Чтение онлайн

В журнале боевых действий дивизиона есть такие строки: «18.12.41–1.1.42 г. дивизион действовал на участке Кшень — Мармыжи, поддерживал наступление 160-й стрелковой дивизии и 13-й гвардейской стрелковой дивизии. В боях за овладение станцией Мармыжи уничтожено 4 танка и до двух рот солдат противника». [13]

Утром 19 декабря была поставлена новая боевая задача — овладеть станцией Мармыжи. Растянувшись цепью по перегону, бронепоезда открыли огонь. В атаку двинулись бойцы 96-го стрелкового полка 87-й дивизии.

Но гитлеровцы бросили в бой танки. Бронепоезда потеряли главное качество — маневренность. У головного бронепоезда фашистские танки разбили переднюю платформу, повредили паровоз. Пришлось отойти в Кшень.

Вечером полковник А. И. Родимцев собрал командиров бронепоездов. Невысокого роста, коренастый, он был словно влит в белый полушубок, туго перетянутый портупеей. Окинув быстрым взглядом собравшихся, полковник приступил к делу: «Завтра любой ценой необходимо взять Мармыжи. Нужно помочь пехоте метким огнем».

Рассвет 20 декабря выдался морозным и туманным. Подхваченный жгучим ветром, снег беспорядочно кружился в воздухе. В суровой настороженной мгле притихли семь бронепоездов. Но вот серую темень прочертила бледно-зеленая ракета. И тотчас впереди застучали пулеметы. Один за другим послышались разрывы неприятельских мин. «Огонь!» — передалась по бронепоездам команда. Раздался оглушительный залп из тридцати орудий. Пехотинцы, поддержанные артиллерией, пошли в атаку на врага.

Передний бронепоезд, стоявший у разрушенного мостика, окутался клубами пара. Вражеский снаряд угодил в сухопарник. Через минуту послышались снова сильный взрыв и скрежет брони. На этот раз была разбита башня на другом бронепоезде. Воронежская «девятка» и курские поезда выдвинулись вперед. К полудню фашисты, понеся большие потери, начали отступать. Они откатывались все дальше на запад.

Вспоминая о боях за Мармыжи, комиссар воронежского бронепоезда № 9 И. С. Арчаков рассказывал:

— Бронепоезд прибыл на огневую позицию в район станции Мармыжи. Метким огнем было уничтожено восемь фашистских пулеметных точек. После артиллерийского огня бронепоезда в атаку пошли пехотинцы 537-го стрелкового полка 160-й дивизии. Командование полка дало высокую оценку действиям «Дзержинца».

После взятия Мармыжей бронепоезда распределили по станциям для охраны разгружавшихся эшелонов. «Бесстрашный» остался в Кшени, а 14-й направили в Грайворонку.

Зимние месяцы 1941–1942 годов ознаменовались массовым сооружением бронепоездов в тыловых депо, на ремонтных заводах НКПС, находившихся даже за сотни километров от линии фронта.

«Цех — фронт, станок — оружие», — под таким девизом трудились сотни рабочих Ташкентского паровозоремонтного завода. В ноябре 1941 года в котельном цехе бригада мастера К. Н. Матвеева начала работы по оборудованию бронепоездов. Строителей тогда называли гвардейцами трудового фронта. Пожелтевшие страницы заводской многотиражки «Гудок красновосточника» сохранили имена стахановцев военной поры, вложивших труд в создание грозных крепостей. Это братья Брыкины, котельщик Караташкин, газорезчики Уразов и Лазоренко.

Не хватало бронелистов нужной толщины. По совету уполномоченного НКПС Н. П. Конанюка было решено устанавливать сдвоенные листы. К 30 декабря 1941 года боевые машины были покрыты броней. 12 января 1942 г. бронепоезд «Узбекистан» был доставлен на артиллерийский полигон для испытания брони на прочность. После обкатки с представителями отдела бронепоездов НКПС боевые поезда «Узбекистан» и «Комсомол Узбекистана» были направлены в Оренбург. Здесь под командованием капитана К. Д. Магилевцева формировался 28-й отдельный дивизион.

22 марта 1942 года пополненные зенитным вооружением и укомплектованные личным составом бронепоезда «Узбекистан» № 677 под командованием лейтенанта С. К. Иванова и «Комсомол Узбекистана» № 708 под командованием старшего лейтенанта Н. А. Грешнева отбыли в Москву в распоряжение Главного автобронетанкового управления Красной Армии.

В паровозном депо Москва-Пассажирская Ленинской железной дороги в короткий срок было построено два бронепоезда. Первый бронепоезд начал сооружаться в ноябре 1941 года, когда фашисты стояли у рубежей Московской обороны. Большую организаторскую работу вели начальник паровозного отделения Г. П. Тютиков, начальник паровозного депо Б. А. Ильин, его заместитель инженер А. Г. Буровцев. Более двух недель не выходили из деповских цехов мастера С. И. Васильев, М. М. Заваленов, котельщики Ф. О. Кротов, А. И. Медведев, Ф. А. Старостин, сварщики П. А. Гамов, И. А. Зайцев, П. И. Киселев, слесарь И. С. Илюхин и другие рабочие депо.

«Народный комиссариат путей сообщения с удовлетворением отмечает Вашу патриотическую инициативу, — указывалось в телеграмме, направленной коллективу депо Москва-Пассажирская-Ленинская. — На строительстве бронепоездов Вами проявлено большое упорство, настойчивость, сметка.

Под командованием капитана Ананьева и лейтенанта Голованца они наносят сокрушительные удары по немецко-фашистским ордам на подступах к Москве. НКПС надеется, что и третий бронепоезд — «Железнодорожник Ленинской» — будет выпущен в установленный срок». [14]

18 октября 1941 года, когда немецкие танковые соединения из группы армий «Центр» прорвались к Можайской линии обороны под Москвой, бюро Горьковского обкома ВКП(б) приняло специальное постановление, одобрившее инициативу железнодорожников Горьковского узла о строительстве бронепоезда. Всем партийным, советским и хозяйственным организациям области было предложено принять активное участие в сооружении бронепоезда. При обкоме партии был создан совет содействия строительству во главе с секретарем обкома И. А. Слеповым. В совет вошли работники обкома партии А. Л. Кошелев, В. Ф. Янкавцев, начальник Горьковской железной дороги В. А. Ухтомский, руководители ведущих предприятий области.

Начальник Горьковской железной дороги В. А. Ухтомский возложил руководство сооружением бронепоезда на заместителя начальника паровозной службы дороги Л. Д. Рыбенкова.

К работе были привлечены квалифицированные военные и гражданские специалисты. Оборудование бронепаровоза Ок-139 шло в цехах паровозного депо Горький-Пассажирский (начальник С. Н. Черняев). Строительство броневых площадок находилось под контролем начальников вагонного депо Горький-Пассажирский Н. С. Иванова и вагонного участка Д. В. Гладких, мастеров В. А. Мясникова, И. В. Зайцева, П. А. Колбасина.

— Областной комитет партии поддерживал любую полезную инициативу, смелую инженерную мысль, предложения по поводу прогрессивных конструкций, материалов, технологии. В боях мы не раз с благодарностью вспоминали эту огромную работу, — отмечал секретарь узлового парткома станции Горький-Пассажирский А. С. Потехин. — По сравнению с бронепоездами, выпускаемыми в Сормово специалистами Брянской базы, наш бронепоезд получался приземистее, с наклонной броней, литыми танковыми башнями. По своей мощи он намного превосходил старые образцы броневых машин…