Чтение онлайн

Он посмотрел на меня так, будто почти понял, что это ирония, и достал свой телефон. К счастью, у порнозвезды есть вебсайт и она предоставляет эскорт-услуги, и она в Лос-Анджелесе. Если я достучусь до нее, это сэкономит мне кучу времени бессмысленных поисков девушки, которая похожа на нее. Когда ты делаешь это за кого-то — это самое опустошающие занятие, которое только можно представить. Влетит в копеечку, но маленький ублюдок делает деньги, что превращает меня в самого жалкого уебка в христианском мире:

— Если ты хочешь ее, тебе придется подождать до раннего утра, в это время мы вернемся в Лос-Анджелес. Если тебе сильно приспичило — есть агентство в Вегасе, я могу позвонить...

— Нахуй этих обшарпанных сук Вегаса, они видят только деньги, — огрызается он.

— Ну, как правило, это связано с территорией. И с проституцией, усек? — по крайней мере, Конни, будучи голландцем, понимает, когда я говорю «усек». В голландском это тоже означает «понимать».

— Но что в этом хорошего, если они не могут вести себя утонченно?

Конечно же, он прав; наиболее успешные шлюхи — те, что не ведут себя как шлюхи. Вот почему в бизнесе эскорт-услуг так много денег: они предоставляют эмоции. Конрад уверен, что Вегас битком забит туристами. Он смотрит на меня с недовольством, открывая пачку чипсов, взятую из моей забитой кухни. Его комната — рядом с моей; наверное, он уже подчистил все ее содержимое.

— Разрули вопрос встречи с этой Брэнди сегодня ночью, — сказал он, захватив протеиновый батончик на выходе.

У меня заняло двадцать минут, чтобы связаться и закрыть сделку, даже с заготовленной речью о конфиденциальности клиента. Женщина — очень хорошая и деловая, несмотря на появившийся тон куколки с придыханием, как только я сказал что ей, что делаю это для другого пиздюка. Потом я звоню Конраду:

— Она будет ждать в «Стандарде» около четырех утра, как раз, когда мы вернемся в Лос-Анджелес.

Я падаю в кровать и почти уверен, что начинаю засыпать, как этот пиздюк снова стучит в мою дверь.

— Я все еще не могу спать.

— Вот... — я подошел к своей тумбочке и достал «Амбион», — прими две.

Я кладу две коричнево-оранжевые таблетки в его перевернутую, похожую на одеяло ладонь. Я не очень этому рад. Эти выблядки нужны мне самому, не особо приятно вот так их отдавать.

— Окей... а почему я останавливаюсь в «Стандарде»? Мне нравится «Чатуа Мармонт», — стонет он.

Ебать, перебьешься: у меня скидка в «Стандарде».

— Мест нет, приятель, — вру я, зная, что он слишком ленив, чтобы проверить, — а кроме этого, Гленн Ходдл и будущие звезды Голливуда отрываются в «Стандарде». Это снова модно.

— Западный Голливуд или центр?

— Западный Голливуд.

Тестообразные пальцы Конрада открывают пачку жвачки. Он предлагает мне одну. Я отказываюсь:

— Все говорят, что «Стандард» в центре намного круче, — он достает две жвачки и пихает себе в рот.

— Я бы поспорил. Центр притягивает артистичных личностей, но Западный Голливуд безусловно лучше для Гэри Бьюзи, — я проверяю его лицо на предмет хоть какого-то узнавания. Он улыбается, начиная понимать, — и большинство наших дел — там. Ты же не хочешь застрять в машине на забитой автостраде. Ты же знаешь, что тебя тошнит в машинах.

Поскольку он согласно дуется, я чувствую себя своим отцом на семейных пикниках; Норт Бервик, Кингхорн и Колдингхам. Пикники на каменных пляжах, под тусклым облачным небом и на холодном ветру. Не ешь так много мороженого, ты заболеешь. Неудивительно, что мы стали наркоманами. Деиндустриализация не причем: сахар и промозглый ветер сделал это.

Конрад снова ушел — «Амбион», наверное, расслабил его — и больше не дергает меня. Я дрейфую в ебнутом крепком сне-клипе, где из всех моих жизненные неурядиц Сальвадор Дали замутил ремикс, застрявший в моей голове. Когда я просыпаюсь, я еще более устал, чем когда-либо. Лежу в своей кровати большую часть дня, отправляю е-мейлы с ноутбука, избегаю звонков.

Вечером я заказываю столик для нас всех в «Винг Ли», прекрасном китайском ресторане в «Винн Хотел». Одно из моих любимых мест. С этой теплой и роскошной, но успокаивающей золотой мебелью и пышными садами. Здесь делают то, что делают в самых лучших местах в Вегасе: вынуждают тебя забыть о том, что ты в Вегасе. А еще это первый китайский ресторан в Америке, награжденный звездой «Мишлен». Помимо Конрада и Эмили, которую я хочу поставить к нему на разогрев, вероятно, не сегодня ночью, с нами Дженсен, верный друг нашей суперзвезды диджеинга. Он надоедливый, с кроличьими зубами маленький пидор с черной челкой, нависающей над его глазами; на удивление, его присутствие даже полезно — он отвлекает Конрада от надоедания мне. Митч, промоутер, тоже тут. Как всегда, еще и Карл, который пока не пришел. Я с трудом убедил Конрада не расторгать с ним контракт после инцидента с дилдо.

И сейчас пришли еще двое: Фрэнсис Джеймс Бегби и его жена Мелани приехали в Вегас на арендованной машине, превратив это в большое путешествие по пустыням. Потом они могут полететь обратно с нами, на арендованном реактивном самолете, что займет меньше часа. Некоторые уебки называют это частным реактивным самолетом. Но он арендованный и вычтенный из налогов. Опять же, пропаганда, нужная для запугивания и вдохновенного трепетания масс. Я не знаю ни одного звездного музыканта, достаточно глупого для того, чтобы иметь личный реактивный самолет. Просто закажи его, когда он тебе понадобится.

Мелани заколола свои волосы и оделась в стильное розово-лиловое платье для вечеринок. Франко — в белой рубашке и черных джинсах. Его волосы по длине — прическа номер два. Раньше мы тусовались по грязным кафе Лита с жесточайшим похмельем. Теперь — хорошая еда, наш общий порок, из-за которого мы встречаемся всегда в миленьких ресторанах. После того, как я представил их всем, я предлагаю ему:

— Слушай, о выставке в Эдинбурге, которая будет в мае; что думаешь о вечеринке? Мои диджеи сыграют. Карл Юарт был бы рад, — вбрасываю я, раздумывая о том, где же, блять, он; проверяю свой телефон, пока официант несет два подноса шипящих ребер. Огромные капли пота появляются на лбу Конрада, когда блюда ставят в центр стола, довольно далеко от его липких ручонок, — так что думаешь, Фрэнк?

Пока Франко колеблется, вмешивается Мелани:

— Ох, звучит, как отличная идея!

— Неа. Не хочу никакой возни, окей? — Фрэнк Бегби мотает головой, — туда и обратно, — говорит он, пока я ловлю Конрада, который близок к победе настолько, что в прямом смысле отталкивает Дженсена, чтобы получить свой приз.

— Без проблем, Франко. Меньшее, что я могу сделать, — говорю я, удивленно наблюдая за моей суперзвездой диджеинга. Он уже заполнил свою тарелку и усиленно работает над горой ребер с соусом барбекю, рассеянно болтая с Эмили. Ебать-копать, я уверен, что расслышал слова «трек» и «студия».

— Ну давай же, Джим! — убеждает Мелани.

— Хорошо, — улыбается Франко, — но я был против.

— Ох, и еще кое-что, — понижаю я голос и наклоняюсь ближе к нему, — я принес тебе деньги.

Франко молчит несколько длинных секунд:

— Все хорошо, друг. Все в порядке, — подчеркивает он, — просто приятно снова видеть тебя здесь, в Америке, и таким успешным. Он оценивает богато стилизованный ресторан, — жизнь — странная штука, да?

Все, что я могу — согласиться с этим утверждением. Как только я приготовился вернутся к теме денег, притащился Карл: осунувшееся лицо, ковбойская шляпа и темные очки. Он с девушкой, которой сильно за двадцать; у нее светлые волосы с малиновыми прядками и лукавые глаза. Он представляет ее как Шанель Хеммингсвот, журналиста портала о танцевальной музыке: