Бронированный кулак вермахта
Шрифт:
С обеих сторон в бой вводились вновь созданные и плохо оснащенные соединения. Так, у немцев действовали авиаполевые дивизии, которые через несколько дней боев, как правило, теряли боеспособность: несмотря на хорошее техническое оснащение, их подготовка оставляла желать много лучшего, а кроме того, у них не было опытных командиров. Создание авиаполевых дивизий было делом рук Германа Геринга, причем не имело под собой никакой здоровой основы. И за эту нелепость солдаты расплачивались своими жизнями.
У русских экипажи танков, особенно в механизированном корпусе, вряд ли вообще проходили какую-либо подготовку. Этот недостаток являлся одной из главных причин, способствовавших победе немцев 19 декабря.
Выше мало говорилось об артиллерии, которая не играла основной роли в этих высокоманевренных и протекавших с переменным успехом боевых действиях. Однако в ночное время артиллерия часто использовалась для огневых налетов по районам расположения войск противника. У нас нет достаточных данных, чтобы судить об эффективности такого тактического приема, но поскольку русские были вынуждены во время сильных морозов укрываться в деревнях, можно предположить, что достигались определенные результаты.
Ведение боевых действий на реке Чир облегчалось тем, что командование 5-й танковой армией русских бросало в бой корпуса, не согласовав по времени начало их действий и не организовав взаимодействия между многочисленными стрелковыми дивизиями. Таким образом, 11-я танковая дивизия имела возможность наносить удары поочередно то по одному, то по другому корпусу. В конце концов наступательная сила 5-й танковой армии была ослаблена до такой степени, что 11-я дивизия смогла совершить отход и начать подобные же действия против другой русской танковой армии.
Первые впечатления о тактике русских
Я собираюсь закончить эту главу изложением моих первых впечатлений о тактике русских. Впоследствии я неоднократно убеждался, что эти первые впечатления, сложившиеся у меня в ходе боев на реке Чир, оказались совершенно правильными.
По существу, каждому наступлению русских предшествовало широко применяемое просачивание через линию фронта небольших подразделений и отдельных групп. В такого рода боевых действиях никто еще не превзошел русских. Как бы тщательно ни было организовано наблюдение на переднем крае, русские совершенно неожиданно оказывались в самом центре нашего расположения, причем никто никогда не знал, как им удалось туда проникнуть.
В самых невероятных местах, где продвижение было особенно затруднено, они появлялись значительными группами и немедленно окапывались. Правда, для одиночных солдат такое просачивание не представляло собой трудности, так как живой силы на наших оборонительных рубежах было очень мало, а немногочисленные опорные пункты находились на большом удалении друг от друга. Дивизия обычно оборонялась на фронте около 20 км. Самым поразительным было то, что, хотя все находились в состоянии полной боевой готовности и не смыкали глаз всю ночь, наутро можно было обнаружить прочно окопавшиеся глубоко в нашем тылу целые подразделения русских со всем вооружением и боеприпасами. Такое просачивание обычно проводилось с величайшим искусством, почти бесшумно и без единого выстрела. Такой тактический прием применялся русскими сотни раз и обеспечивал им значительный успех. Против подобных действий существует одно средство: создать глубоко эшелонированную оборону, занять ее многочисленными войсками, организовать круглосуточное патрулирование и, что самое главное, создать достаточные местные резервы, готовые в любой момент вступить в бой и заставить противника отступить.
Другой характерной особенностью действий русских является стремление создавать плацдармы как базы для будущих наступательных действий. Действительно, наличие в руках русских войск плацдармов всегда создавало серьезную опасность. Глубоко ошибается тот, кто благодушно относится к существующим плацдармам и затягивает их ликвидацию. Русские плацдармы, какими бы маленькими и безвредными они ни казались, могут в короткое время стать мощными и опасными очагами сопротивления, а затем превратиться в неприступные укрепленные районы. Любой русский плацдарм,
Вид еще не разрушенного польского города из кабины немецкого бомбардировщика «Хе-111». Осень 1939 г.
Два танка дивизии СС «Лейбштандарт Адольф Гитлер» форсируют реку Бзуру. Битва на Бзуре была крупнейшей во всей польской кампании и длилась больше недели.
Ее исход решил судьбу западной части Польши. Сентябрь 1939 г.
Группа немецких штурмовиков «Ю-87» («Штука») над Францией. 29 мая 1940 г.
Французские артиллеристы заряжают свое тяжелое орудие. Франция, 29 мая 1940 г.
Французские танки продвигаются на передовую через разрушенный бомбардировками город. 25 мая 1940 г.
Солдаты немецкой танковой дивизии СС «Рейх» (2.SS-Panzer Division «Das Reich»). Франция 1940 г.
Немецкий танк на улице разрушенного французского города за день до капитуляции Франции. 21 июня 1940 г.
Марш немецких танков Pz III по югославской территории. Март 1941 г.
Белград после бомбардировки. 1941 г.
Командир 2-й танковой бригады Герман фон Балък на своем танке с пленным новозеландцем. Греция, 1941 г.
Генерал-лейтенант Эрвин Роммель, командующий Африканским корпусом в колонне 15-й танковой дивизии. Ливия, 1941 г.
Итальянская батарея на передовой позиции. Тобрук, Ливия, 6 января 1942 г.
Британский генерал Бернард Монтгомери, командующий 8-й армией, на танке М3 «Грант» следит за боем в Ливийской (Западной) пустыне.
1942 г.
Британские артиллеристы во время битвы при Эль-Аламейне. Октябрь 1942 г.