Брысь, или Один за всех и все за одного
Шрифт:
Правда, остановить скачущую во весь опор лошадь никто не пытался. Вероятно, успевали заметить серьезное выражение на морде дога, восседающего на месте кучера. Лицезреть подпрыгивающих на ухабах котов вряд ли было возможно, так как карета передвигалась с большой скоростью.
Колеса протарахтели по брусчатке Нового моста, оставив позади остров Сите с величественным собором Парижской Богоматери, пересчитали выбоины на мостовых, обогнули виноградники холма Монмартр и устремились дальше на север.
За городские окраины лошадка никогда никого не возила, но Брысь подсказывал маршрут. Фотографическая кошачья память досконально воспроизводила географические подробности местности, увиденные искателем приключений на карте, а держать нужное направление помогал магический «компас», размещенный где-то в голове, дополняя не столь совершенный, как у собак, нюх.
Лорд, кстати, подтвердил правоту опытного путешественника, уловив на выбранной ими дороге недавнее присутствие графа Рошфора, проследовавшего в сопровождении конного отряда. Запаха из перчатки он пока учуять не мог, слишком много других появилось за последние часы…
Кардинальский дог сконфуженно доложил о результатах «иностранцу», волнуясь, что его чутье раскритикуют, но серо-белый кот почему-то воодушевился при имени графа и велел лошади прибавить ход. Однако отсутствие асфальта (ну, или хотя бы уже привычной брусчатки) осложняло передвижение и вскоре вынудило сбавить темп, иначе экипажу грозила неминуемая авария. Кобыла смогла наконец перевести дух и задать волнующие ее вопросы, первый из которых касался еды.
Безуспешно пытаясь вывернуть шею, чтобы рассмотреть, кто ею командует, лошадь поинтересовалась:
– Эй, господа хорошие, может, остановимся травки пощипать?
– Где травка, там и мыши! – немного смущенно присоединился к предложению Рыжий (после жирной кардинальской сметаны ему хотелось чего-нибудь диетического).
– Потерпите! Вот доедем до первого трактира и пообедаем все вместе. Лорд ведь грызунами не питается! – возразил Брысь, которому не терпелось догнать «фиолетового» с гвардейцами.
Увидеть говорящих так и не получилось, но кобылка поняла, что главный в странной компании не здоровенный пес (когда он внезапно прыгнул на хозяина, то со страху показался ей размером с доброго коня), а некто с бархатным голосом. Из тех, чьи кулинарные пристрастия выдавали котов. Вообразить себе представителей двух враждующих «кланов» мирно сидящими бок о бок никак не выходило, и лошадка продолжила беседу, рассчитывая внести ясность в происходящее:
– Меня зовут Ретивая Пегги, а вас?
– Ретивая – это то, что нам нужно! – хмыкнул Брысь. – Осталось только доказать, что вас так назвали не в шутку!
Впрочем, он не забыл о правилах этикета, поэтому представил Лорда, себя и друзей, а так же рассказал об «экскурсионной» цели поездки.
– Тогда зачем так торопиться? – резонно заметила кобыла.
Лорд порадовался втихомолку, что сейчас разъяснится непонятная спешка, о причинах которой сам спросить стеснялся, но искатель приключений считал, что час откровений еще не наступил (вдруг испугаются и запросятся обратно, ведь впереди ждала неизвестность, а возможно, смертельная схватка!), а потому сослался на недостаток времени и необходимость скоро уезжать обратно, в далекую российскую державу…
Глава пятидесятая. В «Золотом петухе»
Проскакав без остановки десять лье, Портос взмолился:
– Друзья, я голоден так, что готов слопать целого коня! (Серый «в яблоках» жеребец покосился на всадника и возмущенно тряхнул гривой.) Давайте остановимся и поужинаем, а точнее, позавтракаем – скоро рассвет!
Арамис поддержал:
– Думаю, Портос прав! Да и лошадям нужен отдых… К тому же по светлому передвигаться будет гораздо легче, а то мой конь уже не раз спотыкался!
Д’Артаньян, как ни рвался вперед, вынужден был признать правоту друзей – он тоже чуть не вылетел из седла, зацепившись в темноте за ветку.
Атос молчал. Впрочем, он не проронил ни слова с тех пор, как они покинули дом гасконца, погруженный в сумрачные мысли…
Громкий стук разбудил хозяина постоялого двора «Золотой петух», и он отозвался хриплым со сна голосом:
– Иду! Иду!
Зажигая по пути свечи, владелец придорожной гостиницы спустился в зал и отпер нетерпеливым проезжим тяжелые дубовые двери. Его тут же отодвинула в сторону мощная рука, и в помещение, сразу показавшееся слишком маленьким и низким, ввалился вельможа богатырского телосложения, а за ним еще трое. (Хотя на них и были обычные камзолы, но военная выправка и солидное количество оружия, которым увешал себя каждый, не оставляли сомнений, что визитеры не просто путешественники.)
Позевывая и почесываясь, поднялись слуги и занялись гостями и их лошадьми, а хозяин, выставляя на стол вино и закуски, внимательно вглядывался в новые лица. Особенно в смуглого юношу. Не об этом ли гасконце предупреждала красивая дама, вручая луидор? И если да, то почему он не один, ведь за задержку четверых сумма, пожалуй, маловата! К тому же появились всадники значительно раньше предполагаемого срока и выглядели устрашающе, так что… потребуют свежих коней, он не сможет отказать. Все-таки собственная жизнь дороже любых денег!
К счастью, посетители ограничились поздним ужином (или, скорее, ранним завтраком) и собрались продолжить путь, несмотря на плотный утренний туман, повисший над дорогой. Хозяин хотел уже облегченно выдохнуть, как вдруг смуглолицый юноша спросил:
– Скажи-ка, любезный, не проезжали здесь пару часов назад две дамы, блондинка и шатенка, обе очень хорошенькие?
Никаких инструкций на подобный случай прекрасная всадница не оставила, а потому после недолгого колебания владелец «Золотого петуха» ответил: