество неприступно есть для человеческого разума…
Татаринов.А слышали, господа, намедни, в Гостином дворе, подпоручик Фомкин доказал публично, как дважды два четыре, что никакого Бога нет?
Титов.Удивительно!
Талызин.Господа, господа, нам нужно о деле, а мы черт не знает о чем!
Мансуров.Какие дела! Умрем – и ничего не останется: все прах, все тлен, все тень.
Долгорукий (поет).
Ах ты, сукин сын, Камаринский мужик, Ты за что, про что калачницу убил?Скарятин.А я тебе говорю, есть Бог!
Татаринов.А я тебе говорю, нет Бога!
Волконский.Петенька, Петенька, пропляши казачка, миленький!
Долгорукий.Отстань, черт!
Голоса.Слушайте! Слушайте!
Талызин (читает). Отречение от престола императора Павла I. «Мы, Павел I-й, милостью Божьей, император и самодержец Всероссийский, и прочее, и прочее, беспристрастно и непринужденно объявляем, что от правления государства Российского навек отрицаемся, в чем клятву нашу пред Богом и всецелым светом приносим. Вручаем же престол сыну и законному наследнику нашему, Александру Павловичу».
Розен.А где же конституция?
Талызин.Александр – наша конституция!
Голоса.Виват Александр!
Талызин.Мы, господа, на совесть. Извольте и то рассудить, что государь самодержавный не имеет права законно власть свою ограничить, понеже Россия вручила предкам его самодержавие нераздельное…
Бибиков.Помилуйте, господа, из-за чего же мы стараемся? Из-за круглых шляп да фраков, что ли?
Голоса.Круглые шляпы да фраки, виват! Виват свобода!
Клокачев.Не угодно ли будет, государи мои, выслушать прожект о соединении областей Российской империи по образцу Северо-Американской республики?
Платон Зубов.А вот, погодите, задаст вам ужо Аракчеев республику!
Шум, крики.
Одни.Виват самодержавие!
Другие.Виват конституция!
Тучков.А мне что-то, ребятушки, боязно – уж не черт ли нас попутал?..
Талызин.Господа, господа! Дайте же слово сказать…
Голоса.Слушайте! Слушайте!
Талызин.Российская империя столь велика…
Первый.Велика Федора да дура.
Второй.Ничего в России нет: по внешности есть все, а на деле – нет ничего.
Третий.Россия – метеор: блеснул и пропал.
Мансуров.Умрем – и ничего не останется: все прах, все тлен, все тень.