Чтение онлайн

— Можно спросить? — подал тихий голос Егор.

Он, как и его брат вчера, сидел за столом, закатав рукава рубашки.

— Спрашивай, — пожала я плечами.

— Почему "мотыльки"?

Я улыбнулась.

— Вчера ту же самую фразу про свет в окне сказал твой брат. Я и сказала, что на мотылька он не похож, чтобы лететь на этот свет. А теперь гляжу, это у вас семейное!

— Да, мы и правда во многом похожи. Даже привычки и… вкусы, — сделал он небольшую паузу и посмотрел на меня.

От его взгляда мне стало немного неловко. Не так, как обычно бывает неуютно с чужим человеком, а похоже на то, когда кто-то в компании ляпнул что-то, а тебе немного стыдно за друга.

Вот и Егор тоже ляпнул этакое… С подтекстом. И я всеми фибрами души не хочу на это как-то реагировать, не хочу усугублять и без того непростую ситуацию!

Кофемашина громко издала приветственный звук, с шипением наполняя подставленную чашку.

В молчании я дождалась, когда кофе заполнит кружку и поставила ее перед Егором, а затем села на стул.

— Ты не подумай. Я правда пришел извиниться! — как-то тяжело вздохнул мужчина напротив.

— Верю. Но мы вполне можем опустить ту часть, где ты врешь, что тебе очень жаль и ты больше никогда… — примирительно улыбаясь, ответила я.

Озорная улыбка коснулась и его губ. Он посмотрел на меня, почти открыто веселясь.

— Спасибо. У меня все равно не получается искренне извиняться… Но я должен был попытаться.

— Будем считать, что попытка засчитана.

Мы некоторое время в молчании наслаждались кофе. Больше никакого напряжения между нами не было, и мы даже немного посоревновались за последнюю дольку шоколадки, которую я вытащила из закромов к кофе, но, наигравшись, по-честному поделили несчастный квадратик терпко-сладкого лакомства.

Наконец, мы в нерешительности замолчали, периодически глядя друг на друга. Вроде бы и извинения получены, и кофе выпит, и даже за окном стало тише — город все-таки стал понемногу засыпать… Но Егор не уходил. Будто искал слова, чтобы начать какой-то разговор. И не находил.

— Марин, — тихо позвал он меня после еще нескольких минут молчания. — Ты можешь мне ответить честно?

И этот пронизывающий взгляд, который тут же напомнил мне о его брате.

— Спрашивай, — хоть и пыталась сдержать вздох, все же не смогла.

— Зачем тебе все это? Ты хоть понимаешь, что с тобой будет после всего этого?

— Егор…

— Нет, подожди! — завелся уже он, слегка повышая голос. — Ты осознаешь, что вся эта машина прокатится по тебе? Твое белье раскопают, выполощут и развесят на всеобщем обозрении! Я понимаю Пашку — у него слишком многое поставлено на кон! И он несет ответственность за команду, которая доверилась ему и пашет как рабы на галерах, не обращая внимания на время и дни недели… Но я правда не понимаю тебя! Я сказал, что после всего тебя будут считать депутатской брошенкой — и я не шутил! Мне не стыдно за эти слова, ведь так оно и будет!

Я вновь тяжело вздохнула.

— Брошенкой мне не привыкать уже быть, Егор, — я посмотрела прямо на него. — И у меня тоже есть люди, за которых я несу ответственность, — мои дети.

В глазах Егора мелькнуло понимание.

— Так это все — ради них? — грустно улыбнулся он.

— Конечно, — мой кивок. — Павел Сергеевич, по сути, предложил мне еще одну работу — по контракту. А оплата за нее именно такая, которая не могла меня не привлечь. Можешь считать меня последней продажной сволочью, но в будущем — хорошем будущем — я не могла отказать своим детям! И это не оправдание с моей стороны, а именно моя позиция.

Егор откинулся на спинку стула и какое-то время просто смотрел на меня.

— Ну что же… Теперь я зауважал тебя еще больше, — он даже кивнул в подтверждение слоим словам.

— Все? Мир восстановлен? — улыбнулась с облегчением я.

— Да, — весело отозвался Егор, но тут же вновь стал серьезным. — Только предупреждаю тебя, по-дружески, эти полтора года будут ужасно трудными!

Неделя пролетела незаметно. Ошарашив всех в понедельник новостью о женитьбе босса, Катарина с Ником тем самым закрутили информационное колесо, после чего путей к отступлению не осталось.

Я набралась храбрости и позвонила во вторник Сашке, постаравшись все подробно рассказать. Сестра была в шоке! Она несколько раз переспрашивала, не шучу ли я, и никак не могла поверить, что это правда! Кое-как разъяснив ей все, я почувствовала облегчение. Пока рассказывала все Сашке, будто посмотрела на ситуацию со стороны, расставила все по местам и поняла, что не все так страшно, как казалось на первый взгляд.

Рассказать все семье сестра решила сама, а я трусливо согласилась, свалив эту ношу на ее хрупкие плечи. Мы обсудили, что именно она расскажет, и Сашка пообещала мне потом перезвонить и поведать, как все прошло.

В среду мы выбрались на ужин вместе с Егором и Павлом Сергеевичем, которые, слава богу, помирились. Инициатором был сам Егор. Под предлогом того, что нам надо поддерживать легенду, он позвал нас на "семейный" ужин, разузнав предварительно, что в ресторане будет проходить какой-то репортаж и решив использовать этот случай как раз для того, чтобы мельком "засветить" меня на камерах. Все прошло как по маслу. У Егора даже взяли небольшое интервью, где он, будто ненароком, обронил, что пришел поужинать с братом и "его женой", но настоятельно попросил нас не беспокоить.

Репортаж произвел просто ошеломляющий эффект! Рейтинги Богомолова взлетели уже с утра четверга, посыпались десятки звонков с предложениями купить интервью у любого, кто пожелает пролить свет на тот факт, откуда у кандидата в депутаты вдруг обнаружилась супруга. Ник стал тем самым "добровольным информатором", грамотно преподнеся нашу историю общественности.

А в пятницу в кабинет после обеденного перерыва решительно вошла Катарина и безапелляционно заявила, что забирает меня, чтобы привести в порядок внешний вид Миссис Богомоловой.

На самом деле мы решили сделать мне двойную фамилию, чтобы мне и детям было комфортнее. Я только поражалась, насколько легко и быстро деньги решали, казалось бы, невозможные вопросы!

Не встретив сопротивления начальства, Катарина сгребла меня и первым делом направилась в салон красоты.

Салон — хотя у меня язык не повернулся его так назвать, настолько были поразительны его масштабы! — девушка тоже выбрала неслучайно! Все светские львицы и прочие знатные кошечки этого города обитали там. Катарина сделала все хитро: заведя меня внутрь, облаченную в темные очки и шифоновый платок, после многочасовых трудов своего стилиста, с которого вытребовала подпись под бумагами о неразглашении, вывела меня в свет уже обновленную и, чего уж скромничать, прилично похорошевшую. По пути на выход из салона Катарина со мной на буксире "случайно" встретила всех особо значимых персон женского пола, находящихся в тот момент в здании. Таким образом, под покровительством девушки меня аккуратно "ввели в свет", заочно представив жену кандидата в депутаты Богомолова П.С.