Будь моим демоном
Шрифт:
Я посмотрела на него недоумевающим, вопросительным взглядом:
– А разве дверь не заперта?
Я взглянула на Джеймса и увидела его виноватый взгляд.
– Когда ты это понял?
– Когда ты зашла в душевую. Кто-то повернул ключ.
Джеймс подошёл и дёрнул дверную ручку. Дверь послушно открылась и со скрипом распахнулась. В доме все ещё было тихо. В воздухе витал аромат духов и алкоголя, по всей видимости, разлитого, где-то на паркете.
– Все нормально, – призналась я. – Я правда этого хотела. Спасибо, что побыл со мной.
Я аккуратно взяла в охапку свои вещи и босиком, по холодному полу прошлепала в гостевую комнату.
В ней было пусто. Кровать была аккуратно заправлена, на комоде стояли часы на ножке, которые показывали 5 утра.
Я почувствовала облегчение, что, наконец, не заперта в туалете и могу лечь и немного, поспать.
Я нашла в комоде сухое полотенце и ловко замотала его на голове, почувствовав, что чуточку подмерзла, а Джеймс заботливо отдал мне свою синюю рубашку, так как моя одежда осталась в комнате Хлои, которая была заперта. Джеймс снял с себя штаны и залез под теплое одеяло.
– Пойдем ко мне, – скомандовал он и распахнул край одеяла, чтобы я могла лечь рядом.
Я послушно прошла по холодному полу, дрожа от холода, залезла под одеяло и прижалась к Джеймсу.
На его лице играла довольная улыбка, которую он не мог скрыть.
– Как бы ужасно это не прозвучало, но сейчас я очень счастлив, – виновато признался он.
– Я тоже, – улыбаясь, и прижимаясь ближе, пробормотала я.
– Так ты любишь его? – не унимался Джей.
– Нет, – кротко ответила я и спрятала нос под одеялом.
– Так зачем вы встречаетесь?
– Он спас мне жизнь, пожертвовав собой, – объяснила я.
– Что ты имеешь в виду?
– Однажды, я возвращалась с работы поздно вечером. В голове был страшный туман. Меня все время преследовала бессонница и чувство одиночества, что задумавшись, я чуть не попала под колеса несущегося автомобиля. Винс спас меня. Он подбежал и оттолкнул меня, но при этом пострадал сам. Машину занесло, и она боком ударила его. Он долго лежал в больнице. У него был закрытый перелом ноги, сотрясение мозга и многочисленные ссадины на теле, в том числе трещины на ребрах. Я приходила к нему каждый день, испытывая ужасную вину и ненависть к себе. Было невыносимо больно смотреть на человека, который из-за меня теперь ходит на костылях и не может позаботиться о себе. Поэтому я предложила ему свою помощь, так как у него не оказалась никого из родных.
Каждый день, после работы я приходила к нему и приносила ему фрукты, выпечку, которую готовила сама, журналы, которые он просил захватить по дороге. Иногда, я работала прямо из его палаты, так как его нужно было возить из кабинета в кабинет, проходя обследования.
Все вокруг думали, что я его дочь. А Винс не спешил их разубеждать, но было видно, что ему неприятно, что люди так думают.
– Он что, старик? – нахмурившись спросил Джеймс.
– «Молод в душе» – улыбнулась я. Он всегда так говорит о себе.
Когда его наконец выписали, я переехала в его квартиру и стала заниматься готовкой и уборкой, а спустя полтора месяца, Винс сказал, что готов забыть обо всем, если я стану его девушкой.
– Я испытывала сочувствие и сострадание к нему, к тому же он выглядел вполне порядочным и адекватным человеком, поэтому я согласилась.
Джеймс слушал меня и не мог поверить в то, что из-за сострадания я встречаюсь с человеком, которого практически не знаю целых 4 месяца.
– У вас был секс? – ерзая от волнения, спросил Джеймс.
– Нет, у нас его не было, – поспешно ответила я, так как этот вопрос был мне не приятен. – Он все ещё хромает, к тому же на этом не настаивал. – Я хотела ему сказать, что больше не могу быть с ним, но так и не решилась. Каждый раз, когда я собиралась это сделать, появлялись обстоятельства, которые заставляли меня остановиться.
– В прошлый раз он сказал, что ему нужна реабилитация в санатории, с применением лечебных методик, чтобы поскорее начать передвигаться без костылей. Мне пришлось поехать с ним. Деваться было некуда. Я взяла двухнедельный отпуск в агентстве и отвезла его в санаторий. Он оплатил все расходы, хоть я и настаивала оплатить все сама.
– Ты сошла с ума! – не веря своим ушам, ответил Джеймс. – Этот человек тобой манипулирует, держит возле себя как собачонку. Тебе нужно бежать от него подальше. Психически здоровый человек, себе такого не позволит. Он помешан на тебе, одержим. А если он маньяк, тебе это не приходило в голову? Возможно, он просто ждёт, когда его нога полностью заживёт, а что будет потом мне даже думать страшно.
– Либо он просто мягкотелый, одинокий человек, с кучей комплексов, поэтому боится тебя потерять, – сделал выводы Джеймс.
Он словно говорил сам с собой, так много и так заботливо, словно знал меня тысячу лет, и ему было не все равно. В этот момент меня охватило дикое желание его поцеловать, и я подалась вперёд, навстречу его губам. Он, не в силах устоять, наконец, заткнулся и поцеловал меня. Нас обдало страстью и сами того не замечая мы снова начали раздеваться. На этот раз я была слишком возбуждена и даже села на него сверху. Он вскрикнул, когда вошёл в меня.
– Какая же ты мокрая, детка, – произнес Джеймс учащенно дыша.
Я улыбнулась, приняв это за комплимент и начала двигаться быстрее. Мои бедра выглядели такими сексуальными, словно они были не мои, грудь округлила от холода. Я смотрела на свое отражение в зеркальной дверце шкафа, который стоял, справа от меня, и понимала, насколько красиво выглядит наш неудержимый танец страсти. Ощущения были просто волшебные, словно я впервые занимаюсь настоящим сексом, не то, что раньше. Я была расслаблена, счастлива и уверена в себе. Большей уверенности придавало довольное и красивое лицо Джея, который лежал на спине, и жадно сжимал мою грудь ладонями.
– Моя очередь, – властно заявил он.
Я слезла с него и легла на подушку, думая, что он будет сверху, но у него были свои планы.
– Пойдем со мной.
Джеймс взял меня за руку и потянул за собой.
Он подвёл меня к зеркальной дверце и остановился. Я стояла и смотрела на себя совершенно голую и беззащитную. Джеймс снова был позади, наверное, это его фетиш – решила я. Он подошёл сзади и прижался ко мне всем телом. Я почувствовала его мокрый и пульсирующий орган у себя на бедрах и нервно прикусила губу. Как же мне хорошо – думала я, пытаясь разогнать лишние мысли. Сейчас, я хочу быть только с ним.