Чтение онлайн

В общем, получилось так, как я подсознательно предполагал. Та же девушка, что в прошлом году оформляла мое воскрешение после эпопеи в Сербано, проглядев мои документы, нырнула в знакомый мне кабинет, выглянула через пару минут и жестом пригласила зайти. На секунду мне показалось, что не было ничего: ни свадьбы; ни года учебы; ни практики с прогулкой в Лопер через ущелье Змей — все как в кошмаре начинает вертеться по кругу, снова и снова возвращаясь к исходной точке.

В памятном мне по прошлому году кабинете ничего не изменилось: мебель стояла та же самая и на тех же местах, КРЫС не похудел, бумаг на его столе меньше не стало. Даже выражение лица было то же самое… как и первый вопрос.

— Что за шутки, молодой человек? — однако дальше пошли отличия. — Мне кажется, что у вас появилась дурная привычка путать нам всю отчетность. Вы это делаете специально, чтобы расстроить работу нашей службы?

— Мне что, и в самом деле надо было погибнуть?! — в шоке от услышанного спросил я. — Чтобы отчетность вам не нарушить.

— Это, конечно же, лишнее, но предупреждаю — так легко отвертеться, как в прошлый раз, у вас не получится. Распоряжением декана я больше вас восстанавливать не буду, и пусть он, как хочет… Мне в прошлом году пришлось оформлять кучу бумаг, бегать по инстанциям, чтобы высокие чины соизволили признать свидетельство нашего уважаемого декана в качестве подтверждающего документа. В этот раз извольте представить правильно оформленную бумагу. А этот пасквиль на делопроизводство можете оставить себе на память.

И он передал мне справку КСОР. Собственно, я нечто подобное и ожидал. Столкнувшись разок с бюрократией, бессознательно был уверен, что с первого раза что-нибудь оформить просто невозможно… если нет соответствующей команды от очень большого начальства.

— Идите, молодой человек, и без справки не возвращайтесь.

В полном недоумении я вышел из здания академии, погрузился в карету — мне снова ее выделили для разъездов — и направился обратно в КСОР. Надо сказать, что эта волокита заставила меня хорошенько понервничать. Шел уже десятый день, то есть заканчивался срок, данный мне Финь Ю для сооружения пирамиды из шестнадцати узоров, а я даже не приблизился к решению.

Мое возвращение в канцелярию КСОР и возврат справки, которую в академии не восприняли документом, вызвало немалое удивление. Видимо, там привыкли, что в обществе очень почтительно относятся к их организации, и это почтение целиком переносится на любую бумажку, вышедшую из недр службы. Удивление было столь велико, что меня пригласили лично предстать пред самим начальником канцелярии. Сам оказался худощавым, живым и энергичным мужчиной в чине подполковника КСОР. Про то, что он подполковник, я просто прочитал на двери, совершенно не разбираясь в этих званиях, рангах, эмблемах и эполетах.

— И что вы от нас хотите? — с неподдельным недоумением спросил канцелярист.

— Я?! — также неподдельно удивился я. — Лично Я!… от вас ничего не хочу! Хочет начальник канцелярии академии. Он не признает за документ вашу справку. Что мне делать?

— Это не мои проблемы… подпоручик, — высокомерно ответил офицер и посмотрел на меня отрепетированным взглядом: "У меня нет ни одной лишней минуты, а вы смеете меня отвлекать!", — Это все, что мы должны были и могли для вас сделать.

— Что ж. Мне ничего не остается, как просить господина Кламириана… или господина генерала, который знает меня лично, как-то решить этот вопрос. Мне бегать по инстанциям, доказывая, что живой, видимо, бесполезно. Кстати, получается, если верить нашему бюрок… начальнику канцелярии, то я и в КСОР оформлен незаконно, поскольку нет подтверждения, что я — это я.

— Он ничего не понимает в делопроизводстве.

— Похоже, он думает также на ваш счет.

— Выйдите, молодой человек, и… посидите в приемной.

Выходя в приемную, я увидел, как чиновник положил ладонь на один из шаров. Как-то я проявил любопытство и узнал, что такие шары в учреждениях были двух типов: первый, начиная светиться, просто служил для вызова секретаря или другого работника, имеющего такой же шар; другой был посложнее — он уже мог светиться двумя цветами в зависимости от движения руки: один цвет служил сигналом "да", другой — "нет".

Видимо получив разрешение, начальник куда-то вышел, но довольно скоро вернулся. Причем стал очень приветлив, пожал мне руку и сообщил, что поедет со мной лично, дабы поставить бюрократа на место — это, дескать, пожелание самого господина генерала. Поинтересовался, получил ли я жетон и полагающееся мне снаряжение; узнав, что нет, поймал кого-то из своих сотрудников и приказал сопроводить меня в хранилище; строго указал в случае любых затруднений срочно уведомить его, своего начальника, а уж тот придет лично и такое устроит этим бюрократам… Договорились встретиться у входа через двадцать минут.

Сопровождал меня пожилой флегматичный капитан с пофиги… философским выражением на скучающем лице. По пути он поинтересовался: не из гражданских ли я спецов? Выгляжу я, понимаете ли, ну совсем не военным. Спросив разрешения, перешел со мной на "ты". Он же меня и просветил немного, как отличать военных по званию. Выяснилось, что табель о рангах КСОР не совпадает не только с гражданским, но и военным. Так, например, у военных: боец; сержант; младший лейтенант; лейтенант; подкапитан; капитан; полковник и генерал. В КСОР — подэкзекутор; экзекутор; подпоручик; поручик; подкапитан; капитан; надкапитан; подполковник; полковник и генерал. При этом подпоручик КСОР вполне мог приказывать войсковому полковнику, при соответствующих полномочиях, конечно. Кто может приказывать любому офицеру КСОР — вопрос вообще очень не простой. Недостаточно быть старшим по рангу — надо еще входить в соответствующую структуру подчинения.

— Это как? Что за структура? — не понял я.

— Есть постоянные структуры, которые годами выполняют одну задачу, а есть временные — для выполнения конкретной задачи. Начальство в этом случае назначает главного, исполнителей ему в помощь, и утверждает структуру подчинения. Вот в этой структуре, например, капитан-инженер может быть подчинен поручику, поскольку тот — основной и самый компетентный специалист в решении этой задачи. В следующий раз может быть всё наоборот.

— А я в какую вхожу?

— А сейчас и увидим, когда в хранилище придем. Там всегда знают — кто, куда и кому… даже зачем. Им ведь необходимое снаряжение готовить, поэтому они всегда в курсе. Однако, судя по тому, как перед тобой прогибался наш "крючок", подчиняешься ты кому-то в больших чинах… а то и напрямую самому генералу.

В хранилище молчаливый хранитель в чине или ранге(?)… кажется, подкапитана — не привык я еще считать лучи солано на эполетах — приказал приложить руку к документу с моей подписью. Я помню, что подписывал несколько бумаг, и все они в области подписи были снабжены магическим узором, фиксирующим слепок руки подписывающего. Таким образом, приложив руку к такому документу, можно было заставить подпись светиться: зеленым цветом при совпадении узоров и красным — в противном случае.

Подпись подмигнула зеленым, хранитель удовлетворенно кивнул и указал помощнику номер ящика с тем, что мне причиталось. Мне выдали именной жетон, на котором красовалось мое звание. Все это можно было увидеть, только имея соответствующий допуск. Проще говоря, надо было коснуться другим аналогичным жетоном, чтобы они проявили себя. Для простых граждан достаточно было грозного слова "КСОР" на жетоне, поскольку подделать их было невозможно… или крайне сложно… впрочем, не для меня, как, вероятно, и для других целителей. Но продавать подделки с целью обогащения семьи мне и в голову не приходило… Однако, если я об этом подумал, значит, все-таки пришло? Заучился я что-то.