Чтение онлайн

– Кстати, о кассе, – медленно, словно решаясь на ответственный шаг, проговорила девушка. – Я не должна этого делать, но...

Я даже слегка испугался. Не предложит ли она мне грабануть «Аркадаю»?

– Вы сегодня спрашивали меня об Иде Яковлевне Французовой, – так же медленно, тщательно подбирая слова, продолжала Ольга. – Так вот, я готова поделиться с вами информацией о ее счете.

– Мне бы не хотелось, чтобы вы совершали должностное преступление, – с улыбкой ответил я. – Тем паче у меня дома. Кое-что мне уже удалось узнать по своим каналам. Две тысячи долларов, ежемесячно поступающие со счета Рукосуева на счет Французовой, – раз.

Глаза Ольги Травкиной округлились, словно два чахлых полумесяца тотчас же превратились в две полные луны, а ротик – в третью.

– Но каким же образом... – только и могла произнести она.

– Секрет фирмы, – не без гордости ответил я. И второе – адрес, который вписан в личную карточку Рукосуева – вымышлен.

– Вы уверены? – встрепенулась Ольга. – Но ведь это может обернуться для нашего клиента серьезными осложнениями...

– Очевидно, еще более серьезные осложнения могут у него возникнуть, если кто-нибудь узнает его настоящий адрес, – предположил я.

Ольга, донельзя заинтригованная, смотрела на меня с восхищением, впрочем, смешанным с явной опаской. Так дети в зоопарке смотрят на огромного льва, который сидит в непрочной клетке, которую может разнести в клочья мощным ударом одной лапы.

– Вам приходилось общаться с этим загадочным человеком? – спросил я.

– Да, он был в моем отделе позавчера, – с готовностью отозвалась Травкина. – Такой высокий статный мужчина, брюнет, похож немного на Шварценеггера.

– По комплекции или на лицо? – поинтересовался я, мысленно прикидывая, как мне предстоит разбираться с господином Рукосуевым.

– И так и сяк, – Ольга обрисовала рукой в воздухе неопределенный квадратный силуэт. – Очень представительный мужчина. С таким широким золотым браслетом на правой руке. Еще бы! Наверное, дипломат.

Девушка мечтательно вздохнула, представив себе все прелести дипломатического быта.

– С чего вы взяли, что он дипломат? – удивился я. – Он, что, вам сам об этом сказал? Или вы завязали с ним беседу?

– Нет, просто, когда он открывал у нас счет, вместе с ним был какой-то старичок и они между собой переговаривались насчет посольств, приемов и диппочты. Да-да, – уточнила Ольга, – мне еще запомнилось, что у них были проблемы с переводчиками.

– Понятненько, – отозвался я. – Дипломаты народ серьезный.

В голове у девушки, конечно, был полный сумбур. Наш городок имел одно-единственное консульство – немецкое – и всерьез говорить о ежедневных приемах и переговорах с послами было по меньшей мере странно. Если не сказать больше – подозрительно.

Пока я задумчиво курил, Ольга два раза зевнула и я поймал ее вопросительный взгляд.

– Поздно уже, – загасил я окурок. – На улице ветер разыгрался, в каждой подворотне злые хулиганы. Оставайтесь-ка у меня.

Травкина даже не стала ломаться и тотчас осведомилась, где у меня ванна.

– Я быстро, – сказала она таким извиняющимся тоном, как будто я ее подгонял или уже в нетерпении ожидал ее в постели.

– А вы можете не торопиться, – довольно прохладно ответил я. – Полежите, расслабьтесь. Мне тут нужно по хозяйству... в каморке прибраться... Вот белье, можете располагаться прямо здесь.

И я вынул из-под подушки комплект, полученный вчера из прачечной.

Ольга была немного удивлена, но вида не показала и, усевшись перед зеркалом, стала вытаскивать из своей шевелюры невидимые миру шпильки.

Оставив ее за этим увлекательным занятием, я скользнул в кладовку к Приятелю и, с облегчением вздохнув, уселся на свое рабочее место.

– Наконец-то, – пробормотал я, прибавляя яркость на мониторе.

– НА КОНЕЦ ЧТО? – появилась надпись на экране. Похоже, Приятель в последнее время изрядно попутешествовал. За мой, кстати, счет, за чей же еще?

Есть, впрочем, кой-какая зацепка. Мой дружбан пару раз предлагал мне подсесть на хвост какому-нибудь номеру из расположенной в двух шагах от крупной татарской фирмы «Марат». С одной стороны, я бы сэкономил большую кучу денег и смог бы еще чуточку поднять Приятеля. Да и на джины бы хватало. Вроде бы, здесь почти не к чему прицепиться, – Приятель бродит по сетям обычно ночами, так что чужим разговорам не помешает. А в такой громадине как «Марат» пойди разберись, кто так наговорил на лишний лимон-другой-третий. Но меня смущало слово «почти». Если это раскроется, считай, что головы на плечах у меня уже больше нет. И не помогут мне ее приставить на место друзья-соседи – ни гоблин Колян, ни капитан ППС Макаров.

Впрочем, в последнее время у меня стало возникать подозрение, что Приятель самочинно подсоединяется к чужим номерам, используя их во время своих блужданий. Я удостоверился в этом, когда оплачивал последний счет. Сначала я просто подумал, что к цифре забыли приписать два нолика. Потом до меня дошло, что я своим руками заложил в Приятеля соответствующие качества. И что ему, голубчику, мешало, например, познакомиться с новейшими достижениями в области электронной «ловкости рук», благо рецептами подобного рода заполнен весь Интернет?

Получался забавный парадокс – скачивая обязательную криминальную информация с электронных версий периодических изданий и сайтов, Приятель не только тщательно занимался ее обработкой, но и принимал к сведению новейшие достижения в этой области. Познакомившись с программой «случайных чисел», он потихоньку стал применять ее на практике, подсаживаясь вразбивку на телефонные номера, выбранные из огромного списка коммерческих фирм.

Плюс знакомство как с бесплатными, так и с хакнутыми новинками: я неоднократно обнаруживал на винте программы, которые я не грузил. Приятель спокойно скачивал информацию, используя достижения взломщиков разного рода, даже умудрился несколько раз произвести крэки собственно хакеровской информации и получить доступ к материалам пиратской группы, релизившей крутые программы.

А сегодняшний его вопрос свидетельствовал о недавнем путешествии по электронным версиям словарей, – Приятель, как и полагается примерному ученику, постоянно пополнял свой словарный запас. Однажды он поразил меня фразой типа: «Твои ауспиции, любезный хакер, суть метафизическая трансгрессия, интенциональный вектор которой подрывает ущербную телеологию индивида». На таком языке, разумеется, общаться нам было бы сложно, поэтому мне пришлось раз и навсегда запретить Приятелю доступ к электронным конференциям по философии с усвоением материала. Нет, если хочет, пусть, конечно, читает, но чтоб не во вред работе.

Хотя в данный момент меня как раз интересовали лингвистические способности Приятеля.

– ЗНАЧЕНИЯ: ПОСОЛЬСТВА, ПРИЕМЫ, ДИППОЧТА, ПЕРЕВОДЧИКИ. СФЕРА НАША, – настучал я на клаве. Хоть из ванной и слышался громкий шум воды, сквозь который моя гостья вряд ли смогла бы разобрать хоть одно слово, я все же решил не рисковать и не пользоваться в этот вечер звуковым анализатором. Надеюсь, Приятель не обидится.

Не обиделся. Но не упустил случая показать норов: вместо оперативного ответа, выбросил на экран мультипликационное изображение медленно раздевающейся Мерилин Монро. Из ее густо накрашенного рта вылетало облачко пара, в котором вырисовывались два дрожащих слова: «Ждать и надеяться!» Я только хмыкнул. Приятель периодически украшал себя дурацкими заставками и подчас вел себя как самый натуральный чайник. Ничего, повзрослеет.