Чтение онлайн

— Извини, Джефф… — прошептала она, поспешно оглядываясь на Лиззи, чтобы убедиться в ее целости и сохранности. — Я не собиралась засыпать. Думала, что просто прилягу и буду за ней присматривать. — Джеффри прервал ее оправдания крепким поцелуем, от которого у обоих перехватило дыхание. — За что это, — выдавила она из себя радостно, хотя и недоуменно.

— Это, — хрипло прошептал он, — за то, что ты такая же неотразимо привлекательная, как… — он указал головой на малышку, — и она. — Потом, склонившись, он прижался к ее губам более нежно, более настойчиво и более соблазнительно.

— А это? — удалось спросить Саре, когда ее губы наконец-то освободились.

— Это за все остальное, что у тебя есть и чего она не имеет… пока.

— Лесть откроет перед тобой любую дверь.

— Да? — Огонек в его глазах вызвал у нее учащенное сердцебиение. — Тогда, если я скажу тебе, какая ты прекрасная, мудрая и предприимчивая, ты… согласишься пойти со мной завтра на вечеринку к Шипли?

Джеффри затаил дыхание. Его хорошее настроение моментально исчезло. Сара всегда ненавидела вечеринки, не любила толпу. Но это были его друзья, имевшие самые добрые намерения. Если бы она дала ему еще один шанс!

— Это было бы очень мило, — заметила Сара, с улыбкой поглядев на него снизу вверх. — А по какому случаю?

Джеффри был ошеломлен.

— Кгм… — прокашлялся он. — Когда Джон услышал о нашей женитьбе, то решил, что по этому случаю надо устроить праздник. — Он поколебался. — Ты ведь помнишь Джона с Ребеккой?

— Как же мне их не помнить? — усмехнулась Сара, но радость в ее тоне была весьма своеобразной. — У них чудесный старинный дом, позади которого очаровательный внутренний дворик, куда я обыкновенно пряталась, чтобы в одиночестве изучать Луну. Там было темно и безопасно, меня там было почти невозможно найти.

— Сара, ты же не…

— А где же, по-твоему, я находилась? — спросила она со скрытой обидой. — Или ты даже не замечал моего отсутствия?

Джеффри предпочел не отвечать, по крайней мере, на этом этапе разговора.

— На этот раз тебе это не удастся.

— Ты прав. В это время года там будет слишком прохладно.

— Я не это имел в виду…

— Ш-ш-ш, ты разбудишь ребенка.

Прищурившись, Джеффри смотрел, как довольная улыбка заиграла на губах Сары.

— Тебе же это доставляет удовольствие, не так ли?

Она была рада, но Джеффри не совсем понимал причину. Он-то ожидал, что она проявит нежелание или сомнение, а Сара, тем не менее, являла собой воплощение спокойствия. В своих джинсах и шерстяной водолазке крупной вязки она выглядела очень и очень сексуально. Ее волосы были распущены, в меру спутаны, а в глазах появилась сонливость…

Capa чувствовала, что на нее надвигается нечто, и выставила вперед руку, но ее ладонь лишь прижалась к груди Джеффри, когда он опрокинул ее на кровать.

— Джефф, ребенок!

— Она спит. Мы — тихо.

— Что ты имеешь в виду под этим «мы тихо»?

— Всего пару поцелуев. Никакого шума.

— Но, Джефф… — Он снова прервал ее и снова при помощи губ. И ей ничего не оставалось, кроме как наслаждаться этим, что она и делала в полную силу. Ребенок, хоть и спящий, служил им вместо дуэньи. Молчаливое присутствие девочки напоминало им о цели их брака.

Но мог ли ребенок соперничать в борьбе за полное внимание женщины с сильным красивым мужчиной, особенно когда ребенок мирно спал, а мужчина бодрствовал и был полон желания? И когда его губы стали ласкать ее рот обольщающе стремительно, она оказалась не в силах реагировать иначе, чем женщина, охваченная вдохновленной им страстью.

— Ммм… Твои губы всегда такие сладкие, — прошептал он, но не дал ей времени для ответа, вновь впившись в них со всевозрастающей жаждой, которая не оставляла сомнений в его чувствах.

Сара попыталась оттолкнуть его, но ей оставалось лишь обвить руками его шею, заставляя его теснее прижаться к себе. Вес его тела, прижимавшего ее к постели, сам по себе подействовал на нее возбуждающе, и она почувствовала, как в ней разгорается неутомимое желание. Она дала волю своим пальцам исследовать силу его мускулов, скрываемых рубашкой, а затем просунула руки к нему на грудь, когда он, выгнувшись, отстранился.

Глаза его жадно пили очарование ее пламенеющего от любви лица, а голос стал густым и низким:

— Как ты ухитряешься выглядеть такой обворожительной, проведя день в хлопотах со строителями и Лиззи?

— Я страшная, как ведьма!

— Тогда весьма сексуальна. Черт! — С этими словами Джеффри крепко поцеловал ее. Его пальцы потянулись к ее бедру, а потом медленно, сантиметр за сантиметром, стали подниматься выше. Сара почувствовала, как вместе с движением его пальцев трепещет ее сердце, подчиняясь нежному давлению, исходившему от его руки, двигавшейся от бедра по животу, а затем дальше, через талию и грудь к шее. Не в силах далее терпеть эту пьгтку, Сара схватила его руку, удерживая ее у себя под подбородком. Нежно поцеловав его в ладонь, вопросительно подняла на него глаза.

— Пожалуйста, Джефф, не надо. Я больше не могу.

— Ты не можешь? — воскликнул он, а затем, будто сам поразился своему изумленному возгласу, медленно сел на край кровати и стал тщательно поправлять на себе галстук, но по зрелом размышлении вообще снял его. Потом вновь бросил на Сару смущенный взгляд и перевел его на ковер, рассеянно теребя галстук, снова посмотрел на нее. — Но ты ведь пойдешь со мной на эту вечеринку?

Сара почувствовала себя так, словно пропустила удар. По временам Джеффри так обескураживал ее. Например, теперь, когда велась борьба между страстью и сдержанностью, она сознавала, что желанна, но что он может остановить себя. Или так бывает, когда сердце не принимает в этом участия? Но ведь они так хорошо ладили с тех пор, как она прилетела. Сохранял ли он полное равнодушие или просто противился растущей привязанности?

У Сары не было ответов на эти вопросы. Что касается его вопросов, ситуация была другой.

— Само собой, на вечеринку я пойду, — мягко ответила она. — Она должна быть замечательной.

Если Джеффри был поражен полнейшим спокойствием, с которым она приняла приглашение, то его изумление многократно увеличилось благодаря абсолютной невозмутимости, с которой она держалась в ходе самого этого вечера. В ожидании его она не проявила ни малейшей нервозности, все субботнее утро пребывала в отличном настроении, была весела в субботу после обеда и полностью уверена в себе, когда позднее спустилась в холл, одетая в длинное черное шелковое платье с белой отделкой у ворота, на талии и запястьях, что придавало ее облику особо изысканный вид.

— Великолепно, — похвалил Джеффри, но возбужденный блеск в его серых глазах компенсировал неадекватность восхищения, выраженного столь банальным образом.

— Ты тоже отлично выглядишь, — отозвалась Сара, со знанием дела оценив его черный костюм, накрахмаленную белую рубашку и то, как они облегали его высокое сильное тело. Подойдя к Джеффри, Сара обратила внимание на ароматную влажность его волос, чрезвычайную гладкость выбритых щек, едва уловимый запах лосьона после бритья, что в совокупности еще больше усиливало впечатление мужественности, с которой ей предстояло иметь дело.