Чтение онлайн

— Понимаешь, какое дело… — начал Марек, с трудом подбирая слова. — Эту историю в городе точно не знают. Ее и Внешние-то считают легендой. Но я… все видел сам. В общем… Некромант — не только Ликвидатор, в смысле, не только охотится за нарушителями. Он еще… как бы это сказать… проводник. На дорогу, которая никогда не свернет.

— Это получается…

— Да, — Вэл не договорил, но Марек понял его и так. — Если Внешний устал от жизни… даже не то чтобы устал, а случилось что-то, что вообще никак не дает жить дальше — он может прийти к Некроманту и попросить… показать дорогу. Отказать в этой просьбе нельзя.

Марек чудом сдержался, чтобы не хлопнуть себя по лбу. Только сейчас он понял, почему промолчал Некромант. Бесцветный дождливый день и гримаса боли на его лице вспомнились так ясно, словно это было вчера. Впрочем, Марек вообще сомневался, что хоть когда-то сможет это забыть.

— Даже Внешние не все в это верят, — сказал он, не без труда совладав с голосом. — Ходят разговоры, что это значит просто самому полезть под нож.

— Так это же выходит… — задумчиво проговорил Вэл, — что я тебя в некотором роде о том же просил? Только… так сказать… не по адресу.

Марек молча кивнул.

— И хорошо, что не по адресу, — убежденно сказал Вэл. — Живым мне гораздо больше нравится.

— Не поверишь, мне тоже! — хмыкнул Марек. Но Вэл уже снова посерьезнел:

— А вообще… получается, если совсем невмоготу… а сам решиться не можешь… Это ведь как я тогда представлял — чтобы сразу и наверняка. Знаешь… есть в этом что-то очень правильное.

— Врагу не пожелаю такой правильности, — глухо произнес Некромант. Разумеется, весь разговор он слышал, хоть и демонстративно смотрел в противоположную сторону. Вэл ничего не ответил, но на его лице отразилось какое-то совершенно новое выражение — не то сочувствия, не то предельного уважения. И Марек был даже рад, что на него Вэл так не смотрит никогда.

— Ох, прости, с тобой-то я так и не поздоровался, — сказал Форестер, подходя к ним и смущенно глядя на Вэла. — Меня извиняет только то, что из машины я вылез совершенно никакой. Хотя сейчас намного лучше, даже странно — всего ничего в гараже у Некроманта посидел.

«Я тоже могу довольно много, но мне это дорого обходится»…

— Сам знаешь, работа у меня такая, — отозвался Некромант. — Или поднять, или упокоить.

Марек поежился — после разговора о Тундре любимая присказка Некроманта прозвучала совсем зловеще. Но Форестер безмятежно улыбнулся, и у него даже неплохо получилось:

— Ну, я хоть и не покойник, а поднять, кажется, удалось. Так вот, давай знакомиться. Меня Джерри вроде представила, а твое имя, прости, не расслышал.

— А я Вэл.

— Наше местное исчадие ада, — встрял Прокси. — Дитя Сатаны, жрец демонического культа и прочее.

— А так с виду и не скажешь, — улыбнулся Форестер. Прокси сделал самое зловещее выражение лица, какое смог, и произнес театральным шепотом:

— Он Некромантов чай неразбавленным пьет!

Форестер взялся за голову. Вэл решил подлить масла в огонь:

— А еще я блэкушник!

— На фоне чая, дитя, это сущие мелочи, — назидательно произнес Прокси. Вэл рассмеялся, а Марек перевел дыхание — обстановка полностью разрядилась. И дом стал просто домом, а оставшиеся по углам ловцы снов — просто элементами интерьера. Просто сейчас здесь остановились Форестер и Джерри, а потом, возможно, остановится кто-то другой. Корвин вот не захотел, ну так это его дело. Впрочем, Мареку казалось очень правильным, что первым здесь появился именно Форестер. Потому что кто, как не он.

Корвин действительно забрал свою обросшую грибами «Хонду» на следующий день, смеясь, что теперь на вопрос, откуда он родом, можно будет просто показать на машину. «Субару» в гараж завел Некромант — как подозревал Марек, чтобы на деле показать Форестеру, что он умеет управляться с правым рулем, так что можно было не геройствовать и выбираться вдвоем на машине Джерри. Впрочем, Марек прекрасно понимал и Форестера — сам он с трудом мог представить, как доверил бы «Камаро» кому-то другому. Ведь даже Птаху в первый выезд за руль не пустил. Загнать с поляны в гараж — это ладно, тут Мареку помогали не раз, а чтобы именно куда-то далеко ехать… Нет, на дороге за рулем «Камаро» Марек не мог представить никого, кроме себя. Хотя у него перед Форестером было преимущество — он мог «срезать дорогу», если понимал, что обычным путем не доедет. Точнее, в таких ситуациях это получалось само — намеренно Марек туда не совался, уж слишком хорошо помнил первый раз, когда едва выбрался из этих туманов следом за Некромантом. Но он уже неоднократно убедился, что, когда дело плохо — дорога выведет и его мнения не спросит.

Форестер уже вполне восстановил силы, но уезжать не торопился — в конце концов, ехал он к Джерри, а Джерри здесь и тоже никуда не торопится, почему бы и не задержаться? Тем более что его видом по-прежнему можно было пугать мирных жителей — фингал расцвел всеми цветами радуги. Марек усмехнулся, вспомнив, как сам ходил с примерно таким же украшением от Некроманта, как раз за те туманы. Что сказать, вломил за дело, так что Марек был не в обиде. А вот найти этого Опоссума и оторвать голову очень хотелось. То есть мало того, что в Нижнем городе то и дело пытаются целенаправленно охотиться на Внешних — теперь еще и его лично, можно сказать, на дуэль вызывают! Потому что у Марека не было особых вариантов, зачем Опоссуму его искать.

Марек был настроен сорваться в город хоть сразу после того, как помог Форестеру и Джерри разместиться. Но Форестер развернул свои чайные сокровища, а потом был уже вечер, и надо было водворить домой клюющего носом Вэла, да и сам Марек уже хотел не сводить счеты, а банально спать. Назавтра нашлись еще какие-то дела, тренировки, рисование, да и просто неплохо бы провести время с Форестером и Джерри, раз уж они тут — сам же недавно вспоминал, что сто лет не виделись. Марек предложил Форестеру съездить за новой камерой взамен сгинувшей в Нижнем городе или обратиться к Прокси, который знал о технике примерно все, но Форестер покачал головой:

— Я очень старомоден, Эни, — он по-прежнему называл Марека так. — Мне нужно именно самому пойти и выбрать… и лучше одному. Это, как говорит наш друг Прокси, дело личное и практически интимное.

Но желание снимать у Форестера никуда не делось, так что за неимением камеры он обходился телефоном, громко сокрушаясь, что это, конечно, совсем не то, «хотя можно сделать вид, что так и задумано… серия именно что мобильных фото со всякой попавшей в кадр ерундой, пускай сами выискивают глубокие смыслы…». Эта идея развеселила Форестера, и он отснял целую кучу вывороченных пней, ржавых железяк и луж, посмеиваясь, что никто в жизни не отличит, черно-белое это фото или цветное — бесснежная зима не оставила красок в пейзаже. Марек тоже продолжал свои зарисовки черным маркером, и встреча с Опоссумом снова откладывалась.

Он сам не понимал, чего ждет и почему тянет время. Бояться ему нечего — Некромант, конечно, польстил Мареку, говоря, что он не знает этого слова, но Нижний город уже давно мало чем мог его напугать. В конце концов, Опоссум и от Джерри-то вывернулся чудом, а кое-кто из его компании и вовсе там остался. И что, спрашивается, мешает отправиться в город и разобраться, кто это там такой любознательный? Марек вспоминал слова Некроманта: «А я не могу ждать. Не то что не люблю — не могу. Потому что это значит — отдать еще кого-то», — и злился на себя. Точнее, пытался разозлиться. Не получалось. Что-то внутри говорило — никого этот Опоссум не тронет. С Форестером вышло скорее недоразумение — просто кто-то из его ребят сильно заинтересовался хорошо одетым парнем с дорогой камерой. А самому Опоссуму нужен именно Марек. И торопиться незачем. Опять же, были чаепития с Форестером и тренировочные поединки с Джерри под восторженным взглядом Вэла — сам он пробовать силы пока не рисковал. Были рисунки и планы на аэрографию, словом, Мареку было хорошо безо всяких Опоссумов. В особенности безо всяких Опоссумов.