Чтение онлайн

Когда он взглянул на нее сверху вниз, на лице его появилось выражение пронзительной нежности.

— Я люблю тебя, Сара. Я хочу, чтобы ты навсегда осталась со мной. Ты нужна мне. Разве ты этого не видишь?

Услышав в его тоне настойчивые нотки, Сара разрешила себе осторожную надежду.

— Я хочу видеть это, но… иногда это бывает нелегко. Случается, что ты кажешься таким далеким, когда я не знаю, о чем ты думаешь, и боюсь сказать тебе, о чем думаю я.

— Мы не разговариваем.

Она осмелилась слегка улыбнуться.

— Ты хочешь сказать, мы говорим, но не разговариваем.

— Именно. И нам предстоит это изменить. С этого момента пусть у нас будет что на уме, то и на языке.

— Я люблю тебя, — прошептала она с мгновенной покорностью.

— А я люблю тебя, — ответил он, протягивая ей навстречу руки приглашающим жестом, которого она ожидала. Не колеблясь, она прижалась к нему всем телом, совершенно выдохшаяся, но полная страсти. — Здесь твое место, — сказал Джеффри. — Никогда не забывай этого. — Он еще сильнее притянул ее к себе, зарываясь лицом в золото ее волос. — Я люблю тебя, Сара Маккрей Паркер. Я люблю тебя.

Сара никогда не слышала столь восхитительных слов.

— Правда? — спросила она, стараясь поверить в то, что ее мечты могут исполниться.

— О да, — простонал он, вздрогнув. — Я люблю тебя. — Они стояли, обнимая друг друга, выражая желания своих сердец. Когда, наконец, Джеффри пошевелился, то лишь затем, чтобы взять ее на руки и понести к двери.

— Ключ, — хрипло прошептал он. — В кармане моей рубашки.

Покопавшись, Сара, в конце концов, достала ключ, остановившись на полпути, чтобы запечатлеть нежные поцелуи на его шее вблизи воротника. Ее кожу, казалось вдруг обдало жаром.

— И сколько бы ты продержал меня так взаперти?

— Пока ты не решила бы остаться.

Она держала перед ним ключ.

— Я сдалась очень скоро, не так ли?

Он посмотрел на нее с обожанием.

— Очень скоро. — Потом указал головой на дверь. — Открой ее.

— А что, если я этого не сделаю? В каждой игре два игрока, как тебе известно. Я помню одну интересную ночь, которую мы провели как раз здесь.

— Открывай, — прорычал он.

Она нагнулась и открыла дверь.

— Куда ты меня несешь?

— Я только следую указаниям врача?

— Указаниям врача?

— Угу. Он прописал тебе постельный режим, и ты будешь его соблюдать.

— Но, Джефф…

— Не спорь.

Она и не спорила. Потому что, в конце концов, он нес ее… в свою кровать. Наконец- то.

Двое суток спустя она оставалась на том же месте, когда Джеффри ворвался в комнату с тем же полным любви выражением, которое не сходило с его лица со времени их объяснения. Наклонившись над ней, он ласково и медленно поцеловал ее, а потом выпрямился, чтобы скинуть пиджак и бросить его на стул.

— Ты рано пришел сегодня, — с удовольствием отметила она, глядя, как Джеффри выкладывает на ночной столик блокнот.

Он широко, с любовью улыбнулся.

— Что-то я не мог сосредоточиться. Потом поднял подбородок и потянул за конец галстука. — Смешно, но в последние дни это стало моей постоянной проблемой.

— О?

— Не говори это «о?» с таким невинным выражением лица. Уверен, что ты точно знаешь, в чем заключается эта проблема. — Галстук упал поверх пиджака, и Джеффри занялся пуговицами рубашки. Сара наблюдала за ним как завороженная, ощущая, как растет в ней возбуждение. Снимая брюки, он, в конце концов, сказал: — О'кей, теперь можно. Что у тебя сейчас на уме?

— Сейчас? Я думала, как я обожаю твое тело. — Выскользнув из-под одеяла, она села на кровати, потянувшись к нему. Джеффри с жаром подался вперед, увлекая её вместе с собой обратно на постель и осторожно укладывая на подушки. И так они лежали, со сплетенными вместе руками и ногами, а их лица разделяло расстояние всего в несколько дюймов. Сара откинулась назад, устраивая голову на его плече. — Как чудесно!

— Правда? — спросил он с шаловливым блеском в глазах.

— Угу.

Он поцеловал ее еще раз, очень нежно, потом погладил длинную прядь волос, отводя ее от ее щеки, и стал вдруг серьезным.

— Я говорил тебе когда-нибудь, почему ждал, пока мне исполнится двадцать восемь лет, чтобы жениться?

— Я считала, потому, что у тебя было все, что ты хотел, и без женитьбы. Эта мысль беспокоила меня чуть ли не больше всего, когда в наших отношениях появилась трещина. Я спрашивала себя, почему ты женился на мне, когда вокруг было столько других, более искушенных женщин, которых тебе было достаточно, поманить пальцем.

— Я их не хотел, Сара, я хотел только тебя. У тебя единственной было то тепло, в котором я нуждался. Ты была другая. Ты была живая. И ты по-прежнему сохранила все это и приобрела нечто большее. О! — Высвобождаясь из ее объятий, он вскочил с постели.

— Джеффри, куда ты…

— Ты настолько свела меня с ума, женщина, что я не могу думать как полагается! Я же пришел не за этим, у меня была другая цель, из-за которой я вернулся домой пораньше. — Нагнувшись к стулу, Джеффри сунул руку в карман пиджака и достал коробочку, завернутую в белую бумагу и перевязанную шелковой ленточкой.

— Зачем это? — спросила Сара, рассматривая коробочку, которую он ей протягивал.

— Это… затем.

— Затем?

Он ухмыльнулся.

— Затем. Открой. Посмотри.

Не сводя с него подозрительного взгляда, Сара осторожно развернула коробочку, и, как и предполагала, это оказалась коробочка для кольца.

— Джеффри… что… — Осторожно открыв ее, Сара увидела великолепный неоправленный бриллиант. Поворачивая его, она рассмотрела бриллиант со всех сторон, и ее наметанный глаз ювелира легко определил его ценность. — Он восхитителен. Но я не понимаю…

— Это тебе, Сара, Я хочу, чтобы ты сделала для себя кольцо.

— Но я никогда не работала с бриллиантами.

— Я это заметил. Но почему? Ты работаешь с рубинами, сапфирами и изумрудами. Почему не с бриллиантами?

— Потому что… Потому…

— Только честно…

— Честно? Потому что в моем представлении бриллианты всегда связывались с обручальными кольцами и обещаниями счастья.

— А ты думала, что у тебя ничего такого не будет?

— Пожалуй.

— Значит, ты была не права. Вот и все.

— Но мы никогда не были обручены.

— Нет, — согласился Джеффри, не смущаясь. — Этим кольцом я говорю тебе спасибо.